Я вышла за ворота, кутаясь в шаль, и завернула за угол, где в действительности дожидалась моя карета. Забрав из неё кое-какие предметы и спрятав их под шалью, я отпустила кучера и тем же путём возвратилась во дворец.
Нарцисс к этому времени успел отделаться от виконта, и я обнаружила его в соседнем с танцевальным зале. Бросив короткое «Нам надо поговорить», повернулась к нему спиной и, не оглядываясь, направилась в пустующую комнату.
– Итак, насколько я понимаю, мы оба собираемся возвращаться с бала в экипаже, любезно предоставленном супругами Гатто? – прямо осведомилась я, едва за нами закрылась дверь.
– Судя по твоему вопросу, так оно и есть, – расплылся в улыбке Нарцисс.
– Мне это не нравится, – заявила я.
– Я тоже предпочёл бы обойтись без твоего общества. – Его улыбка стала ещё шире.
– А говорил, что скучал, – попеняла я.
– Я не лгал. Но сердечные дела отдельно, а работа отдельно.
– Правильный подход… – Я кашлянула и недоверчиво покосилась на Нарцисса. – Так-таки сердечные?
Он пожал плечами, не отрывая от меня взгляда и предоставляя мне трактовать такой ответ на собственное усмотрение.
– Ну что ж, отношения отдельно, работа отдельно, – признала его правоту я, слегка подкорректировав формулировку. – Гости уже расходятся, так что на отношения у нас остаётся разве что пара минут. – И я прильнула к его губам.
Поцелуй был более чем страстным. Я прильнула к Нарциссу всем телом, извиваясь, гладя его по голове, по спине, по рукам, словно используя этот поцелуй как своего рода замену всему тому, на что у нас катастрофически не хватало времени. И когда мои пальцы в очередной раз коснулись его запястья, в этом не было ровным счётом ничего неожиданного. До того момента, пока на запястье не захлопнулась холодная сталь.
Нарцисс отреагировал мгновенно, дёрнулся, но было поздно: второе кольцо кандалов было приковано к огромной, тяжеловесной статуе, возвышавшейся слева от камина.
– Прости, дорогой, но с бароном и баронессой я поеду одна, – сообщила я, отстраняясь. – Мне очень не хочется затыкать тебе рот, и если ты пообещаешь в ближайшее время не кричать с просьбой о помощи, я не стану этого делать. Впрочем, даже если ты закричишь… Я всё предварительно проверила. Эти стены отлично скрадывают звуки, от лестницы, по которой спускаются гости, мы находимся далеко, да и шума там и без тебя более чем достаточно.
– Можешь не волноваться: посторонняя помощь мне не потребуется, – хмыкнул Нарцисс.
– Именно на это я и рассчитывала, – мягко улыбнулась я. – Ты абсолютно прав: отношения отношениями, а работа – работой. Счастливо оставаться.
– Счастливого пути, – кисло отозвался он. – Ещё увидимся.
– Ни секунды в этом не сомневаюсь.
Барон и баронесса уже вышли из танцевального зала и как раз оглядывались в поисках напросившихся к ним попутчиков.
– О, леди Реньи! – обрадованно воскликнул Гатто. – Вы случайно не видели виконта Жермона?
– О да, – откликнулась я, подходя ближе. – Он только что уехал. Одна из гостий предложила ему свою карету, и он не стал отказываться. Полагаю, не счёл возможным обижать даму. Не помню точно, как её имя, кажется, графиня Оттанио. Но я могу ошибаться.
Графиня Оттанио была чрезвычайно красивой женщиной, к тому же вдовой, поэтому отъезд «виконта» в её компании никому не показался бы удивительным. Втроём мы прошествовали вниз по лестнице, получили из рук лакея свои плащи и направились к карете. Пока шагали к выходу в толпе прочих гостей, пока стояли на пороге, ожидая, чтобы освободилось место для нашего экипажа, я успела благополучно снять с пояса барона кошель, изучить его содержимое и вернуть денежный мешочек на место. Кольца не обнаружилось. Трясясь в карете напротив четы Гатто, я обдумывала свой следующий ход.
Глава 4
Визит в дом, ставший временной резиденцией четы Гатто, пришлось отложить до следующей ночи. Проблема заключалась в том, что бал у маркиза, как водится, закончился ближе к утру. А стало быть, между укладыванием хозяев и пробуждением слуг прошло лишь немного времени. Недостаточно для того, чтобы приличный вор смог проникнуть в дом и беспрепятственно покопаться в имевшемся там сейфе.
И вот, следующей ночью, повыше подняв воротник, чтобы скрыть своё лицо как от случайных прохожих, так и от усилившегося после заката ветра, я приблизилась к интересовавшему меня дому. Остановившись на углу, окинула стены оценивающим взглядом. План здания на всякий случай хранился у меня в потайном кармане, однако пока доставать его не было нужды. Как мне удалось выяснить, в доме имелся только один приличный сейф, и находился он на втором этаже. Вычислить окно нужной комнаты было несложно.
Я засучила рукава и, ухватившись рукой за плющ, полезла наверх. Добравшись до карниза, покинула гостеприимное растение и продолжила путь от окна к окну. Карниз был очень узким, а стены довольно-таки ровными, но мне сохранять равновесие было несложно. По сравнению с туго натянутой верёвкой – полная ерунда.
Добравшись до нужного окна, отдышалась. Всё-таки сноровка сноровкой, а сил такие упражнения требовали порядочных. Напрягла зрение, вглядываясь в тёмную комнату за стеклом. Ни единого огонька, ни малейшего движения. Никаких признаков чьего-либо присутствия. Я облегчённо вздохнула. Стало быть, вероятнее всего, на сей раз всякие Нарциссы не будут путаться у меня под ногами. В комнате его нет, внизу тоже. Не с неба же он на меня свалится, в самом деле!
Накаркала. Свалился. Совершенно ошалев, я подняла глаза. С крыши вниз тянулась верёвка, второй конец которой крепился к некой конструкции, странным образом обматывавшей туловище Нарцисса. Агент быстро спустился ко мне, касаясь стены всеми четырьмя конечностями, и остановился на моём карнизе.
– Ого! – присвистнул он. – А я не знал, что кобры умеют ползать по стенам! Теперь мне будет страшно засыпать по ночам, и я стану непременно запирать окно.
– И это тебя не спасёт, – сообщила я.
Я как раз убедилась в том, что окно заперто и просто так его снаружи не откроешь. Пришлось извлечь специальный инструмент, изготовленный не без помощи магии (а также не без помощи алмазов), и взяться за работу. Отвечая Нарциссу, я как раз прикидывала, где лучше начать резать стекло.
– Что ты здесь делаешь?
Одной рукой я держалась за выступ, другой – работала, но абсолютная сосредоточенность при этом не требовалась, так что поддерживать разговор я была в состоянии.
– Только не говори, что просто прогуливался перед сном, – предупредила я. – Не поверю.
– Не скажу, – согласился Нарцисс. – Я не прогуливался. У меня тренировка.
– Какая ещё тренировка? – поморщилась я.
Шпаги у агента не было даже на поясе.
– Готовлюсь к восхождению на горные вершины, – заговорщицким тоном сообщил он. – По-научному это называется «альпинизм».
– Просто чудесно, – обрадовалась я. – Стало быть, ты перепутал направление. Восхождение – это туда. – И я указала пальцем вверх. – Можешь начинать восходить прямо сейчас.
– Отдышаться-то дай! – И он поосновательнее устроился на карнизе.
– Если ты сейчас же не отправишься откуда пришёл, я напишу на тебя донос, – пообещала я, осторожно вытаскивая кусок стекла, по форме отдалённо напоминающий круг. – Сообщу властям, что ты незаконно проник в чужое жилище. И будут у тебя большие проблемы.
Я просунула руку в образовавшуюся в окне дыру и стала медленно нащупывать щеколду.
– Справедливо, – хмыкнул Нарцисс. – Но ведь и я, со своей стороны, могу написать точно такой же донос на тебя.
– И кому же этот донос будет адресован? – хохотнула я. – Надеюсь, не его высокопреосвященству? Впрочем, ты можешь обратиться в жандармерию. С удовольствием понаблюдаю, как глава их ведомства – малоприятный, кстати, тип – станет требовать у кардинала, чтобы тот предал меня справедливому суду.
Я наконец нащупала вожделенный засов и отперла окно. Извлекла из дыры руку и попыталась его открыть. Тьфу ты! Открывалось оно наружу. Вот ведь какие негостеприимные люди, даже не подумали о том, насколько это неудобно для вора. Пришлось требовать от Нарцисса, чтобы посторонился, перебираться по карнизу подальше и уже тогда открывать.
И тут этот наглец схватился за раму и попытался проникнуть в комнату вперёд меня!
– А ну-ка отодвинься! – возмутилась я. – Я пришла сюда первой!
– А я – вторым, – бодро отозвался Нарцисс, полностью игнорируя приведённый мною аргумент.
– Вообще-то джентльмены пропускают дам вперёд, – с ехидцей в голосе напомнила о правилах этикета я.
– Не в том случае, если впереди опасно, – нашёлся агент. – Тогда мужчина идёт первым, дабы взять огонь на себя.