– Ты на ней стоишь.
Девушка сразу посмотрела себе под ноги и только теперь заметила, что находится на своеобразной плите с древними надписями.
– Какие-то рисунки… – она присела на корточки и провела рукой по плите, смахивая песок. – Дракон.
– Причем у этого дракона вместо хвоста вторая голова. А рядом человек.
– Скорее воин. Видишь копье? А это кто? Какие-то люди с тарелками на голове.
– Этого я так и не понял. То ли они защищают дракона, то ли дракон – их.
– То ли они вместе что-то сторожат, – предположила Джоанна. – Смотри, тут еще кошка нарисована.
– Похоже на пантеру.
– На льва. Теперь все ясно.
– Что ясно? – удивился я, присев рядом. – Ты поняла, что здесь написано?
– Нет. Но сам посуди. Люди, дракон, лев. Не хватает только… Возможно, что это и не люди с тарелками на голове, просто изображение исказилось за столько лет. Да, это скорпионы. Ничего не напоминает?
– Ну, если сложить этих персонажей вместе, то получится мантикора. Стоп! Ты хочешь сказать, что это и есть хозяин этого места? Страж?
– Откуда мне это знать? – Джоанна поймала мой взгляд. – Но раз ты говоришь, что ни разу здесь никого не видел, то, возможно, что здесь никого и нет. Это просто картинки. Если львы и скорпионы существуют, то дракон вряд ли.
– Ты не веришь в сказку о великом драконе пустыни? – недоверчиво спросил я.
– Вот именно что в сказку. Откуда драконам здесь взяться?
– Но демоны же существуют.
– Не хочу с тобой спорить. Так ты это хотел мне показать?
– Нет. Помоги отодвинуть.
– Что?! Мы туда полезем?!
Я не ответил, просто стал отодвигать плиту, за которой сразу засиял черный глубокий провал. Что же, судя по лицу Джоанны, она сейчас развернется и просто уйдет, как любая нормальная девушка. Ее можно понять. И почему я подумал, что она другая? Ну вот, правда, отправилась назад. Остановилась? Она что-то ищет в карманах?
– Джоанна, а что ты делаешь?
– Нашла. Вот, светящиеся в темноте камни. Они помогут нам спуститься. Там же лестница дальше?
– Лестница, – кивнул я. – Но камни нам не понадобятся.
– Ты видишь в темноте?!
– Нет, просто поверь мне, – сказал я и, убрав платок с лица, стал спускаться во мрак.
Не прошло и пары секунд, как глаза адаптировались к темноте, а затем, через несколько десятков ступеней, дорога перед нами, как я и ожидал, стала светлеть, становясь все ярче и ярче, и вывела нас в огромный подземный зал. Возможно, раньше это была главная площадь перед дворцом. Но пространство было действительно очень большим – если раньше все это, скорее всего, находилось под открытым небом, то сейчас над нами был настоящий сводчатый купол, который здесь создала сама природа, скрыв от посторонних глаз такую красоту.
Перед нами простиралась не пирамида, нет. Это и был настоящий дворец под знаком Луны. То, что осталось на поверхности, всего лишь было его пристройкой, а не второй пирамидой. Все самое главное скрывалось здесь, под землей. Теперь это поняла и Джоанна: она буквально обогнала меня на последней ступеньке и немедля направилась прямо к стенам древнего сооружения.
Описывать моей спутнице, что здесь скрыто, было бесполезно: она все равно не поверила бы мне. Вокруг царила зловещая, пробирающая до костей тишина – сюда совсем не проникал ветер, и, в отличие от обычных пещер, здесь не было и намека на воду – стены были абсолютно сухими. Казалось, стоит подуть на них – и они обрушатся, но все было не так просто. Кто бы ни хотел спрятать (или от чего-то спасти) этот дворец – ему это удалось. Вокруг все было пропитано магией. Я не мог точно сказать, темной или светлой она была, но что сильной – это уж точно. Одна только сила, удерживающая потолок, чего стоит!
– Раз, два, три, четыре… Восемь, – тихо, будто пытаясь не спугнуть сказку, прошептала Джоанна. Я сразу понял, что девушка считала уровни дворца, нижний из которых был самым широким. Если бы не огромный пролом, который расколол дворец на две части, то можно было подумать, что люди просто недавно покинули это место и вот-вот вернутся. Но это было не так… Теперь от дворца уцелели только две половинки передней стены, дальше которой не было ровным счетом ничего – все забрали пески. Самым невероятным было то, что каждый уровень этой стены сверкал здесь, под землей, как самое настоящее предрассветное небо – и даже ярче, переливаясь из синего цвета в светло-голубой и обратно. Можно было предположить, что так сверкала какая-то специальная краска, но нет – все вокруг так и было пропитано магией. И именно от этого здесь, в подземном городе, куда не проникал солнечный свет уже много-много лет, мы видели все не хуже, чем днем.
– И снова те же рисунки… – произнес я, поравнявшись с Джоанной. – Но теперь не только они. Первый ряд – это люди с головами орлов. Второй – люди, держащиеся за руки. Третий – похоже на Солнце. Четвертый – вроде люди с копьями. Пятый – дракон. А последние три я так и не смог разглядеть, все стерлось. Как думаешь, что там было? Лев и скорпион?
– Нет, здесь что-то другое. Первый уровень – это те, кто наблюдает за нами. Второй – это мы, люди. Третий – это не Солнце, это возможные дороги, по которым мы можем пойти. Четвертый – это символ войны. Какую дорогу ни выберешь, рано или поздно все заканчивается сражением. Пятый – это мантикора как олицетворение объединения того, что в принципе не может существовать как одно целое. В этом случае показано, что волшебный зверь умнее людей: он стоит на ступень выше человеческих войн. А дальше символы Луны и Солнца, тьмы и света. Неужели не видишь?
– А последний уровень?
– Вот его уже не разобрать. Кажется, там должно быть то, что выше всего этого.
– Выше людей, выше волшебных существ, выше солнца и луны? И что это?
– Я не знаю, – ответила она, и тут вдруг над нами раздался громкий, но короткий гул, а за ним сразу же последовали звуки взмаха огромных крыльев.
Но стоило глазам обнаружить источник этих звуков, как разыгравшееся воображение тотчас успокоилось. Это была всего лишь желтоглазая сова, видимо, залетевшая сюда через открытый нами проход.
– Иногда мне кажется, что за нами и правда наблюдают, – произнес я, тяжело вздохнув.
– Испугался?
– Нет. Просто неожиданно получилось, – могу поспорить, что она сама испугалась, просто виду не подает.
– Да? А чего тогда за мешочек с камнями схватился? А вторая рука так до сих пор на рукоятке меча.
Я быстро посмотрел на свои руки и убрал их в карманы.
– Ну ладно, ладно. Сдаюсь. Ты меня поймала. Но подумай сама, что, если бы на нас сейчас напали? Что бы ты делала?
– Ну, наверное, стала бы защищаться.
– То есть ты все-таки умеешь сражаться? – недоверчиво спросил я.
– Не веришь? – показалось ли мне это, но во взгляде девушки мелькнула самая настоящая ярость.
– Да я до сих пор не знаю, что за камни ты таскаешь с собой. Они смогут нас защитить?! Ну, что скажешь?! – повысив голос, я решил не отступать и прояснить наконец ситуацию.
– А что скажешь ты?! Тебе не кажется, что арбалет был бы намного легче и лучше твоего огромного лука? Ты даже не можешь взять его сюда с собой. Какой от него прок, если он все время висит на лошади? А если хочешь стрелять, сидя в седле, то уж точно арбалет был бы удобнее, пусть и выстрелить им можно всего пару раз.
– Чего это тебя заинтересовал мой лук? – уже более спокойно спросил я. – Ну да, он большой и тяжелый, но я предпочитаю стрелять не на ходу, а откуда-то из засады. И на перезарядку болтов в арбалете надо больше времени. А лук… Достал стрелы из колчана – и вперед.
– То есть в ближнем бою ты бесполезен, – заключила Джоанна, и я уже собрался возразить, как вдруг девушка отвернулась от меня и вновь посмотрела на уцелевший фасад дворца.
– Что? – спросил я, не поняв, что она там увидела. – Удивляешься, почему светятся стены?