Я вдруг понял, что говорю с собой. Но я был не один. Пустое лицо все еще молчаливо смотрело в мою комнату из темноты.
– Что ты хочешь от меня? – устало спросил я, плохо понимая, что я несу и что делаю. – Что ты смотришь на меня? Я понятия не имею, что мне с тобой делать! Я не знаю, понимаешь?
Швырнул полупустую бутылку в стену. Она ударилась о потертые обои чуть выше Бокса, разлетелась снопом стеклянных брызг, оставив мокрое пятно.
– Ладно, так будет лучше. Лучше, понимаешь? – запустив руку в глубину сейфа, я вытащил пистолет, проверил обойму привычным движением. Поднялся, держась за стену и шагнул к прихожей.
Лань молчала и не двигалась. Я толкнул ее. Бросил куртку на пол, чтобы не измазать линолеум тем, что выскочит из ее пустой головы. Она пошатнулась, но не упала. Я снова толкнул ее в спину. Живая кукла послушно опустилась на колени.
– Ладно, передай привет этому идиоту, – я ткнул стволом в ее шею. Зажмурился. Водил пальцем по спусковому крючку, но не мог нажать.
– Черт! Да хотя бы вскрикни что-нибудь! Испугайся в конце концов.
Выдохнув, я попробовал снова. Но едва слышный щелчок показался ей командой. Она слегка повернула голову, взглянула на меня в пол-оборота. Волосы шевельнулись увлекаемые холодным дулом, а за ними мелькнул розовый еще не заживший шрам. Он тянулся от шеи вверх – тонкая полоска с красными точками от выдернутых ниток.
– Вот же дрянь, – я медленно убрал пистолет. Затем отшвырнул его, и он, отлетев, скрылся под низким креслом.
Прошло не меньше получаса. Я все еще сидел у стены и смотрел в затылок Лани, которая все также пыталась повернуться и взглянуть на меня. Шум в ушах понемногу унимался. Я достал из кармана телефон, отметил про себя, что на экране прибавилось трещин. Долгие гудки сменились сиплым сонным голосом. Там с той стороны доносились едва уловимые звуки писков и скрежета крикеров.
– Упаковщик! Девять часов утра субботы. Сейчас я просто приеду и размозжу тебе голову о стену, – комиссар говорил тихо, но убедительно.
– У меня кое-что из твоего барахла.
В трубке повисло длительное молчание. Потом пронзительная музыка сменилась на журчание воды и неспешные глотки.
– Ты сейчас это хочешь обсудить?
– Мне нужен спец по паролям. Сегодня. И очень хороший спец.
– За каким хреном он тебе с утра в субботу? Ты пьян?
Я не отрицал. Скользнул взглядом по комнате, по шраму Лани, на мгновение задержавшись на нем. Планшет на полу, но о нем ни слова! Но мой ноутбук угрожающе замер на краю стола.
– Марта, – я облизал губы. – Дело в ней. Кто-то взломал и запаролил ее.
– В поддержку обратись!
– Не могу. Личное.
Он раздраженно выдохнул.
– Ладно. Каждый выносит себе мозги как считает нужным. Жди через час. Может полтора, но вообще она пунктуальна.
Он отключился, едва я успел спросить имя.
Глава 3. Алина Ли
Она пришла ровно через час. Невысокая и спортивная, хотя и с несколько пышноватыми бедрами. Пурпурный парик с косой челкой скрывал один из ее изумрудных глаз. Девушка расстегнула короткую кожаную куртку до пупка, повела плечом, и тонкая черная ткань скользнула вниз, обнажив грудь. Девушка запустила ладонь под волосы и покрутила шеей, словно ее мучила боль в позвонке.
– Лим, верно? Точнее, господин Лим, конечно. Но этот вопрос насчет господина еще нужно будет обсудить, – она оглядела квартиру – не брезгливо, оценивающе, словно на предмет скрытых камер и затаившихся в углах непрошенных дружков.
Я ответил не сразу. Только кивнул, но вышло как-то неуверенно.
– Позвонил комиссар. Сказал, что тут заждался клиент, которому срочно нужна неотложная помощь, – девушка кинула свою сумочку в кресло и расстегнула куртку до конца.
– Верно. С паролем на планшете. Он видимо что-то напутал…
Незнакомка некоторое время смотрела на меня, пожевывая губу, потом вздохнула и резким жестом застегнула куртку до подбородка. Сняла с головы парик и отправила его к сумке. Под ним поблескивали в свете лампы черные, убранные под сетку волосы.
– А, так в этом смысле клиент…
Казалось, что никакой неловкости путаница не вызвала. Девушка опустилась на край дивана и стерла салфеткой яркую помаду с тонких губ.
– Давайте сюда свой планшет. Предупреждаю сразу – это недешево. Зато я не буду спрашивать откуда он у вас и что на нем любопытного.
Она нацепила очки с двумя тонкими проводами, один из которых уходил к едва заметному наушнику в ухе. Другой скрывался в кармане. По прозрачным стеклам побежали зеленые и красные строчки цифр и иероглифов.
– Загрузится софт, и мы начнем. Можете подать мне переходники из сумочки? Я уже удобно сижу.
Сумка была приоткрыта. Внутри вперемешку лежали провода, лубрикант, газовый баллончик, несколько флешек и социальная карточка, из которой я узнал, что на моем диване сидит Алина Ли. На фото у нее были немного более пухлые щеки и внимательные прищуренные глаза.
– На дне. Набор в прозрачной коробочке.
Я следил за ее работой, а Алина сосредоточенно вглядывалась в появляющиеся и исчезающие на стеклах очков окошки, изредка встряхивала головой и один экран заменялся другим. На препарированном планшете медленно вращался значок красного гаечного ключа. Скоро она сняла очки и аккуратно положила их на стол.
– Все. Отдыхаем. Через пятнадцать минут перезагрузится и посмотрим, что получилось.
Она опустила ладони на голые коленки и смотрела на меня, наклонив голову.
– Не страшный, только небритый. Это плохо – потом царапины. Даже хорошо, что я неправильно все поняла. Хотя комиссару следовало бы выражаться понятнее и завязать уже со своим экутером – расплавил себе все мозги и говорит будто, бредит. Попробуй, пойми о каком клиенте идет речь. Надеюсь, я вас не сильно смутила.
– Ты проститутка, – сказал я.
Она закатила глаза и вздохнула.
– Вам нужен взломщик гаджетов? Это я. Что я делаю с клиентами другого рода – не ваше дело. Хотя, чего я вас отчитываю, – она поднялась и потянулась, подняв над головой руки. – Как словами не играй – вы правы. Отчасти, конечно. Но с вами у вас ничего не получится. Даже если вы хренов богач.
– Я не симпатичный? – усмехнулся я и погладил рукой подбородок. От меня, наверное, несло перегаром и плохо просохшей одеждой.
– Дело не в этом.
– А если бы я тебе понравился?
Она покачала головой.
– Сразу нет. Привлекательность какого-либо пола – иллюзия.
– Понятно. Асексуалка. Слышал о таких, как ты. Вроде бы вы даже удаляете себе яичники или что-то вроде того, – сказал я.