прекрасный двадцать первый год.
Без всяких карантинных бредней
Спокойный, без пустых хлопот
Ну пусть, как минимум, безвредней:
жар летом, а зимою лед.
И чтоб весною – соловей.
Жить веселей и здоровей.
Чтоб не скрывать улыбку маской
и, в неге дружбы и любвей,
не бдить дистанцию с опаской
меж матерей и сыновей.
И без забот и без хлопот
любой прекрасно заживет
И чтоб не огорчали вести,
политика, доход-расход.
И будем пить с друзьями вместе
за новый, столь чудесный год…
И в Новый год, в холодном мертвом доме,
скончается, не поднимая тяжких век,
поехав крышей от похмельного синдрома
последний выживший на свете человек
***
Исповедь искателя счастья
На свете счастья нет, но есть покой и воля. А.С. Пушкин
-Ты рожден для труда, – говорили они,
и в труде проходили и ночи, и дни.
Но растаяли деньги за пот и за труд.
То, что труд благотворен, – безжалостно врут.
И сказали они: путь твой светел и чист.
И меня понесло, как оторванный лист.
Через пыль и туманы влачило глупца
по дорогам, которым не видно конца.
Я в дороге иссох, я в труде измождён,
и засыпан песками мной пройденный путь.
Так скажи мне хоть ты: для чего я рожден,
и когда я смогу отдохнуть?
Мне сказали: «Мир слов, – вот канон и стезя!»
И слова мои взмыли, по небу скользя.
Но песком осыпался бессмысленный вал
из завистливых воплей и глупых похвал.
И сказали мне: «Ты же рожден для любви!»
Я любил так, что хрипли вокруг соловьи.
Ревновал и страдал, чувства матом кляня.
Вновь влюблялся, бросал и бросали меня.
И душа обросла заскорузлой корой.
Там, где вера была, – лишь одни муляжи.
Стала боль моим спутником, кровной сестрой.
Так возможно ли счастье, скажи?
Если все, что я слышал, лишь мара и ложь,
Если в сердце ржавеет обломанный нож,