Лесси пыталась оценить обстановку,» Этот здоровяк не справится с управлением, столкновение на такой скорости с вероятностью в сорок процентов смертельно для всех», — странно, но девушка в тот момент была совершенно спокойна, она даже не успела этому удивиться. ” Слишком большая скорость, никакого сцепления с дорогой». Она не видела причину, из-за чего это началось, не видела двери, она считала обороты. Один… Пальцами нащупала предохранитель двери. Два… Потянула вверх до щелчка, другой рукой отстегнула ремень безопасности. Три… Сейчас… Дернула замок ручки. Дверь по инерции распахнулась, ветер и ночной влажный воздух ворвался в машину и растрепал девушке волосы. Лесси сгруппировалась, уперлась ногами в сидение и резко оттолкнулась. Получилось, она выпрыгнула и на мгновение зависла в воздухе. Первое касание земли было ногами, мягкие кроссовки и правильно согнутые ноги в коленях смягчили удар, ее занесло, но уже не так сильно. Брызги. Она проскользила несколько метров по мокрому асфальту и остановилась.
Лесси резко подняла голову, теперь она видела дверь, обычная деревянная дверь в центре дороги. Затем перевела взгляд на машину, та переворачивалась в воздухе… Но почему-то очень медленно. ” Скорее всего, мозг и тело в состоянии шока работают слишком быстро», – выдала заключение девушка.
Она видела, куда собирается влететь эта гребенная «американская мечта» – огромное, сухое дерево с ветками во все стороны. Так и произошло.
Снова взгляд на дверь. Та начала открываться. Свет из двери слепил ее, девушка прищурилась… Из нее вышел человек в шляпе. Мужчина. Окантовку силуэта поглощал свет, слишком яркий, нет, слишком белый. Лесси машинально попробовала прочувствовать ауру незнакомца, и в этот раз получилось легко.
Девушка схватилась за голову, села на корточки и закричала, она не понимала, как можно терпеть такую сильную боль. Следом за болью была смерть. Она ощущала ее, совсем близко.
Лесси выла, она чувствовала всего лишь малую часть боли человека в шляпе и кричала, кричала. Она не видела момента аварии, не слышала звука удара, она только могла кричать. Вдруг услышала в голове приятный голос и сразу взяла себя в руки. Голос был слабый и такой знакомый. ” Где я уже слышала его? Где?»
– Помоги…
Голос прозвучал так ясно, прямо в голове у нее.
– Помоги, – повторил незнакомец.
Дверь исчезла, и он упал, как мешок, ударившись головой об асфальт, шляпа слетела, дождь заливал его тело.
Лесси сделала глубокий вдох и сконцентрировалась, почувствовав тепло в животе, оно разлилось по телу, дойдя до кончиков пальцев. Медленный долгий выдох. Глаза на миг вспыхнули, и она сорвалась с места, оцепенение, как рукой сняло. Сила переполняла девушку.
Три человека… Первое – оценить состояние каждого и расставить приоритеты.
Лесси видела ауры и уже знала, что делать, она подбежала к машине. Водитель был не пристегнут и вывалился по пояс из переднего окна на капот. Девушка положила руку на голову Бо и закрыла глаза. ” Всё в порядке, перелом кисти, несколько сломанных ребер, вывих плечевого сустава и множество мелких порезов. Жить будет», – она крепко взяла водителя за руку, уперлась ногой в подмышку и дернула. Тот скривился от боли, повернул голову, посмотрел на неё и опять отключился. Лесси смахнула капли дождя с лица рукавом, размазав тушь.
Задняя дверь кадиллака оторвана и валяется неподалеку. Лесси влезла на заднее сиденье, Дариан сидел пристегнутый и хрипел. Свист из легких вперемешку с бульканьем. Весь халат завален осколками стекол. По подбородку текли слюни с кровью, из окна торчала огромная раздвоенная ветка. Та, которая поменьше, торчала из шеи, другая, толщиной с ее запястье, пробила легкое. Дариан не осознавал, что с ним, ему казалось, будто что-то его придавило и мешает пошевелиться. Он не мог двинуть головой, от этого глазные яблоки максимально были напряжены и повернуты влево. Он смотрел на человека, лежавшего на асфальте без сознания, и глотал воздух.
Около машины на земле валялся ее чемодан, Лесси схватила и быстро заговорила:
– Не двигайся, раны серьезные, но не смертельные, будет больно, терпи.
Из чемоданчика она вытащила медицинский пистолет, взяла красную ампулу, вставила сверху в отсек, отвернула ворот халата и выстрелила в плечо парню.
– Ггхххххх, – Дариан сжал зубы. Боль от плеча расходилась по телу.
Следом за красной ампулой желтая, опять выстрел чуть ниже. Тепло, жарко, нет, холодно, Винча затрясло.
Третью ампулу он уже не чувствовал, но постепенно тело расслабилось, дыхание выровнялось. Его отпустило, в голове прояснилось, всё было на своих местах. Мысли, следом за ними идеи плавно и размеренно выстраивались, словно складывался паззл.
Дариан смотрел, не отрываясь, на человека на асфальте. Он пытался сглотнуть, но почему-то не мог. Хотелось пить. Вдруг он вспомнил голос того белобрысого мальчика.
«Спаси стрелка».
Винч схватил Лесси за руку, другой рукой быстро нащупал шкатулку в кармане, вытащил и протянул доктору. Слова давались с трудом, но он четко знал, что нужно сделать. И сделать сейчас.
– Вколи это ему.
– Что? – удивленно подняла брови Лесси.
– Вколи ему это, —повторил Дариан, – во имя своего отца… Вколи! – сказал он громче. – Сейчас же!!!
Лесси молча взяла шкатулку, открыла, отбросила пустую коробку в сторону, сорвала колпачок, проверила, что в шприце нет воздуха. Дождь стал идти еще сильнее, вдалеке ударила молния, осветив силуэт тела на дороге. Она присела около человека в плаще, одним резким движением вогнала шприц в шею и ввела содержимое…
Некоторое время ничего не происходило, дождь стекал по прилизанным волосам и заливал лицо.
«Наверное, я сейчас, как мокрая курица», – подумала девушка и стала ждать. Человек дернул сначала пальцами, затем пошевелился, попытался приподняться, опять упал и перевернулся на спину. Он молча смотрел в небо и тяжело дышал.
«А он симпатичный», – подумала Лесси.
Очнулся и Бо. Кряхтя и бормоча себе под нос, он слез с капота, встал на ноги, хромая, подошел к доктору и первым делом спросил:
– Как там Винч?
– Ему ничего не угрожает, но этим двум нужно в больницу.
Бо подошел к машине, около зеркала заднего вида отковырнул защитную крышку и нажал кнопку SOS.
Дождь закончился. Лесси, насквозь мокрая, сидела в машине, укутанная в плед, и двумя руками крепко держала чашку чая. Она была вымотана до предела, на лице не было никаких эмоций, только усталость. Мигалка скорой помощи отражалась в лужах. Ноги… Кто-то куда-то ходил, что-то спрашивал, записывал. Она не могла никак согреться.
Двери микроавтобуса были раскрыты. Рядом лежал человек, который вышел из двери, он был в сознании, но лежал с закрытыми глазами. Голова перевязана, сквозь бинт проступала кровь. Она отчетливо чувствовала смерть, это проклятие с детства преследовало ее. Сначала бабушка, потом отец, а вскоре и мать. Во время обучения несколько раз она чувствовала ее и никогда не ошибалась. ” Что это был за шприц? Ведь это спасло парня», – врачи временно наложили ему повязки, но пули нужно вытащить, как можно скорее, ему нужна операция.
Плащ и шляпа валялись рядом. Она толкнула их ногой, что-то тяжелое лежало под тканью, Лесси потянула за кожаный ремень и вытащила кобуру с огромным пистолетом.» Такой тяжелый» … Ей было интересно, и она достала кольт. Теплая деревянная рукоятка с непонятными надписями на каком-то языке, очень гладкая и старая. Металл отливал серо-голубым цветом. На стволе была выгравирована роза. Девушка не могла оторваться от этого произведения искусства. Казалось, пистолету уже тысяча лет, она сжала рукоятку сильнее и почувствовала едва заметную вибрацию. От этого по ее телу прошла приятная волна. Пистолет был очень тяжелый, не хотелось отпускать его. Лесси поднесла его ближе и втянула носом. Запах пороха с чем-то непонятным… Кажется, запах дерева. Большим пальцем отвела стяжку и откинула барабан… Четыре патрона. Одним движением дернула вправо, барабан встал на место, но руку чуть не вывернуло. Девушка посмотрела на незнакомца.
«Я думала, он старше, а на самом деле, наверное, мой ровесник», – подумала Лесси. —” Сейчас его отвезут в больницу. Если врачи найдут пистолет, то вызовут полицию и передадут его копам. У меня такое чувство, что револьвер очень важен для…» На ум пришло слово… Стрелок… Она быстро убрала пистолет в кобуру, застегнула у себя на поясе и прикрыла пледом. Врачи доставали Дариана из разбитой машины. Бо хромал вокруг и суетился.
– Аккуратнее с ним! Дариан, держись, мы тебя вытащим, отвезем в больничку, там тебя быстро поставят на ноги.
Дариан не понимал, где сон, а где реальность, он балансировал в астрале, в своих мечтах. Ему было так хорошо, он представлял, что бежит по полю с подсолнухами, солнышко греет, теплый ветерок щекочет. Врачи наконец-то достали его, положили на каталку и занесли в машину. Теперь он лежал рядом с тем парнем. Врачи отпилили ветку, но не рискнули ее доставать, Винч был бледный, было страшно смотреть на это. Но главное, он был жив.
Видящий
Два монаха, старый и молодой, стояли возле прозрачного шара.
Старик смотрел то на шар, то на мальчика. Глаза ученика были закрыты, видно было, как глазные яблоки нервно двигаются под веками. Светлые волосы с ровной челкой сейчас спадали на лоб. Старик любил этого парня и сильно за него переживал.
Мальчика привели в храм, когда тот был совсем маленьким. Его родителей нашли разорванными дома, а он сидел на полу весь в крови и смотрел в одну точку. Тонкий, едва заметный, шрам проходил через глаз от щеки ко лбу, но сам глаз не пострадал. Мальчик чудом остался жив, и никто так и не понял, что произошло в ту ночь.
Лиам до 11 лет совсем не разговаривал. Он мог, со связками всё было в порядке, просто не хотел или боялся и всегда отворачивался, когда наставник поднимал эту тему. Мальчик мало ел, часто просыпался от ночных кошмаров. Монах заботился о нем, учил и был для него, как отец. В итоге однажды мальчик зашел к нему в комнату и сказал:
– Доброе утро, учитель, я приготовил завтрак.
Голос у мальчика был высокий и чистый, в нем отсутствовали низкие тона, ни намека на баритон или бас, казалось, он говорил фальцетом.
Старик чувствовал, что у мальчика есть врожденные способности видеть, то, что скрыто от других, и был убежден в том, что не бывает случайностей, и мальчик оказался тут не просто так. Лиам любил рисовать, и мастер иногда не понимал, что изображено на его рисунках. Какие-то странные железные повозки на колесах, каменные высокие дома, доходившие до облаков, демоны, вампиры, одноглазые гиганты, поезда, летающие по небу. Лиам рассказывал, что видит их во снах, но монах уже понял, что это другие миры. Мальчик был видящим.
С того момента они начали тренировать способности. Сначала это были легкие задания: он учился видеть глазами животных, затем других учеников и служителей храма. Потом он мог уже дотянуться до деревни. Теперь монах стучал перед тем, как войти к подростку – кажется, ему нравилось подглядывать за девочками в бане. Хоть старику и не нравилось это, но он понимал, что такой возраст. Лиам всё равно не послушается.
Недавно ему стукнуло 16 лет. Совсем уже взрослый, монах отогнал воспоминания.