Оценить:
 Рейтинг: 0

По следам дзёро-гумо

Год написания книги
2023
Теги
1 2 3 4 5 ... 8 >>
На страницу:
1 из 8
Настройки чтения
Размер шрифта
Высота строк
Поля
По следам дзёро-гумо
Полина Луговцова

Амина отчаянно хочет быть счастливой и делает все для этого. Она выходит замуж за того, кого сама себе выбрала в мужья, и отправляется с ним в свадебное путешествие на тропический курорт. Вся дальнейшая жизнь представляется ей прекрасной сказкой. Но, проснувшись однажды утром в номере своего отеля, она обнаруживает записку, где муж признается, что никогда ее не любил и уходит к другой. Не желая мириться с участью брошенной жены, Амина пускается на поиски сбежавшего супруга, и постепенно красивая сказка становится все более страшной. Амина подозревает, что мужа увели обманом или похитили. Она ждет, когда преступники потребуют выкуп, но вскоре выясняется, что в похищении замешаны коварные демонические существа, лишь притворяющиеся обычными людьми. А потом Амина понимает, что и сама она не совсем человек.

Полина Луговцова

По следам дзёро-гумо

Глава 1. Разлучница

Китай, о.Хайнань, г.Санья, отель «HuayuResort & SpaYalongBaySanya 5*»

Ни для кого не секрет, что семейное счастье – это невероятно хрупкая субстанция, в любой момент способная разлететься вдребезги, но Амина была уверена, что уж в ближайшие несколько лет светлые горизонты ее будущего не омрачит ни одна, даже самая крошечная тучка. И вот, на душе мрак и слякоть, так же, как и снаружи: хляби небесные разверзлись за окнами, будто по заказу, – дождь хлынул именно в тот момент, когда на глаза ей попалась эта ужасная записка! Трудно поверить, что записка от Кирилла, но это точно его почерк, без сомнений. Как может человек, который всегда смотрел на тебя с безграничным обожанием, написать такие мерзкие бесчеловечные вещи?

«Сегодня я понял, что никогда тебя не любил и точно не полюблю. Извини, что не оправдал твоих надежд. Не ищи меня, улетай домой одна, я остаюсь здесь, потому что встретил свою настоящую любовь.

Кирилл»

Так просто! А ничего, что они только что поженились? Как это вообще понимать?! Слинял, как последний трус, пока она спала! Испарился беззвучно, словно привидение! Спасибо хоть, что не сбежал прямо из-за банкетного стола, на забаву трем сотням гостей. Пощадил честь невесты, дотерпел до свадебного путешествия и даже целую неделю рядом продержался. Сила воли – кремень, ничего не скажешь!

А эта его «настоящая любовь» – кто она? Неужели та замухрышка из кредитного отдела, которая носила ему кофе в кабинет? Имя у нее пафосное такое – Камилла! Она что, прилетела за ним на Хайнань? Вряд ли Кирилл успел закрутить здесь роман с какой-то туристкой, он и Амина все время были вместе, почти не отходили друг от друга. Амина напрягла память, вспоминая, пропадал ли ее новоиспеченный муж из поля зрения хотя бы ненадолго, и к своему удивлению, насчитала немало таких моментов, но тогда все они не вызвали у нее подозрения: в ресторанах и барах Кирилл отлучался в туалет, на пляже отходил к торговым палаткам за соком и фруктами, пару раз плавал в море один, потому что ей не хотелось лезть в воду, но при этом он почти все время оставался на виду. Правда, она за ним не наблюдала. Так, посматривала иногда. Но даже если она не видела его на протяжении получаса, то это ничего не значит. За такое короткое время нереально склеить новую подружку, а если подобные ловкачи и бывают, то им самое место в Книге рекордов Гиннеса! Кирилла же трудно назвать ловкачом, он каждый шаг взвешивает, никогда не совершает спонтанных поступков. Он не способен найти «настоящую любовь» всего лишь за неделю, даже на спор, но все же это произошло, если верить его словам. Амина всегда придерживалась принципа «доверяй, но проверяй», и потянулась к телефону, лежащему на прикроватной тумбочке.

На экране высветилось местное время, в курортной Санье тринадцать ноль-ноль. Разница с Москвой – пять часов. Значит, там сейчас восемь утра, и рабочий день уже начался. Банк «Русский Старт» откроется еще только через час, но работники уже должны сидеть на своих местах, за исключением руководителей отделов, которые начинают свой день с планерного совещания в кабинете директора – отца Амины. Камилла не входит в число руководителей, она обычный операционист, и сейчас самое время позвонить ей и поинтересоваться ее планами на день. Амина не рассчитывала услышать правду, – вряд ли Камилла признается, что находится на Хайнане рядом с Кириллом, – но по голосу можно распознать ложь, да и окружающий шумовой фон подскажет: офисный унылый гул трудно спутать с оживленным бурлением туристической Саньи.

«Камилла, не ты ли увела Кирилла?» – с мрачной веселостью пробормотала Амина, выбирая нужный номер в списке контактов.

Удивленный голос предполагаемой соперницы прозвучал после второго гудка:

– Амина Зафировна?..

Раздался скребущий звук отодвигаемого стула, – похоже, Камилла встала из-за стола, ошарашенная неожиданным звонком. Она всегда вставала, когда Амина подходила и заговаривала с ней в офисе банка, а еще обращалась к Амине по имени и отчеству, хотя они были одного возраста, им обеим исполнилось по двадцать два года минувшей весной, Амине в апреле, а Камилле в мае.

Деловая этика вытеснила намечавшуюся дружбу, а разница в служебном положении пролегла пропастью между ними, когда по окончании вуза девушки устроились на работу в один банк, директором в котором был отец Амины. Собственно, поэтому Амине досталась неплохая должность кредитного эксперта, а через полгода ее повысили до управляющего кредитным отделом в центральном офисе. Наверное, Камилле было обидно получить самую простую и низкооплачиваемую работу, ведь ее диплом ничем не отличался от диплома Амины, – они оба были «красными», но что поделать, такова жизнь, хороших должностей на всех не хватает, и если бы Амина не попросила отца взять в банк ее сокурсницу, та могла бы до сих пор скитаться в поисках подходящих вакансий. Так что Камилле еще повезло. Только вот, похоже, она этого не поняла и всем своим поведением демонстративно подчеркивала, что теперь находится в подчинении у Амины. Деловая этика ни при чем, это был своеобразный протест, Амина нисколько не сомневалась. И когда в офисе появился Кирилл, Камилла начала крутиться вокруг него только потому, что Амина обратила на него внимание. Бывшая сокурсница мстила ей за неравенство, в котором Амина была не виновата.

– Привет! Не знаешь, отец на работе? Дозвониться до него не могу, – соврала Амина, чтобы окончательно убедиться, что Камилла находится в Москве, в офисе банка.

– Зафир Каримович на месте. Что ему передать? – От безупречно вежливого голоса Камиллы настроение Амины еще больше испортилось, хотя ей казалось, что хуже уже быть не может.

– Ничего не передавай, я перезвоню ему позже. – Амина отключилась. Наверное, это было грубо. Конечно, стоило перекинуться с Камиллой парой фраз и хотя бы сделать вид, что между ними еще сохранились приятельские отношения, несмотря на разницу в служебном положении. В другое время Амина так и поступила бы, она не любила открытых конфликтов, предпочитая сглаживать острые углы, но сейчас у нее не хватило на это сил. К тому же, все ее умственные возможности были задействованы в разрешении только что возникшего в голове вопроса: «Если разлучница – не Камилла, то кто же тогда?». Однако сосредоточиться никак не получалось, мысли ворочались в мозгу, как ленивые улитки. Пора бы принять прохладный душ, это должно помочь взбодриться.

Амина выпуталась из простыней, сбившихся в кокон во время ее истеричных метаний по кровати, и, придерживаясь за стены, побрела в ванную. Голова кружилась после нескольких часов рыданий, а лицо казалось тяжелым, будто на нем лежал толстый слой косметической маски из глины, еще не успевшей затвердеть. В ванной обнаружилась полуголая китаянка, и Амина взвизгнула от неожиданности, а потом зашлась гомерическим хохотом, тыча пальцем в свое отражение в зеркале. Теперь ее было не отличить от коренной жительницы Поднебесной: европейский разрез глаз исчез под отекшими веками, а точеный носик, которым она втайне гордилась, распух и стал шире как минимум вдвое. Темные прямые волосы, доставшиеся ей от отца, идеально дополняли азиатский образ. Может быть, в таком виде она бы больше понравилась Кириллу? Вдруг его очаровала одна из местных прелестниц? Но, боже мой, о чем он думал? На что он собирается жить? Один звонок Амины отцу, и все банковские карты Кирилла будут заблокированы. Какой же безудержной должна быть вспыхнувшая любовь, если бывший муж решил пожертвовать своим благополучием? Ведь, как только отец узнает об этом, тотчас лишит нерадивого зятя и денег, и должности! Перед свадьбой он назначил Кирилла своим первым заместителем, подняв с уровня офисного планктона. Теперь же ни в одном банке Кирилла на работу не примут: Амина была уверена, что отец придет в ярость и занесет его в «черный список» неблагонадежных сотрудников, так что о банковской карьере неверному муженьку придется забыть. Но, судя по всему, его это не пугает. Так кто же эта разлучница, затмившая Кириллу белый свет и укравшая счастье Амины?

Собственное отражение в зеркале вызывало отвращение. Захотелось взять что-нибудь потяжелее да запустить в него с размаху. Амина положила ладонь на массивную керамическую мыльницу и представила, как зеркало разлетается на множество осколков, клиновидных и острых, как бритвы. Такие осколки – как раз то, что нужно, чтобы заглушить боль в сердце. Пусть они ранят ее, пусть вонзятся в тело и отвлекут от ужасных мыслей, это поможет ей вытерпеть сегодняшний день, а завтра, вероятно, к ней вернется желание жить дальше. Если же нет – что ж, в этом гостиничном номере еще много зеркал. В прихожей вообще зеркальный шкаф во всю стену. Амина уже так делала раньше: спасаясь от душевной боли, переключалась на боль от внешних ран. У нее было двенадцать длинных рубцов на правой ноге выше колена, тонких и белых, почти незаметных. Они появлялись по одному в день, начиная с того момента, когда Амина потеряла надежду на то, что мама вернется, а случилось это спустя месяц после ее исчезновения. Надежда растаяла, как только отец Амины привел в дом другую женщину. Быстро же он нашел маме замену, даже не зная, жива она или мертва! Одиннадцатилетняя Амина решила, что теперь-то уж мама точно не придет домой, раз ее место занято. Лишь повзрослев, она поняла: мама пришла бы за ней, если была бы жива, ведь матери не бросают своих детей. На такое способны только очень плохие матери, которые не умеют любить. Мама Амины не могла выразить свою любовь словами, потому что была немой, но она часто гладила Амину по голове и улыбалась ей так, как могут улыбаться только люди с горячо любящим сердцем.

Амина подняла мыльницу и уже собралась с духом для броска, но внезапно ее рука замерла в воздухе. Ей показалось, что ее отражение, так мало похожее сейчас на нее саму, напоминает ей кого-то другого: молодую девушку, китаянку, которую она видела совсем недавно. Мыльница выскользнула из пальцев и с громким стуком упала в раковину. Амина шагнула к зеркалу и присмотрелась. Откинула волосы со лба, собрала их в хвост, потом скрутила в тугой пучок, так, что уголки ее зареванных глаз приподнялись и устремились к вискам. Поджала губы, вскинула подбородок. Вспомнила! Вчера вечером девушка с похожей внешностью стояла во дворе этого отеля. Амина увидела ее, когда заинтересовалась, отчего Кирилл так долго пялится в окно в их номере, и подошла посмотреть, что он там увидел. Но тогда эта девушка не вызвала у нее интереса – бледная и невзрачная, в каком-то простом темном кимоно – Амина подумала, что она из обслуги, из тех, что работают снаружи, убирают территорию, ухаживают за клумбами, чистят пруды. Пруды здесь были восхитительные: обширные, утопающие в зелени, затянутые лотосом, с мостиками и каменными фигурками. Берега вплотную подступали к стенам здания. Увидев пруды впервые, в день заселения, Амина даже удивилась, как они еще не затопили отель, ведь вода уходила прямо под лоджии первого этажа. Но, видимо, устройство водоемов было достаточно надежным, потому что на этих лоджиях постояльцы с довольным видом попивали чаек, и никто из них не выказывал беспокойства. Алина порадовалась, что им с Кириллом достался номер на последнем, четвертом этаже, предпочитая любоваться прудами на расстоянии, все-таки от них шел запах тины, несло сыростью и летели какие-то мелкие мошки, безобидные, но надоедливые.

В день заселения китаянка тоже была во дворе перед окнами, копошилась возле прудов. Сейчас Амина отчетливо вспомнила это, хотя тогда, охваченная новыми впечатлениями, совершенно не обратила на нее внимания. Трудно представить, что Кирилл мог увлечься девушкой из обслуги, да еще с такой неброской внешностью. Но почему вчера он так долго стоял у окна? Разглядывал ее? И она на него тоже смотрела? Внезапно Амина почувствовала, как вдоль позвоночника прокатилась волна колючих мурашек от осознания, что Кирилл стоял у окна не только вчера. Ох, он ведь почти каждый вечер торчал там, как завороженный! И почему Амина раньше не придавала этому значения? Она начала перебирать в памяти события последних дней и поняла, что китаянка часто попадалась ей на глаза, так часто, что Амина даже запомнила ее внешность, хотя и не смотрела прямо на нее. Девушка выглядела довольно юной, но возраст определить было трудно, ведь известно, что китаянки на долгие годы сохраняют молодость. Она все время крутилась неподалеку от входа в отель, и поэтому Амина видела ее несколько раз в день. Кроме этой девушки, в саду работали и другие люди, но именно она всегда находилась возле прудов. Причем, Амина ни разу не видела, чтобы китаянка занималась каким-нибудь делом, например, ухаживала за растениями или собирала сачком нападавшие в пруд листья; нет, она обычно выглядывала из гущи ивовых или пальмовых зарослей у самой воды, будто русалка, и смотрела на проходящих мимо туристов своими непроницаемо-черными блестящими глазами, словно кого-то высматривала. Охотилась за чужими мужьями? Ловила их блуждающие взгляды? Может быть, она зарабатывала, торгуя собой? Но в таком случае Кирилл бы не написал эту ужасную записку, а уже вернулся в номер и, оправдывая свое отсутствие, плел сейчас всякие небылицы. Амине ярко представилось виноватое лицо ее мужа, мечущийся от неловкости взгляд, капельки пота, выступившие на лбу от чрезмерных стараний казаться невозмутимым. Когда Кирилл врал ей (а это случалось часто, но в основном по мелочам), Амина сразу же его раскусывала, но делала вид, будто верит, считая, что он просто не хочет ее расстраивать, а значит, дорожит отношениями. Чтобы вот так, одним махом сжечь все мосты и уйти – это было совсем на Кирилла не похоже!

Но, черт возьми, что же тогда с ним произошло?!

Повинуясь инстинктивному импульсу, Амина вышла из ванной, позабыв о том, что собиралась разбить зеркало, и приблизилась к окну, но не вплотную, а остановилась в двух шагах от него, оставаясь в тени комнаты. Ее взгляд устремился вдаль, в гущу сочной зелени пальм, обступавших пруды. Среди широких, похожих на раскрытые веера, листьев, угадывался точеный девичий силуэт. «Разлучница»? Но что ей теперь здесь делать, если она достигла цели и увела у нее Кирилла? Или же дело не в ней?

Амина проследила за взглядом китаянки и вздрогнула: та смотрела в одно из окон правого крыла отеля, выдававшегося во двор. За окном, прижавшись лбом к стеклу, стоял парень европейской внешности и не сводил с китаянки глаз. Он не улыбался ей, не подавал никаких знаков и даже не шевелился – просто таращился на нее с отрешенным счастливым видом, какой бывает у путника, добравшегося до цели после того, как надежда на это окончательно умерла.

Глава 2.«Отпадный мерзавец»

Тремя месяцами ранее.

Россия, Москва, центральный офис банка «Русский Старт»

В абсолютной тишине обычное цоканье каблуков звучало оглушительными ружейными залпами. Как всегда, весь отдел замер и уставился в мониторы своих компьютеров, едва перед Аминой распахнулись двустворчатые двери из дымчатого стекла, выпуская ее в зал для приема клиентов. Она не очень-то любила покидать свой уютный кабинет и приходила сюда только в крайних случаях, когда вопрос нельзя было решить по телефону или с помощью видеосвязи. Но на этот раз у Амины не было никаких рабочих вопросов, ею двигало жгучее любопытство: в клиентском отделе появился новый работник, на камерах он выглядел редким красавчиком, и ей хотелось взглянуть на него поближе, а заодно отогнать Камиллу, прилипшую бедром к его столу. Камилла торчала рядом с ним уже битый час, и приторно-милая улыбка не сходила с ее лица, а парень с радостным видом прихлебывал принесенный Камиллой кофе и, судя по всему, не спешил приступать к своим обязанностям. Причем, оба так увлеклись беседой, что даже довольно громкие шаги приближающейся Амины их не смутили.

– Прошу прощения, если помешала. – Амина остановилась за спиной у щебечущей что-то Камиллы, и, скрестив руки на груди, окинула парня строгим взглядом.

Вблизи он показался ей еще привлекательнее. Таких утонченных красавчиков она прежде не видела, даже в кино. Он был настолько хорош собой, что казался ненастоящим, как манекен в магазине дорогой одежды: идеальные пропорции, в меру мускулист и худощав, лицо как у греческого бога, но, в отличие от манекена парень обладал мощным атрибутом притягательности: умными голубыми глазами, подернутыми туманной дымкой задумчивости.

– Добрый день, Амина Зафировна! – Камилла отшатнулась от стола, как ошпаренная, и растерянно заморгала.

– Вижу, тебе наскучила твоя работа! – Амина сдобрила ехидную фразу презрительным смешком. – Понимаю, многие не выносят бумажной рутины! Может быть, тебе стоит подыскать для себя более увлекательное занятие? Например, устроиться официанткой в хорошую кофейню? Вижу, ты умеешь подавать кофе, у тебя явный талант! С таким подходом к делу ты можешь рассчитывать на приличные чаевые.

– Правда, вы так считаете? Хотите, я и вам кофе принесу? – Камилла заморгала еще энергичнее, и Амине стало ясно, что бывшая сокурсница перед ней паясничает. Ни намека на неловкость или чувство вины у той не было и в помине. Ну и хамка! Никакого уважения.

– А давай-ка, принеси! – неожиданно для себя выпалила Амина, хотя вместо этого собиралась отчитать зарвавшуюся Камиллу и даже, может быть, пригрозить ей лишением премии. – И мне принеси, и всем остальным сослуживцам заодно! – добавила она, понимая, что ее «понесло», но не в силах сдержаться. – С этого дня назначаю тебя подавальщицей кофе, а твою работу пусть возьмет на себя новый сотрудник… – Амина повернулась к парню. – Извини, вылетело из головы, как там тебя…

– Кирилл. – Он медленно поднялся со стула, глядя на нее спокойно и как будто даже с уважением. – Меня зовут Кирилл Машков. И у меня есть бейджик, Амина Зафировна! Взгляните на него, если снова забудете мое имя. – Он прикоснулся к пластиковому прямоугольнику, приколотому к лацкану пиджака с правой стороны. – Но, может быть, у вас проблемы не только с памятью, но и со зрением? Тогда я могу перевесить бейджик на более видное место, только скажите, куда вам будет удобнее смотреть.

В тишине зала раздался сдавленный смешок. Это было уже чересчур. Они выставили ее посмешищем перед подчиненными! Амина огляделась и успела поймать на себе несколько любопытных взглядов работников, которые тотчас отвели глаза в сторону. Она почувствовала, как кровь приливает к ее лицу, и поняла, что краснеет. Ей пришлось собрать все свои силы, чтобы не перейти на откровенную грубость. Но, конечно же, у нее все равно не получилось, и она сорвалась на крик:

– Каков мерзавец! Дерзить руководству у тебя отлично получается, вот только в нашем банке подобное умение ни к чему! Советую тебе приступить к своим непосредственным обязанностям, Кирилл Машков, а я потом лично за тобой все проверю, чтобы оценить твои способности и понять, пригодится ли нам такой работник или лучше поискать другого.

– Знаете, Амина Зафировна, у меня отличный слух, так же, как зрение и память. Не надо так кричать. И нервничать тоже. У вас, вон, даже нос вспотел. Не верите – гляньте в зеркало, заодно и на настоящую хамку посмотрите.

Амина чуть не задохнулась от негодования. В этот момент перед ней возникла Камилла и протянула ей картонный стаканчик, над которым вился пар.

– Ваш кофе, Амина Зафировна! – воскликнула она, криво улыбаясь.

Амина хотела было намеренно пролить напиток на пол, но Кирилл перехватил ее взметнувшуюся руку, другой рукой забрал у Камиллы стакан с кофе со словами: «Позволь, я передам!», и настойчиво повел Амину к дверям из дымчатого стекла. К своему удивлению, Амина последовала за своим новым подчиненным без сопротивления. Прежде чем двери закрылись за ними, она услышала, как работники в зале оживленно забормотали, и чей-то женский голос восхищенно произнес: «Какой отпадный мерзавец!»

На лестнице Кирилл отпустил Амину, вручил ей кофе и молча удалился.

– Ты уволен, придурок! – крикнула Амина ему вслед, когда опомнилась, но это произошло уже после того, как он скрылся из виду.

Взбешенная, она влетела в кабинет своего отца, директора банка, и, выбросив стакан с кофе в корзину для бумажных отходов, воскликнула:

– Пап, я хочу знать, где откопали этого законченного идиота!

Отец сидел в дальнем конце громадного кабинета за бесконечно длинным столом. Он предпочитал общаться с подчиненными на приличном расстоянии, считая, что таким образом увеличивает свою значимость в их глазах, но к дочери это не имело отношения, кресло для нее всегда стояло рядом с его креслом. Однако сейчас Амина не спешила занять это почетное место, остановившись поодаль.

– Привет, букашка! Чего шумишь? – спросил он, отрываясь от бумаг и удивленно окидывая ее проницательным взглядом темно-карих глаз.
1 2 3 4 5 ... 8 >>
На страницу:
1 из 8