Copium

Катрен Петровна уже сидела на своем месте. Её знаменитая, выжженная гидроперитом «хала» — монолитная башня из волос, намертво схваченная лаком, — возвышалась над кассовым аппаратом как ведомственный монумент. Штукатурный слой пудры на лице, призванный скрывать землистую кожу тыловика, казался маской, а губы были густо намазаны жирной помадой цвета свернувшейся крови.

Тонкими, сухими пальцами она обнимала стакан с химическим концентратом. Её левое веко ритмично, едва заметно подергивалось — побочный эффект «Бодрости-Премиум», копеечного стимулятора, которым госслужащие заменяли сон. Из-под очков в тяжелой роговой оправе, висящих на тонкой цепочке, Катрен Петровна сверкнула маленькими, цепкими глазами.

— Знаешь, Артемий, — тихо произнесла она, не оборачиваясь, — люди ведь разучились страдать бесплатно. В этом и есть главная победа Сети. Раньше, чтобы заглушить ужас внутри, человеку требовался Бог, исповедь, коленопреклонение. Тяжелый, неэффективный ручной труд. А теперь? Стабильный пинг, подписка на пакет «Психический покой» — и твоя экзистенциальная дыра аккуратно заблокирована до следующего обновления интерфейса.

— А если подписка закончится? — Артемий повесил пальто на плечики и расправил жесткие рукава формы. На витринах ровными рядами, словно патроны в обойме, тускло поблескивали ампулы «Багувикса».

Катрен Петровна цинично усмехнулась, оставив на пластиковом стакане жирный след багровой помады. Она поправила очки, и тяжелая цепочка тихо звякнула о ведомственный бейдж.

— Тогда наступает оффлайн. А оффлайна, как известно из официальных пабликов Дома, не существует. Это просто временный technical сбой в голове неблагонадежного гражданина.

Двери аптеки с тихим шипением разъехались, отсекая стерильный запах формалина от уличной неоновой пыли. Вошел первый клиент — молодой патриот в безупречно отглаженном кителе. В его расширенных зрачках бешено неслись зеленые строчки дополненной реальности.

— Мне капли «ВОЗРИ», быстро, — забормотал он, переминаясь с ноги на ногу. — Сеть подлагивает, я перестал видеть золотые лозунги на Храме! Мой индекс лояльности из-за этого проседает на глазах, помогите!

Артемий молча выставил на стекло флакон. Парень прижал запястье к сканеру, и пиксельный Колос на экране довольно заиграл багрянцем. Конвейер запустился.

За патриотом потянулась серая, дергающаяся массовка. Мелкие клерки с рухнувшим социальным рейтингом, умоляющие продать седативные без рецепта; контуженые солдаты, в чьих глазах уже закипал тот самый цифровой сквозняк.

Артемий смотрел не на лица, как учили на ведомственных курсах, а на статус-бар над головами посетителей. В его сознании эти цифровые плашки висели всегда.

Когда вошли следующие двое, терминал тревожно пискнул. У неё статус мерцал опасным оранжевым: «Низкий уровень безопасности. Риск-профиль: критический». У него — горел сплошным агрессивным алым: «Повышенная доминация. Репродуктивная угроза». Арсен и Юля. Она смотрела в точку на кафельном полу, ровно на стыке между второй и третьей плиткой. Он стоял у неё за спиной — слишком близко, наваливаясь тяжелой тенью и буквально лишая её воздуха.

— Две упаковки, — едва слышно прошептала Юля.

— Без рецепта? — Артемий смахнул шторку терминала. Интерфейс выдал предупреждение: «Категория: репродуктивный риск. Рекомендация: блокировка до осмотра военврача». Артемий закрыл окно одним движением пальца.

— Конечно без рецепта, — спокойно отозвался Арсен. Его голос звучал обыденно, будто он комментировал сводку погоды, но в этой интонации сквозило холодное, удушающее давление. — Зачем нам лишние согласования? Мы ведь не хотим, чтобы Ведомство сделало нас… особым проектом.

Артемий выставил товар на стекло. Сканер издал короткий, стерильный писк, похожий на кардиограмму покойника.

— С вас восемь тысяч триста жетонов, включая риск-сбор за обход ведомственного протокола. Оплата биометрией?

Юля протянула карту. Пальцы у неё так сильно дрожали, что терминал трижды выплевывал пластик обратно. Арсен не двигался, лишь его взгляд тяжелым прессом давил ей в затылок, заставляя женщину сжиматься еще сильнее. Из угла аптеки донесся сухой, презрительный смешок Катрен Петровны. Она медленно поправила свою монолитную лакированную «халу» и шумно втянула остатки синтетического кофе, наблюдая за ними как за насекомыми на предметном стекле.

На четвертый раз Артемий молча нажал клавишу ручного подтверждения. В этом городе данный жест означал одно: «я соучастник, я закрываю глаза».

Катрен Петровна, пересчитывавшая ампулы в глубине зала, цинично хмыкнула:

— Смотри, Тёма, опять «пакет выживания» собирают. В нашем секторе рождаемость падает быстрее, чем акции оборонного сектора. Но Ведомство довольно: меньше ртов — чище статистика.

Артемий промолчал. Он упаковал товар в плотный ведомственный пакет с багровым Колосом. Когда пара скрылась за дверью, он взглянул на монитор. В строке «Назначение платежа» алгоритм Системы автоматически выбил: «Профилактика социального напряжения». Фармацевт горько усмехнулся про себя. Церковь Войны и Мира охотно закрывала глаза на незаконный оборот, ведь даже высшие чины понимали: рабам необходима хотя бы иллюзия выбора.

Ближе к полудню автоматика дверей снова зашипела, и внутрь ввалилась женщина. Не вошла — именно ввалилась, будто её впихнула в помещение сама удушливая тяжесть Четвертого сектора. На ней было бесформенное серое пальто в неотстирываемых пятнах. Лицо, припудренное дорожной пылью, казалось серым от хронического недосыпа, но в глубине пустых глаз еще тлел упрямый, животный материнский свет. От нее пахло прокисшим молоком, потом и едким стиральным порошком тыловых прачечных.

Катрен Петровна даже не подняла головы от журнала учета, лишь качнулась её монолитная, залитая лаком «хала»:

— Опять эта. Гляди, сейчас начнет скупать весь стеллаж. В её пустой голове засела дикая арифметика: чем больше подгузников она наберет, тем больше смысла в её существовании.

Женщина лихорадочно, сбивая ногти о стекло, принялась выкладывать на прилавок товар. Упаковки подгузников, соски, баночки с детским пюре — всё самого низшего, «социального» класса. На дешевом картоне каш для младенцев красовался свежий патриотический бренд: «Маленький Рекрут». Она вываливала это горой, торопливо, будто панически боялась замереть хоть на секунду и наконец осознать, в какую бездну летит её жизнь.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.