Следуя законам честной игры, жизнь позволит вам совершить ряд ошибок безболезненно. Но затем жизнь перестанет быть по отношению к вам милосердной. Если же вы будете повторять одни и те же ошибки вновь и вновь, то жизнь и вовсе может устроить вам настоящую экзекуцию.
Задача человека, намеревающегося обрести счастье, – успеть получить достаточно опыта, не допустив непоправимых для здоровья потерь.
Счастье «универсальное» и «индивидуальное»
В определенный период жизни я начал ощущать себя несчастливым человеком. Не могу сказать, что я был несчастлив всегда: в моей жизни были очень счастливые моменты. Но период затянувшейся депрессии стал наталкивать меня на мысль: а что, если это – до конца дней? Что, если я предрасположен быть несчастным уже на уровне генетики? Это было вдвойне странно, потому как я был молод, вполне обеспечен, абсолютно свободен в пространстве и времени, не связан какими-либо обязательствами. Однажды в дневнике я записал:
«Вспоминаю свою жизнь: а когда я был счастлив? И прихожу к выводу, что большую часть ее я, пожалуй, был несчастлив. К чему лукавить? Я был счастлив в детстве, в школе. Тогда у нас была эдакая взбалмошная компания одноклассников-лоботрясов, и мы отчаянно бесились на уроках. Что за веселье было! Неистовое… Крики, игры, беготня, дикий ор… От смеха у меня болел живот. Порой мне было так смешно, что я задыхался от смеха.
Еще в те годы у нас была дружная крепкая семья. Мы жили вместе в одной квартире. И все были молоды и полны сил. Денег было мало, ну и что? Разве это кого-то заботило? А потом это куда-то исчезло, растворилось, растаяло. Все разъехались по другим городам… И я тоже уехал. Переезд, подготовка к экзаменам, чужой серый город с угрюмыми прохожими, которые, проходя мимо, даже никогда не посмотрят тебе в глаза. Поступление, студенчество, одиночество… Не было друзей по духу, не было компании… Не запомнилось. Все одногруппники были слишком повернуты на учебе и на себе, а мне хотелось продолжения веселья.
Какое-то время я был счастлив, когда добился успеха, и, конечно, был счастлив, повстречав любимую девушку. Но потом – снова темнота. Как будто счастливые и несчастливые периоды чередуются друг с другом. Всё застопорилось, остановилось. Наступил долгий период «переосмысления». Прежние развлечения перестали быть интересны. Даже путешествия – и те надоели. Хочется верить, что это затишье перед чем-то новым, как было всегда, но что толку? Можно вечно бежать вперед, и что? Ради чего? Однажды мне без моего ведома погадали на картах Таро. Выпал «Отшельник» – старик с посохом, одетый в балахон, странствующий в поисках чего-то. Тайм-аут. Уединение. Это точно был я.
И вот на фоне всего этого я задумался. Неужели большую часть жизни мне не суждено быть счастливым? Что, если я «сломал», «разбил» свое счастье окончательно, безвозвратно? Неужто я вечно буду сожалеть о тех ошибках, которые совершил в прошлом? Что, если я не способен к счастью в принципе: с моими непомерно завышенными требованиями, с моей вечно ноющей неудовлетворенностью, с моим перфекционизмом, идеализмом, нетерпимостью, с испепеляющими меня желаниями? Но ведь у меня есть всё необходимое! Да что говорить, у меня есть больше, чем нужно! Многие мечтали бы о таком. И всё равно – несчастлив!
Нет! Даже несмотря на все эти сложности, так быть тоже не может! И вот почему. Если Бог сделал так, что большую часть жизни человек несчастен, то обязательно по закону равновесия, по каким-то законам вселенной должно быть что-то, что способно сделать его очень счастливым. Просто это «что-то» нужно найти. Точно так же безразличной Вселенной в общем-то всё равно, насколько я могу быть несчастным, точно так же ей должно быть всё равно, насколько я могу быть беспредельно счастливым.
Любая крайность предполагает существование обратной крайности.
Здесь не может быть противоречия. И вот, воодушевленный этой «непротиворечивой» теорией, я начал элементарно наблюдать за собой. А что делает меня счастливым? Пусть не счастливым – это слишком громкое слово, – но что хотя бы поднимает мне настроение? Вначале я обнаружил, что, оказывается, не делаю почти ничего, чтобы поднять себе настроение. Это происходит крайне редко, порывисто, спонтанно, раз в неделю. Как будто я сам для себя неважен. Дальше я открыл, что мне приносят радость самые банальные мелочи. Не становится ли каждый человек жертвой чужих выдуманных представлений о счастье?
Недавно я закончил ремонт в своей квартире. Эта квартира была куплена под сдачу. Я решил самостоятельно продумать дизайн: долго размышлял над цветом обоев, подмечал в гостях у друзей удачные решения по интерьеру, два дня потратил на то, чтобы найти подходящую плитку и ламинат, прочесал весь интернет в поисках мебели. Даже заказал диван, но потом сдал его за полцены и купил другой. Когда ремонт был закончен, я понял, что получаю огромное удовольствие от нахождения в этой квартире. Всё в ней было «по мне». Внутреннее убранство было выполнено в стиле минимализма, светлое пространство дышало легкостью и оптимизмом. Даже когда я поменял тот несчастный диван на другой, более подходящий (а другие говорили мне: «Да брось ты! Не зацикливайся»), я ощутил прилив радости: «Вот! Теперь что надо!»
Казалось бы, что такого? Мелочь! Но этими мелочами я наслаждался, как художник, как Леонардо да Винчи, как Микеланджело. А этот диван… Не значит ли это, что счастье состоит в том, чтобы делать всё по-своему, даже когда тебя отговаривают?
Другой пример: музыка. Обычно каждое утро у меня начинается так: «О боже, опять. Верните меня обратно туда, подальше от реальности!» И каждое пробуждение оборачивается пыткой и требует неимоверных усилий. Но стоит включить какой-нибудь старый дурацкий трек, и всё становится не так уж плохо: начинаешь дурачиться, что-то напеваешь, пританцовываешь в душевой…
Да много ли человеку нужно для счастья? Можно придумать массу таких незатейливых мелочей (стильные кроссовки, качественная еда, пробуждение с первым лучом солнца, порядок и чистота) и насытить ими жизнь, вместо того чтобы ждать и ныть: «Когда же ко мне заглянет уже это долгожданное счастье…»
Задумывались ли вы когда-нибудь серьезно над тем, что делает вас счастливым? Что, если ваша ошибка, прежде всего, в том, что вы совсем не размышляете на тему счастья? Чем занята ваша голова, кроме текущих проблем?
Существует два типа счастья:
Примеры «универсального» счастья – семья, дети, любовь, успех. Однажды я провел среди своих друзей мини-опрос. Я спрашивал у каждого: «Счастлив ли ты? Оцени уровень того, насколько ты счастлив, по 10-балльной шкале, где 10 – это абсолютное счастье». Трое из моих друзей, на удивление, оценили свой уровень счастья на 9 из 10. В чем был секрет их счастья? Ответ: каждый из них имел крепкую семью и детей. У двух из трех моих друзей на тот момент было по двое детей, у третьего друга – трое детей. Когда я задавал им вопросы, я внимательно всматривался в их лица, но им не было смысла лукавить. Это были мои самые близкие друзья, которые могли одинаково честно рассказать мне как о своих успехах, так и о своих провалах. Словом, они не врали. Они действительно так чувствовали.
Без «универсального» счастья обойтись невозможно.
Каждому человеку нужна семья. Так задумано природой и Богом. Когда кто-то говорит: «Я не женюсь/не хочу замуж, мне не нужны семья и дети. Я обойдусь без них», вряд ли стоит воспринимать такие слова всерьез. Такой человек не ведает, что говорит. Можно долго отрицать в себе человеческую природу, но рано или поздно она возьмет свое. Того, кто так и не создал семью, остается только жалеть. Если человек в конце жизни остается один, без детей, это жалкий и печальный конец. Правда в том, что без семьи, без любимого человека рядом у индивида в зрелом и пожилом возрасте начинается тотальная деградация.
Отрицание в себе того, что заложено природой, может привести впоследствии к печальному жизненному раскладу. Типичный литературный пример – Базаров из «Отцов и детей». Нигилист отрицает любовь, называя ее белибердой и непростительной дурью: «И что за таинственные отношения между мужчиной и женщиной? Мы, физиологи, знаем, какие это отношения… Это всё романтизм, чепуха, гниль, художество». Однако жизнь показывает несостоятельность его взглядов. Увидев Одинцову, он поначалу произносит: «Этакое богатое тело, хоть сейчас в анатомический театр», а потом влюбляется. Чувства оказываются сильнее, и он мучается от любви. Базаров мечтает о величии, рассуждает о пользе дела, но впоследствии умирает из-за нелепости, а его друг попроще характером, Аркадий Кирсанов, обзаводится семьей и живет себе вполне счастливой жизнью. Роман заканчивается описанием того, как на могиле Базарова плачут его состарившиеся родители. Поневоле возникает вопрос: «И стоило ли оно того?» Другой пример – Артур Шопенгауэр, всю жизнь бредивший своим будущим величием, но так и не создавший семьи (собственно, поэтому его философия и носит слегка озлобленный характер).
Дальнейшее повествование в книге будет посвящено универсальным факторам счастья: самореализации и личной жизни. Однако помимо счастья «универсального» есть счастье «индивидуальное», и цель этой главы – показать, что вы можете наполнить свою жизнь индивидуальными формами счастья, если счастье «универсальное» по каким-то причинам для вас пока не доступно.
«Индивидуальным» счастьем можно наполнить свою жизнь очень легко: стоит лишь немного к себе прислушаться. Оно таится внутри. Кто-то получает огромное удовольствие от походов в горы, кто-то любит читать книги, кто-то ловит кайф от машин.
Есть один простой прием, как нащупать некоторые формы своего «индивидуального» счастья:
1. Возьмите чистый лист бумаги и напишите несколько пунктов того, что вас радует. Главное правило – вы можете сделать это, и это что-то – очень конкретное. К примеру, «люблю вкусно поесть» или «люблю ходить в баню». Это – очень простые примеры, и вы можете придумать более утонченные варианты духовной самозанятости.
2. Начните чаще делать эти вещи.
3. Пополняйте этот список.
Этот прием позволяет человеку лучше понять себя.
Вот, к примеру, мой список. Я люблю:
• слушать музыку
• читать
• писать
• играть в футбол
• шкодничать и нарушать правила
• заниматься бегом, слушая музыку
• танцевать пьяным на столе
• внезапно навещать друзей
• делиться своими идеями
• сбрасывать с высоких этажей предметы на чужие машины
• рано просыпаться
Разумеется, насчет некоторых вещей я пошутил (рано просыпаться я не люблю). Заметьте, мой список особо не связан со значительными денежными тратами, что опять же подтверждает гипотезу о независимости счастья от уровня материальной обеспеченности. Богатство и успех – навязанная обществом условность. Хотя все-таки стоит отдать должное, деньги – это весело. Человек с развитой фантазией и большим количеством денег найдет себе множество способов для приятного времяпрепровождения. Человек богатый, но несчастный, – это человек, у которого плохая фантазия. Некоторый запас денег на счету, между прочим, почти всегда позитивно сказывается на вашем настроении.
Можно наращивать этот список «вширь», добавляя новые пункты, а можно двигаться «вглубь», более детально прописывая отдельные из них. Изучать то, что вам нравится, – тоже движение по направлению к счастью. Лучше понимать себя – значит глубже проникать в свои симпатии, вкусы, предпочтения.
К примеру, как вам нравится бегать? Можно уточнить: «люблю бегать по парку или по лесу под заряжающую музыку, передающую ритм движения» или не просто «люблю путешествовать», но «люблю путешествовать без строго обозначенного маршрута, передвигаясь по городам, не задерживаясь долго в одних и тех же местах, по вечерам наслаждаясь уходящими закатами в уютных кафе».
С чего начинается счастье
Скайуокер: Я не могу поверить.
Йода: Отсюда и неудачи твои.
«Звездные войны. Эпизод V»
Счастье начинается с веры в возможность счастья.
Точнее, нет, скажу иначе… В слове «вера» есть что-то слишком уж добродетельно-самоотверженное. Вера – это слабая надежда, не предоставляющая взамен никаких гарантий, что-то слишком абстрактное. Вещь эта в общем-то неблагодарная и довольно эгоистичная. Верить означает перекладывать ответственность на кого-то другого (на Бога), а делать этого не стоит, ведь перекладывать ответственность на других – значит, перекладывать и ответственность за свое счастье. Давайте заменим слово «вера» на слово «убежденность», «твердую уверенность», «идею», «замысел». Так будет лучше.
Итак, счастье начинается с твердой уверенности в том, что счастье возможно, что именно вы ответственны за достижение счастья и что счастливым имеет право быть каждое человеческое существо. Ведь что опаснее всего? Опаснее всего, когда вы, побитые и поломанные жизнью, сами себя разубеждаете в возможности обретения какого-либо счастья.