Сделка с дьяволом
Глава 6. Сделка с дьяволом
Очнулась она от сильной тошноты. Чьи-то сильные руки перевернули её на бок, чтобы она не захлебнулась. Как же неимоверно болела голова! Столько лет трезвости явно дают о себе знать, стоило только попробовать каплю алкоголя. В глазах уже не двоилось, но открывать было больно, яркий свет ослеплял её. Саша стала прислушиваться к тому, что происходило вокруг, параллельно заканчивая извергать из себя остатки убойного коктейля Станиславского. Приглушённые мужские голоса напрягли её, неужели он вернулся за ней?
Пистолет она потеряла при аварии, а вот нож в нагрудном кармане был на месте. Саша аккуратно вытащила его, притворяясь, что всё ещё тошнит, когда снова почувствовала руки на своих плечах. В ушах звенело, казалось, кто-то шепчет, но она ничего не может разобрать. Собрав последние силу она резко развернулась, почти вслепую приставляя лезвие к шее человека, что сидел всё это время рядом. Руку резко откинули к земле, после чего начались несильные шлепки по щекам, чтобы она пришла в себя. Звон начал наконец-то уходить, когда она услышала:
– ...нись...Саша! Прийди в себя! Слышишь! – она узнала голос.
Силой заставив глаза раскрыться, девушка видела перед собой лицо Громова. Он низко надвис над ней, проверял, дышит или нет? Или сдерживал её от очередного выпада? Саша чувствовала на лице его тяжёлое дыхание, словно он только пробежал марафон.
– Ты меня слышишь?! – Мужчина снова напал на неё с вопросами. – Говори со мной, мать твою!
Саша хотела сказать: «Какого черта ты здесь делаешь?», но вместо этого вышло что-то рычания с хрипом вперемешку. Она снова зашлась кашлем, мужчина отпустил её, чтобы она перевернулась на бок и смогла выплюнуть кровь. Свет от фар светил прямо на неё, отчего глазам стало снова больно. Больше Дима ничего не сказал, как девушка закончила свои дела, взвалил её на плечо и стал идти в сторону машины. Сопротивляться уже не осталось сил, последние были брошены на то, чтобы ножом попытаться прирезать его, и то, не вышло.
Он грубо усадил девушку в машину, они тронулись. Что теперь Громов будет делать с ней, одному богу известно. Саша приложила руку к голове, где чувствовала какую-то жидкость, стекающую к подбородку. Ладонь была вся в крови. Саша уставилась на неё так, словно первый раз видела жидкость красного цвета. Дима достал откуда то салфетки и стал вытирать её ладонь. Закончив с ней, переключился на лицо, которое, судя по всему, пострадало сильнее всего, от самого лба до подбородка левой стороны он аккуратно проходился влажной салфеткой. Саша с недопониманием наблюдала за его действиями. Приехал, вытащил из машины, откачал, вытирает теперь кровь с ран, и всё это только ради того, чтобы в итоге всё равно добить её?
– За...чем? – скорее шёпотом, чем словами, попыталась она заговорить с ним, чего было достаточно.
– Вернуть тебя? – Резко напал он. – Развернёмся, вызовешь подмогу, сама до дома доберёшься, сразу же выговор получишь, если пожалеют. Громова упустила, на Станиславского наставила пистолет и ранила его людей. Да ты – следователь года! Хочешь?
Он буквально поедал её глазами. Ответить Саше было нечего, она молча покачала головой. Конечно, девушка не хотела в таком состоянии выслушивать наставления Ильи или крики Валентиновича. С этим она разберётся потом, сейчас важнее то, что она в одной машине с Дмитрием Громовым и он куда-то везёт её! Пошарив в карманах, она не нашла ни телефона, ни даже пачку сигарет. Всё забрал, изверг.
Разговаривать с ней дальше он, видимо, не намерен. Саша решила оценить обстановку, но выше руля водителя взгляд поднять не смогла - снова затошнило. Неужели, сотрясение? Дима резко раздвинул её ноги, а саму заставил склонится над ковриком. Позыв получилось сдержать, она жестом показала ему, что всё в порядке, чтобы он отпустил её. Вопросов крутилось много в голове, но спросить Саша не могла, не время. Машина явно дорогая - мерседес, скорее всего последних моделей, личный водитель, сам одет, как с иголочки...Дядя с деньгами, уж точно.
– Чем он накачал тебя? – снова заговорил с ней Дима.
– Не..знаю...Порошок... – шёпотом проговорила Саша.
– Стандартная схема, он всех местных проституток посадил на эту соль, – заговорил вдруг водитель. – Ты на кой чёрт туда пошла?
– Она скажет всё, Макс, дай время.
Макс? Значит, это не водитель, а один из его приближённых! В прочем, что меняет сейчас это? Саша не способна мыслить абстрагировано и действовать с холодной головой. Девушка не до конца осознала масштаб всего того, что натворила за несколько часов. Очень хотелось спать и она уже начала погружаться в забвение, когда резко её начали трясти.
– Не смей закрывать глаза! – Дима держал её плечи, заставляя развернутся и смотреть на него.
– Почему?... – снова хриплый шёпот.
–Я не знаю что с тобой, а труп в машине мне не нужен. Разговаривай со мной!
– Я не...могу... – Саша сильно закашляла, но казалось, голос начал прорезаться. – Я разбила...машину...Папину ма...шину...
На секунду девушке показалось, словно в глазах Димы проскользнула печаль или сочувствие. Он не отпускал её, заставляя смотреть прямо в эти до боли знакомые глаза, но где же могли они раньше встречаться? Столько времени Саша не может найти ответ на этот вопрос, ведь из детства она практически ничего не помнила. И тут она вспомнила, что хотела попросить у него.
– Возьми что... хочешь – более уверенно уже начала говорить Саша. – Возьми моё тело!
– Не знал, что от сотрясения ещё бешенство начинается. – встрял Максим.
– Ты что несёшь? – Громову было не до шуток. На его лбу уже начали выступать вены от напряжения, или это была злость?
– Возьми что хочешь...Расскажи мне про отца...
Сашу снова разбудили. После того, как Громов привёз её в дом, что находился далеко за городом, её успели осмотреть врачи и рекомендовали наблюдать состояние каждые 4 часа. Прошлые разы это делала горничная, или смотрительница дома, но в этот раз она увидела самого Диму напротив своей кровати. Девушки резко отпрянула, словно он ошпарил её кипятком, а не толкнул в плечо, чтобы пробудить от сна. Мужчина медленно сел на кресло, что стояло напротив неё и стал молча сверлить её взглядом. Девушка понимала, что выглядит не очень, но такие действия уже были хамскими.
– Ну, что же? Пришёл молча смотреть на меня? – говорить стало легче после того, как добрая женщина дала ей что-то вроде отвара.
– Проверить твоё состояние и кое-что обсудить.
В светлой комнате, где даже мебель была белого цвета, он сам сходил на чёрное пятно, от которого исходили волны злости и агрессии. Так вот, как ощущается тестостерон...
– Как ты себя чувствуешь? Позвать врачей? – Дима выглядел очень спокойным, скрывает под маской всю злость?
– Не нужно – Саша поднялась до положения сидя, проверяя, появится ли вновь головокружение. – Мне стоит вернутся домой.
– Ну, разумеется.
Громов стал искать что-то в кармане своего пиджака. Саша наблюдала за ним с опаской. Она безоружна, ранена, осталась без связи и средств к побегу, по сути, стала его заложницей. Но, ведь он спас её...Что в голове творится у этого человека, было не угадать. Через секунду на её одеяло упал телефон, следом ключи от машины. Девушка с непониманием уставилась на мужчину.
– Всё твоё, забирай. Я смог даже найти машину практически идентичную твоей, никто не отличит.
– Зачем ты делаешь это всё? – вспоминая вчерашнюю ночь, глаза стали намокать от слёз.
Машина – последнее напоминание об отце, которое осталось у Саши. Она была разбила и не подлежала восстановлению, девушка даже не сомневалась в этом. А он, вот так просто, приходит и даёт ей новую...
– Ты ведь хочешь узнать правду об отце? – Саша кивнула. – Заключим новую сделку, раз прошлая сорвалась. В этом телефоне есть номер для связи, чтобы ты больше не искала меня по барам. Машина имеет датчик слежки, я всегда буду видеть где ты находишься и знать, с кем общаешься. Хочешь копать под меня – копай, ничего не выйдет. Будешь работать со мной сообща – я всё тебе расскажу. Идёт?
– А если откажусь? – вполне логичный вопрос возникает у девушки.
– Всё твоё, нужно ведь как-то убраться тебе отсюда. Только в таком случае ничего хорошего у нас не выйдет с тобой. Если мы заключаем сделку сейчас – один звонок может решить твою проблему со сглаживаем дела о вчерашней стрельбе в баре «Дельта» следователем Александрой Госпадарской, второй - закончит твою карьеру навсегда.
– Ты – дьявол.
– Бизнес, мисс Длинный Язык, ничего личного.
Громов поднялся с белого кресла, на котором восседал весь их разговор и подошёл к ней с протянутой руков, в знак того, что сделка между ними состоится. И хотя Саша не дала ответа, он прекрасно понимал, что перечить она не сможет. Девушка наворотила столько дел, чуть не погибла, а он, весь такой благородный добродетель, вытащил её из лап смерти, приютил и дал надежду на будущее. «Будь ты трижды проклят, Громов», – подумала Саша, прежде чем пожать его горячую ладонь.
Уже через секунду он оказался в миллиметрах расстояния от её лица. Саша перестала дышать. Что ещё за способы психологического давления он решил использовать? Девушка в полной мере показала, что боится его, чего тогда он добивается? Он был так близко, что она чувствовала его дыхание на лице и резкий запах одеколона, даже смогла разглядеть еле видимый шрам на щеке, интересно, сам то он видел его?
– Я знаю каждый твой шаг, учитывай это, прежде чем выкинуть новую глупость.
И больше он ничего не сказал, молча ушёл, оставив её разбираться самой. Нужно вернутся домой, объясниться перед Егором Валентиновичем, и попытаться сохранить работу. Девушка надеялась, что Громов действительно не соврал и сможет скрыть часть того, что она натворила, хотя и надеяться на него не очень то и хотелось. Добродетельность вызвала недоверие, ведь она создала больше проблем, нежели принесла пользы для него.
Саша нашла свои вещи на комоде рядом с постелью. Всё залито красными пятнами, покрыто грязью и пылью. Пижама, в которую её одела домовладелица, казалось уже не таким и плохим выбором одежды. И всё-таки, так ехать нельзя, ей пришлось натянуть остатки того, что раньше было её одеждой, схватить ключи и телефон и бежать скорее прочь из этого дома. Много коридоров и дверей, девушка не могла найти ориентир, чтобы выбраться наружу. Из окна она видела яркий солнечный свет, что освещал, судя по всему, внутренний двор: декоративные кусты различных форм, подстриженная лужайка на несколько сотен и даже фонтан. Саша не понимала, как такой холодный и чёрствый человек, как Дмитрий Громов, может жить в таком светлом и уютном доме? Или же всю ответственность он решил переложить на ту женщину, что ухаживала за ней? А ведь она даже не поблагодарила её.
Наконец-то девушка нашла лестницу, что вела на первый этаж. Быстро сбежав вниз, она уже готова была навалится на большую деревянную дверь, что вела наружу, как послышался голос по правую сторону от девушки:
– Уже уходите, Алесандра?
Саша резко обернулась в сторону звука. Там стояла домовладелица с кружкой кофе в руках. Наконец-то девушка смогла разглядеть её: женщина 45-лет, миловидное лицо с крупными глазами, короткая стрижка, волосы выкрашены в каштановый цвет, где-то виднелась седина. Интересно, как давно она работает на него?
– Прошу прощения, очень много дел, не могу задержаться больше, – виновато пробормотала Саша.
– Дмитрий просил принести Вам кофе перед уходом, сказал не отпускать, пока кружка не будет пуста, – женщина мило ухмыльнулась, будто не подозревала, кого из себя представлял мужчина и кем сама Саша является в этом доме.
– Как Вас зовут? Нас так и не представили.
– Зовите просто Марина, очень приятно.
– Хорошо, Марина. – Саша подошла к женщине, забирая из её рук чашку американо. – Могу я взять эту кружку с собой на работу? Скажите Дмитрию, что верну её, как только мы снова с ним увидимся.
– Но...
Женщина не успела ничего возразить, так как Саша уже сбегала вниз по лестнице, в сторону машины, которую Громов успел раздобыть где-то всего за одну ночь. И правда, тойота была практически идентичной той, что осталась после отца. Найти было такую не сложно, модель очень популярна и годов была явно не новых, не впечатлил. Кофе выпить девушка не рискнула, хотя от недостатка кофеина и долгого отсутствия пищи в желудке она чувствовала, как ей становилось всё хуже и хуже. Голову кружило и слегка подташнивало, но всё это она списывала на травму после аварии.
Навигатор показывал, что она находилась в шестидесяти километрах от города. Далеко, однако, он увёз её. Отводил от себя подозрения таким образом? Как бы то ни было, Саша тронулась в путь. Очень хотелось курить, принять душ и скорее забыть о том, что произошло. За все 5 лет, что она водила машину, ни разу девушка не попадала в аварии, тем более такие серьёзные. Руки потряхивало, Саша старалась не набирать большую скорость, хоть машина и была похожа её предыдущую, но она чувствовала, что ход изменился. Телефон завибрировал в кармане джинс, странно, ведь она ещё не успела добавить ни один номер, и никто не знал о нём, кроме Димы.
«Зря отказываешься от кофе, Марина варит его просто замечательно», – прочитала она на экране блокировки.
– Иди к чёрту, Громов, – выругалась Саша, бросая телефон на пассажирское сиденье.
Глава 7. Сны наяву
Как бы не хотела Саша видеть сегодня Егора Валентиновича, ей необходимо было явится в отдел, чтобы объяснится. Не успев заехать домой, даже для того, чтобы переодеться, она припорковалась рядом с полицейским участком. Телефон она оставила в машине, предполагая действия Громова, девушка бы не удивилась, что в нём есть прослушка. На парковке стояло несколько патрульных машин, из которых за ней с интересом наблюдали сотрудники госслужбы. Минут через 15 здесь будет Илья, для которого нужно успеть придумать легенду, где девушка пропадала минувшей ночью. Объяснить парню то, что её вытащил из разбитой машины местный криминальный авторитет, дело которого она должна была расследовать и посадить, приютил и дал новую машину, будто было сложнее, чем просто выдумать жалобную версию случившегося.
Саша уже была рядом с кабинетом Егора Валентиновича, когда мужчина выбежал из двери. Заметив девушку, он на секунду замер, осматривая её с ног до головы. Да, выглядела она действительно так, будто только что выбралась из серьёзной передряги.
– Быстро в мой кабинет! – ни здравствуйте, ни до свидания, сразу же к делу перешёл Егор Валентинович.
Девушка послушно последовала его приказу, скрываясь за дверью. Она села в кресло напротив его стола, приготовившись слушать очередную череду его криков и возгласов, но мужчина обогнул свой стол, сел в кресло и долго стал молчать, осматривая её. Лицо в шрамах и остатках кровоподтёках, разорванная одежда, тело в синяках. Неужели, он жалеет сейчас её?
– Я могу всё объяснить... – решила прекратить бессмысленную тишину в кабинете Саша, но он остановил её жестом.
– Мне позвонили вчера спустя 10 минут, как ты произвела выстрел, Александра. Второй звонок был сегодня утром, когда всё было улажено без моего вмешательства. Я лишь хочу знать, во что ты ввязалась? – Мужчина говорил приглушенно, видимо об этом не должен никто знать, кроме неё, и начальника отдела уголовного розыска. – Я вчера тебе ясно дал понять, чтобы одна ты не сувала свой нос, куда не следует!
– Я – следователь. Это моя работа.
– Твоей работой было разговорить этого отпрыска, когда тот сидел за решёткой! – Валентинович вскипел. – Вместо этого он сбегает, а в тот же день ты стреляешь в людей Алексея Станиславского, который нам за голову Громова готов был всё состояние выложить! Ты из ума выжила, девочка?
– Почему Вам предложили только за голову одного из них? Судя по всему, Станиславский не в силах справится со своим соперником, поэтому подключает полицию, я права? – Саша наблюдала за тем, как каждое слово кололо Егора Валентиновича. – Исходя из вчерашней ситуации, я быстрее посажу Алексея. Только от Громова вы в таком случае не дождётесь вознаграждения, верно?
– Ты не понимаешь, во что ввязываешься!
– О нет, я как раз таки прекрасно понимаю, в отличие от Вас! Мне пришлось столкнуться с наибольшим злом, чем вы видели за все годы работы! Я не хочу ставить никому палки в колёса, а вести своё дело, которое касается их двоих, и прошу Вас не мешать мне!
– Что ты хочешь сделать? Саша, пойми, что ты чуть не погибла в попытках выяснить то, что не должно было касаться тебя! Я не могу позволить тебе вести это дело дальше!
– У Вас нет выбора. Громов сказал Вам причину, по которой именно я должна была вести с ним допрос?
– Нет, но я ду... – девушка перебила его на полуслове.
– Громов знал моего отца! – после сказанного Егор Валентинович совсем ослаб в своём запале. - Вместо денег, он предложил рассказать всё то, что от меня скрывали все эти годы! И Вы меня не остановите!
Девушка не на шутку разозлилась на своего непосредственного начальника. Как можно быть таким бессердечным и циничным человеком? Или же он боится за свою жизнь? Награда - деньги, наказание - смерть. Они молчали с минуту, когда пришёл черёд Егора Валентиновича прерывать молчание между ними.
– В общем, Александра, – мужчина рукой надавил на переносицу, сжмурив глаза, словно у него резкий приступ головной боли. – Дело по твоей выходке было замято, как к работнику полиции к тебе вопросов сейчас нет, но, как к дочери моего покойного друга, очень много.
– В таком случае, разрешите продолжить мою работу.
– Нет, остановись. – Егор Валентинович успел подняться из-за стола раньше Саши, начал что-то быстро рыть в шкафу.
Через несколько секунд на стол перед Сашей упала тяжёлая папка. Девушка раскрыла её, когда сразу же перед глазами появились снимки с места преступления. Обугленное тело лежало на земле, признаком разложения не было, это свежее дело. Саша рассматривала несколько фото: с разных ракурсов снято то, что осталось от человека. Где-то виднелось что-то на подобии колото-режущих ран, но она не уверена, необходимо найти экспертизу.
– От дела Громова ты отстранена. Возьмёшь дело по убийствам в пустыре на окраине.
– Когда начались убийства? – тут же включилась девушка в работу.
– С пол года назад, почерк везде один: маньяк нападает со спины, насилует жертву, тело уносит в самые дальние районы города и сжигает, чтобы следов не осталось. Территориально раскидано очень обширно, следов практически нет.
– А экспертиза спермы?
– Ничего не дало, нет в базе.
– Могу идти?
– Свободна.
Саша схватила папку со стола и двинулась на выход из отдела. Хотелось поскорее добраться домой, принять душ и уснуть. Голова снова начала неприятно пульсировать, нервное перенапряжение всё-таки даёт о себе знать. Уже практически в двери она столкнулась с Ильей. Парень выглядел напряжённым, видимо, был в патруле и сорвался сюда. Он осмотрел девушку, прикинул степень ужаса, что произошёл с ней, и что вопросов лучше не задавать сейчас.
– Ты едешь домой? – сегодня никто не хочет видимо здороваться с ней.
– Да, мне нужен отдых.
– Может, лучше я отвезу тебя в больницу?
– Не стоит, я уже была у врача.
– Что с тобой? Валентинович сказал, ты натворила дел, потом эта машина в новостях...Я испугался, подумал, что это твоя...
– Это и была моя машина.
Саша увидела, как от удивления его брови поползли вверх. Она не хотела сейчас рассказывать ни про Станиславского, ни про Громова и то, что их связывало, тем более то, что она вчера сказала ему. Девушка не хотела посвящать его в эту тёмную часть её жизни, где сама не могла разобраться с собой. Как бы не пугала её сама мысль о том, что может открыться перед девушкой, если она продолжит идти этим путём, но она знала точно лишь одно - отступать не будет.
Саша что-то бросило на подобии: «поговорим дома» и двинулась к машине. Она бросила папку на пассажирское, где лежал телефон. Не соврал ведь, когда сказал, что сможет замять всё то, что она сделала вчера. Сколько же власти в этом человеке? Это ещё больше вызвало интерес и страх одновременно. Саша желала знать больше о том, кто он такой и каким образом был связан с её семьёй. Девушка отчаянно желала вспомнить, где видела его раньше и почему он кажется таким знакомым ей. Перед Громовым она не испытывала уже такого страха, как раньше, видимо из-за его проявлений доброты к ней. И, тем не менее, его это не оправдывало. Мысли о том, чтобы поблагодарить его за помощь быстро улетучились. Это не благотворительность, а манипуляция, чтобы Саша в дальнейшем делала всё то, что он попросит. И сам Дима об этом сказал ей буквально несколько часов назад.
До дома она добралась быстро. Точнее до дома Ильи, где чувствовала себя очень некомфортно. Как только в её квартире закончат обыск, девушка сразу же вернётся туда, ей не хватало пространства для самой себя и своих мыслей, в которые она любила погружаться. В той квартире хоть что-то напоминало ещё о той жизни, когда рядом был папа. Саша быстро сходила в душ, выбросила все вещи, что были сегодня на ней, и уже хотела пойти лечь в кровать, когда взгляд упал на папку с новым делом.
Что-то заставило её снова открыть её. Она хотела найти результаты экспертизы, когда внимание привлекло одна из последних жертв. Убийство датировалось прошлым месяцем, тот же почерк, но одна из деталей зацепила её: на спине жертвы был вырезан символ: звезда Давида, которая имела 6 лучей. Саша быстро выложила фото вокруг себя: у последней жертвы звезда находилась на лопатке, отчего было больше внимание к этой детали, но чем дальше она просматривала архив, тем меньше звезда становилась на жертвах. Это уже было больше похоже на ритуал, чем случайную забаву. Девушке стоит съездить в морг, прежде чем приниматься полностью за расследование, эта звезда явно имела какое-то значение во всей череде убийств, но пока оставалось неясным.
Илья был на суточном дежурстве, так что Саша устало поплелась в кровать, оставив весь беспорядок на столе. По пути она выпила таблетку от головной боли, что мешала её мозгу составлять логические цепочки и повалилась в кровать. Тело устало, но мозг продолжать работать. Если бы девушка не сбежала, могла оказаться на месте всех этих жертв, где бы её нашли, и кто бы горевал? Возможно, что после её смерти, уже через месяц, все забыли бы про её существование, как забыли про её отца? Изредка лишь вспоминает Егор Валентинович, ведь он был лучшим в уголовном розыске, и погиб на службе. Саша задумалась над тем, не ждёт ли её та же судьба? Девушка не хотела становится жертвой Станиславского или Громова, но если судить по тому, что произошло за последние сутки, у неё есть все шансы. Саша медленно проваливалась в сон, всё ещё думая о том, как несправедлива к ней жизнь.
Саша открыла глаза, но не видела перед собой ничего, лишь чернота. Она шла вперёд, под ногами была твёрдая земля, но вокруге пустота. Руками она пыталась зацепиться за что-то, ища какой-то ориентир, но всё было тщетно. Недолгие блуждания ни к чему не привели, ещё несколько шагов вперёд, когда перед ней показался еле различимый свет фонаря вдали. Саша побежала к нему, словно видя свет в конце тунеля, но нет, теперь она могла различить каменную дорожку, которую освещал свет, рисуя на земле расплывчатый круг. А вокруг всё так же была чёрная пустота, которая пугала и манила одновременно. Девушка шла вперёд, но словно не приближалась ни на шаг к цели, шла на месте, как на беговой дорожке. Заставила её остановится лишь тень, что приближалась к ней напротив. Саша наблюдала за ней, но тело словно парализовало, она не могла ни двинуться, ни сказать слов, только наблюдать. Фигура тем временем почти оказалась под фонарём. Она видела тёмное одеяние, чёрные, как ночь, руки, и что-то поблескивало в этой чёрной ладони. Когда фигура начала в воздухе чертить фигуру, Саша смогла разглядеть, что блестело лезвие ножа. По спине пробежались мурашки, оно рисовало звезду Давида, ту самую, что она видела на убитых девушках. Холод прошёлся по всему телу, когда фигура двинулась в её сторону, а она не может двинутся ни на миллиметр.
Попытки закричать были бессмысленны, просить о пощаде тоже, она лишь могла наблюдать за тем, как к ней движется её смерть. В какой-то момент, когда фигура была уже достаточно близко к ней, она смогла зажмурить глаза. Несколько секунд она притихла, ожидая удара, но ничего не происходило. Открыв глаза она увидела перед собой что-то, похожее на подвал, где не было ничего, кроме бетонных стен. Свет давала одинокая лампочка под потолком. Саша стала осматриваться в поисках выхода, но двери нигде не было, она в замкнутом пространстве без окон и дверей. Лишь чернота по углам окружала её, которая хранила в себе такой же ужас, который она ощущала внутри себя. Безысходность накрывала её, паника подступала, но бежать больше некуда, выхода нет.