– Дав. Выпей, а! Красный весь! Сейчас давление шарахнет.
– Завали хлебало, Лысый! Я еще с тобой не разобрался, понял?!
Хряк вздрагивает от моего бешенного взгляда. И пусть дрожит. Я убить его готов. Во-первых, за проеб с Ванессой, во-вторых за то, что левую девочку порезал, когда я ему такого права не давал.
– Таисия Снегирева, – поправляет очки Крот. – Она из городишки Северные Зори*, что находится в Сибири.
* – данное название придумано автором из головы, любые совпадения случайны
– Швея. Работает в местном ателье. Получает две копейки. Живет с теткой. Родители погибли. Братья и сестры двоюродные. Родных никого нет.
Устало мну переносицу. Каждое слово Крота как приговор. Приговор моей совести. Взял и порешил невинную. А так ли она невинна?
Она могла быть в сговоре с Бондарями. Она могла быть подкуплена ими, и подослана вместо Ванессы за деньги.
Выкручиваю память на максимум. Ее удивление было вполне натуральным. Она явно не узнавала, ни меня, ни пацанов. Мы не были знакомы с Ванессой лично, но учитывая то, в каких кругах обитает ее отец, слышать про Даву и Демида Тиграновых она была обязана! А эта девчонка не слышала, и явно не понимала, что происходит сейчас с ней.
«– Я – Таисия, – плачет девушка. – Я подруга Ванессы, приехала из Севера… Меня Никита забрал с вокзала…»
Блядь!!! С Никитой она знакома. С Ванессой явно тоже. Эти твари ее одели, обули, проэпилировали, мрази такие, чтобы у меня ни на грамм сомнений не осталось! Буквально из нее Ванессу сделали, и подсунули мне! Вот уроды!
– И что делать будем? – осторожно выспрашивает Хряк, приоткрыв один глаз.
Видно, что весь его страх только в мою сторону направлен. Он даже не раскаивается, что едва не убил невинную девушку. Она для него ничего не значит. Так, грязь под ногтями, досадное недоразумение. И мне становится так не по себе. Так противно от всего происходящего, что тихо рычу на идиота:
– Молись! Молись, чтобы Таисия Снегирева выкарабкалась! Иначе следом за ней я зарежу тебя, придурок!
***
Давид
– Арсений уже месяц без отца.
Мы с Мадиной вышли впервые на детскую площадку в большой торговый центр. Вдова брата в черном. Черные обтягивающие брюки, черный кроп-топ, или как называется эта женская тряпка, из-под которой видна обнаженная полоска кожи живота.
На жене брата платок, из-под которого видны черные блестящие ухоженные волосы. На ногтях свежий маникюр. На ногах босоножки, яркого лака нет, но педикюр выполнен вот недавно. Ресницы километровые, явно наращенные, потому что в природе я таких не встречал. Косметики вроде нет, но если приглядеться, то макияжа там полтонны.
Мне приятно, что Мадина, потеряв мужа, не слегла следом за ним в могилу, но коробит этот ее общий вид. Вроде девушка и в трауре, так не придраться, а вроде, как и просто вышла посидеть в кафе торгового центра.
– И как он справляется без папы? – прекращаю разглядывать вдову брата.
В конце концов не мое это дело.
Каждый переживает горе по-разному.
Значит, Мадине так легче воспринимать новую реальность, ухаживая за собой и продолжая краситься и одеваться, словно ничего не произошло.
– Он скучает, Давид… Хорошо, что ты вывез его поиграть, развеяться.
– Он теперь мой сын. – киваю. – Я буду воспитывать его как своего.
– Это хорошо. – мне показалось, или она стреляет в меня глазами? Наверно, показалось. – Мальчику нужен отец. Нужен пример для подражания.
– Боюсь я не самый лучший пример. – мрачно отвечаю, вспоминая Таисию. И то как несправедливо поступил с ней.
– Ты себя недооцениваешь, Дава! – вдруг кладет свою ладонь на мою Мадина.
Тут же напрягаюсь. Немедленно одергиваю свою руку. Это что еще блядь за жесты такие?
В глазах Мадины на секунду вспыхивает интерес, а потом она берет себя в руки и как ни в чем не бывало продолжает:
– Ты – настоящий мужчина, Давид! – откровенно смотрит мне в глаза.
Бляха-муха! Еще не хватало. Вдова брата заигрывает со мной? Час от часу не легче.
– Ты добрый, сильный, смелый…
– Перестань, Мадина. Демид тоже обладал всеми этими качествами. Мне не хотелось бы, чтобы ты об этом забывала! – осаждаю ее довольно однозначно.
– Демида уже не вернешь… – не сбить с толку девушку. – А ты вот, сидишь, здоровый, красивый…
Я еле сдерживаю себя, чтобы попросту не встать и не уйти.
Чего добивается эта женщина?
Неужели думает, что смогу замутить с женой покойного брата?
– У тебя скорее всего девушка есть, да? – по-своему трактует свою неудачу Мадина.
Киваю. Почему-то сразу перед глазами бледная Таисия с моим членом во рту. А потом она же, бескровная, опутанная проводами. И с трубкой в горле вместо члена, потому что сама дышать никак не может. Уже сколько времени на ИВЛ! Вот такой я «добрый», «сильный» и «смелый»…
Глава 14
Давид
Стриптизёрша у шеста похабно раздвигает ноги. Пропускает шест, словно член меж ягодиц, затянутых в стринги. Скользит ими вверх-вниз. Зазывно смотрит на меня, облизывая свой ярко-красный свисток вместо губ.
Мы с Артуром Багратяном в вип-комнате, обсуждаем продажу этого клуба со всеми его шалавами и танцовщицами гоу-гоу.
– Видишь, первоклассные шлюхи у меня! – нахваливает свой товар Артурик, поглаживая пузо короткими, словно лопаты ладонями с перстнем. – Хочешь, попробуй сам! Эльвира! – указывает стриптезерке на меня, – давай, покажи класс!
Эльвира смотрит на меня как кот на сметану. Взор блядский, ее ведет. Наверно под солью, поэтому вся на кайфе.
Подходит ко мне, опускается на колени. Глаза вниз. Демонстрирует покорность. В другой раз я бы спокойно вставил ей в горло, спустил бы в рот, да и послал нахер. Сегодня же мне хочется сделать только последнее.
– Оставлю вас наедине. – понимает мою напряженность Артурит по-своему.
Багратян уходит. Стриптизерка же тянется к пряжке моего ремня на джинсах.