Давид распаляется все больше и больше.
Его чудовищный мощный член торчит копьем, направленный прямо в раскрывшиеся от постыдной позы лепестки.
Хочу снова прохрипеть, что я не Ванесса, и возможно он меня бы отпустил, если бы поверил, но глядя в его безумные глаза, горящие ненавистью, понимаю: ничего этого не будет. Он тупо не верит мне, а посему этот фарс надо бы побыстрее заканчивать.
Давид снова приставляет ко мне свой питон, пытается проникнуть внутрь. Меня снова растягивает в разные стороны.
Его член достигает моей девственной пленочки, натягивает ее, как тетиву стрелой. Давление просто невыносимое.
Я пытаюсь уползти от него, инстинктивно. Это как бояться окунуться в ледяную воду озера, и идти до последнего на цыпочках, чтобы не вымокнуть до конца.
Его рука отпускает мою лодыжку. На лодыжке синяк останется – след от его пятерни. Но это – такая ерунда по сравнению с тем, что со мной будет в конце этого страшного вечера.
Руки железной хваткой фиксируют мои бедра.
Теперь я никуда не смогу отползти, ни вверх, ни вниз. А его член уверенно движется прямиком к преграде. Хорошо, что он смазан. Я представляю, как бы сейчас все болело и трескалось на сухую.
Но все равно что-то простреливает болью, и я открываю глаза. Только мощная головка скрылась внутри моих лепестков, вся длина еще снаружи. А значит – это только самое начало.
На моем лице страх и ужас. В глазах застыли слезы.
– … – неразборчиво матерится Давид сквозь зубы.
А потом его палец, еще скользкий от масла, срывается на лепестки, которые сейчас плотно охватили, насадились на его мощный ствол. Давид застывает во мне, прекращая всякие движения членом.
А вот его пальцы кружат по моим лепесткам, то и дело задевая жемчужину. Теперь к боли присоединяются острые вспышки удовольствия.
Я настолько этого не ожидаю от бандита, что начинаю дергаться и плакать уже от удовольствия.
Давиду явно нравится такая реакция. У него невероятно гибкие сильные и выносливые пальцы!
Он ласкает мой цветочек, мою сокровенную горошину, не вынимая члена из меня. Растягивая безболезненно, маскируя боль от лишения девственности удовольствием и играми с моим клитором.
Глава 10
Таисия
Найдя какое-то особо чувствительное местечко на горошине, Давид надавливает именно туда, ритмично и выносливо.
У меня уже искры из глаз.
Соски, как бутоны роз напряжены до такого предела, что была бы на мне футболка – расцарапала бы ее своей грудью, точно маленькими бордовыми камушками.
Продолжая стимулировать горошину, Давид тянется к груди.
Сжимает их, сразу обеих одной рукой.
– Охрененные сиськи! – комментирует он.
Он не причиняет мне боли.
Разве только членом, и то я сейчас полностью отвлечена на то, что происходит с моим клитором и сосками.
Настолько отвлечена, что несколько секунд не замечаю того, как что-то хлюпает внизу моего живота!
Я потекла!
От его манипуляций я потекла, и сейчас его лингам влажно и пошло хлюпает в преддверии моего влагалища.
Давид тоже замечает это.
Ухмыляется победоносно.
Победитель хренов!
Утраивает движение пальца на моей горошине. Мое тело натягивается как струна. Кровь звенит в венах и артериях.
Я, как сжатая пружина. А потом Давид надавливает особенно сильно, и я… улетаю в космос.
Так вот, как это бывает!!! Вот оно – завершение соития.
Оргазм в чистом виде! Я не на столе сейчас лежу в развратной позе перед похитившим меня бандитом, я в облаках парю. Где тепло, нежно, кайфово и невероятно правильно.
Но тут видимо, Давид решает, что хватит меня жалеть.
Палец, гладит на прощание горошину, выбивая из нее последние сладкие судороги наслаждения, и покидает ее.
Член, же одним мощным толчком разрывает перед собой девственную преграду и проникает в меня до предела.
Все.
Меня лишили девственности.
Я больше не невинна.
Женщиной стала под этим бандитом.
У меня воздух выбит и искры из глаз. Я даже вздохнуть не могу. Вот что значит, когда ешь соленое со сладким! Мне и больно и кайфово одновременно.
– Дыши, Ванесса, дыши! – Давид вогнался в меня до упора и внимательно наблюдает за моей реакцией.
– Я… Таисия…
– Ах ты, сука!!! Я уже в тебе, и ты до сих пор отрицаешь?! – глаза Давида полыхают адской ненавистью.
Он начинает двигаться во мне быстрее. Но мое тело, несмотря на масло и обильное количество естественной смазки не готово к полноценному сексу. А уж к насильственному вмешательству не готово и вовсе!
– Я сказал, что пощады не будет!!! – рычит, задвигая меня дальше, на середину стола.