Китайские агенты. Разведка Поднебесной от Мао до Си
Роджер Фалиго
Разведданные (Алгоритм)
В 1920-х годах в Шанхае соратник Мао Дзэдуна Чжоу Эньлай основал первую коммунистическую шпионскую сеть, действовавшую против националистов, западных держав и японцев. Китайская агентура с самого начала была глобальной.
Эта книга основана на ранее не публиковавшихся документах и личных беседах автора с десятками источников в спецслужбах всего мира. Это подробная и сенсационная история китайской разведки за 100 лет. Автор показывает, что китайские шпионы были и есть повсюду: среди ученых, журналистов, дипломатов, студентов и бизнесменов. Их след виден везде: от сталинских чисток до терактов 11 сентября и ухода Байдена из Афганистана. Кажется, тайные агенты Поднебесной всесильны… Так ли они велики, как китайская экономика и амбиции Си Цзиньпина? Чему можно научиться у них? Опасно ли это?
«Подробный и увлекательный очерк Фалиго о китайском шпионаже за последнее столетие впечатляет уровнем детализации и убеждает, что сегодня сообщество китайских служб безопасности и разведки является крупнейшим в мире». – The Sunday Times
«Фалиго, бесстрашный французский исследователь, в течение 40 лет собирал свой частный шпионский архив… Его книга – настоящая энциклопедия китайских секретов… достаточно пикантных, чтобы читатель не спал по ночам». – The Times
В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.
Роджер Фалиго
Китайские агенты. Разведка Поднебесной от Мао до Си
© Фалиго Р., 2023
© ООО «Издательство Родина», 2023
Правильные настроения командира проистекают из его правильных решений, его правильные решения проистекают из его правильных суждений, а его правильные суждения проистекают из тщательной и необходимой разведки, а также из размышлений и объединения воедино различных данных, собранных с помощью разведки. Он применяет все возможные и необходимые методы разведки и обдумывает собранную информацию о ситуации врага, отбрасывая шлаки и выбирая существенное, устраняя ложное и сохраняя истинное, переходя от одного к другому и извне к другому внутри.
Мао Цзэдун
Предисловие
Слово Цинбао на китайском языке имеет два значения: «интеллект» и «информация».
Тонкая граница между двумя концепциями облегчает работу секретных агентов, но усложняет работу журналистов. Корреспондент информационного агентства Синьхуа, пойманный с поличным в военной сфере, может поклясться памятью председателя Мао, что он просто выполнял прямую репортажную работу, в то время как западный журналист, берущий интервью у сторонника подпольного демократического движения, всегда будет назван «империалистическим шпионом». Что касается писателя или репортера, исследующего историю китайского шпионажа, который, кажется, хорошо знает китайский язык… Давайте даже не будем туда идти.
Шпион – Другой. Интеллект во многом обязан психологии. Правительственный «сотрудник по вопросам политики» из Информационного отдела Института Лао-Цзы может также быть тайным «куратором», работающим на одну из различных разведывательных служб, которые изобилуют по всему миру под каким-то туманным культурным названием; или он может быть настоящим литератором, который просто хочет поделиться своей любовью к китайской истории и философии. Он даже мог быть обоими. Я знал нескольких высокоинтеллектуальных шпионов.
Эта концепция становится еще более интересной, если изучить китайские иероглифы и корни слова Цинбао, а именно: ??.
Первоначальное значение Цин ? – «свет жизни» и «сердце». Его можно перевести как «реальность ситуации», «как обстоят дела», «ситуация» в перспективе.
Второй иероглиф, Бао ?, происходит от древней пиктограммы, упрощенной в наше время, что означает «человек, чьи руки зафиксированы, стоит на коленях, вынужден признаться». Довольно много смысла упаковано в одном персонаже.
Это оригинальная пиктограмма, которая сегодня является основой персонажа:
Ввведение
Старые шпионы никогда не умирают
В мае 2017 года 102-летняя Яо Цзицзянь была почетным гостем на необычной церемонии в Пекине. Как самый старый из выживших китайский шпион, она оказалась среди сотни людей: родителей и детей китайских секретных агентов, которые сражались на «подпольном фронте» с момента основания Коммунистической партии Китая – в шпионской войне.
Поводом для этого стала девяностая годовщина Особого отделения Центрального Комитета (Чжунян Теке), старейшей из секретных служб Китая, созданного в Шанхае 11 ноября 1927 года под эгидой будущего премьер-министра Чжоу Эньлая. Позже было переименовано в Центральное следственное управление КПК (Чжунян Дяочабу), долгое время оно было главной политической разведывательной службой, которой до 1980-х годов руководил выдающийся Ло Циньчан (1918–2014).
Сын Ло, генерал Ло Юань, обратился с речью к потомкам этих «великих солдат тайной войны», восхваляя качества «безымянных агентов», которые были непоколебимо «верными, бесстрашными, осторожными в одиночестве, бдительными, способными помогать друг другу…».
Это было больше, чем просто дань уважения героическим подпольным боевикам, которые вели исторический шпионаж сначала против французов и британцев в Шанхайских концессиях, затем против гоминьдана Чан Кайши и шпионов из Японии. Как наверняка знали присутствующие в зале, эта секретная война является продолжающейся реальностью при президенте Си Цзиньпине сегодня. Выбор почетной разведывательной службы, Дьяочабу, был в этом отношении значительным. В 1980-х годах он объединил свои усилия с отделом контрразведки Министерства общественной безопасности: Гунганбу. Вместе эти две службы сформировали новое Министерство государственной безопасности, Гоцзя Аньцюаньбу, или сокращенно Гоаньбу. Юбилейное мероприятие в 2014 году организовал Гоанбу, действующий по сей день. Его первый руководитель, министр Лин Юнь, скончался в марте 2018 года в возрасте 100 лет. Оглашение этой церемонии имело еще одну, более непосредственную цель: оно послужило началом новой кампании против «империалистических шпионов» – тем летом был принят новый драконовский закон о борьбе со шпионажем.
В двадцать первом веке Гоанбу считает себя таким же значительным игроком глобальной разведки, каким был советский КГБ в двадцатом. Китайские спецслужбы (общий термин, включающий несколько других организаций, помимо Гоанбу) соперничают с крупнейшими в мире: американское ЦРУ, израильский Моссад, индийская RAW, французская DGSE, британская MI6 и, конечно же, другие разведывательные службы в мир-регионе, такие как тайваньский MJIB и японский Naicho (Найтё).
В этой книге исследуется давняя важность интеллекта в коммунистическом Китае. Его многочисленные корни уходят в книгу четырнадцатого века «Роман о трех королевствах» и знаменитый трактат Сунь-Цзы «Искусство войны», а также испытывают влияние как русского коммунизма, так и, как это ни парадоксально, вражеских государств: французские и британские спецслужбы сражались против Чжоу Эньлая и его шпионов в 1930-х годах в Шанхайских концессиях. «Китайские шпионы» – это попытка проиллюстрировать как долгую историю разведки и служб безопасности с момента создания Коммунистической партии Китая, так и их текущую роль в политике сегодня. В 2019 году КПК все еще сохраняет марксистские разведывательные традиции, восходящие к межвоенному периоду.
Этой непрерывной традиции нет эквивалента, кроме российской военной разведки ГРУ, которая была основана Львом Троцким в 1918 году и сохранила свое название даже после распада СССР. Спустя столетие, до 2019 года, он сыграл важную роль в разгроме Исламского государства (ИГИЛ) в Сирии. Однако идеологическая оболочка коммунизма исчезла с российской разведки, хотя ее хорошим отношениям с китайскими спецслужбами, несомненно, способствуют психологические модели поведения агентов президента Владимира Путина, уходящие корнями в известные советские организации.
Наша история начинается с битвы за Шанхай в 1920-х годах и заканчивается киберконфликтными ситуациями, секретными операциями вокруг Нового шелкового пути, глобальными экономическими войнами, которые происходят сегодня, битвами в Интернете и войной против исламистского терроризма.
В результате этих новых вызовов авторитет китайского разведывательного аппарата значительно вырос, особенно с 2017 года, когда Си Цзиньпин, самопровозглашенный «верховный лидер» Народно-освободительной армии (НОАК) и «руководство» партии, усилил свои полномочия на 19-м съезде КПК, став самым могущественным китайским лидером со времен Мао Цзэдуна и Дэн Сяопина. Это был синтез двойного политического наследия, которым может похвастаться Си: форма неомаоизма с оттенком культа личности и постмаоский прагматизм на службе триумфальной модернизации. Согласно «Мысли Си Цзиньпина», самое главное – сохранить «линию масс» одновременно с «углублением реформ» и оживить страну через «возрождение китайской нации».
Китайский интеллеженс отличается от разведки других стран степенью политического влияния. Каждая служба состоит из двух частей: технический директор, отвечающий за повседневные операции, работает вместе с политическим комиссаром, который отвечает за обеспечение соответствия идеологической ориентации организации стратегии, установленной КПК.
В частности, эта ориентация согласуется с «китайской мечтой», другими словами, с целью президента Си сохранить верховенство партии, одновременно преследуя свою глобальную стратегию. Эта стратегия на самом деле не только глобальная, но и межпланетная: Пекин уже заявил о своем намерении вывесить красный китайский флаг на Марсе, «красной планете», в 2049 году, к столетию Китайской Народной Республики.
Китай, новый титан «мягкой силы», гордится тем, что является самой эффективной умиротворяющей силой на планете, с обширными проектами, такими как инициатива «Один пояс, один путь», международная инфраструктура и инвестиционная схема, объявленная новым Шелковым путем, или Шанхайская Организация сотрудничества (ШОС), цель которой – переместить центры мировой экономики и безопасности с Запада на новую ось во главе с китайско-российским партнерством. Этот пакт включает бывшие мусульманские страны СССР, а также Пакистан и Индию в качестве недавних участников и Иран в качестве наблюдателя.
Тем временем президент Си намеревается создать то, что будет не чем иным, как самой мощной армией, когда-либо существовавшей за всю историю человечества. С начала 2016 года Си Цзиньпин полностью реорганизовал Народно-освободительную армию, первоначально основанную в 1949 году. Он упростил ее командную иерархию, заменил семь военных округов на пять «театральных командований» и объединил две стратегические вооруженные силы, помимо сухопутных и морских, и воздушные армии: Ракетные силы Народно-освободительной армии (ракеты, межпланетные ракеты) и Силы стратегической поддержки (SSF), которые включают, например, цифровую огневую мощь, необходимую для кибервойны. Как мы увидим в следующих главах, SSF – это совершенно отдельная армия, занимающаяся сбором разведданных и разведкой.
Си также представил новую концепцию «стратегического управления морем», разработанную для реализации в тандеме со стратегией Шелкового пути. По мнению некоторых индийских аналитиков, в период с сегодняшнего дня до 2050 года НОАК теоретически может вести до шести различных войн: за объединение с Тайванем; «возвращение» островов Спратли в южном море и Дяоюйтай (японцы называют их островами Сэнкаку, и заявляют о них как о своей территории); объединение с Внешней Монголией; и возвращение территорий, захваченных Россией в XIX веке.
Это тот контекст, в котором развивалась китайская разведка. Конечно, здесь также должны сыграть свою роль внутренняя безопасность, администрация лаогая (китайского ГУЛАГа) и репрессии против диссидентов, в том числе лауреата Нобелевской премии мира Лю Сяобо, который умер в июле 2017 года. В этой книге особое внимание уделяется реорганизации Си Цзиньпином секретных служб за рубежом и их деятельности. В 1980-х Дэн Сяопин считал, что услуги идут рука об руку с модернизацией. В 1990-х Цзян Цзэминь позволил им превратиться из сообщества региональных спецслужб в глобальный аппарат, воспользовавшись временным исчезновением российского КГБ, который появился сегодня в другой форме. Си Цзиньпин разработал этот массивный аппарат, напоминающий аппарат мировой сверхдержавы. Мы увидим, как он это сделал, когда проследим за развитием новых услуг как Гоаньбу, так и НОАК. Вместе, как с точки зрения персонала, так и с точки зрения круга организаций, они составляют сегодня крупнейшую разведывательную службу в мире.
Часть первая
История
Битва за Шанхай
В начале двадцатого века в Китае проживало 400 миллионов человек, площадь составляла составляла 11 миллионов квадратных километров. Различные другие участки некогда китайской территории были аннексированы во время последовательных иностранных вторжений. С подписанием Нанкинского мирного договора в 1842 году британцы предоставили себе Гонконг, известный как «Ароматная гавань». Другие «неравноправные договоры» привели к предоставлению концессий – целым районам крупных городов – «длинным носам», а также нанесению иностранными державами военных убытков, что разрушило китайскую экономику.
В 1900 году в Пекине, «северной» столице, иностранные миссии были осаждены во время боксерского восстания, как его называли иностранные журналисты. К концу пятидесятипятидневной осады восстание было подавлено международным экспедиционным корпусом, а вдовствующая императрица Ци Си, союзница боксеров, была свергнута. Последний маньчжурский император Пу И был вынужден отречься от престола в возрасте шести лет в 1912 году. Новая Китайская Республика во главе с лидером националистов Сунь Ятсеном быстро превратилась в диктатуру под игом северного военачальника Юань Шикая.
История современного китайского шпионажа начинается через десять лет после этих событий во французской концессии Шанхай, порт на реке Хуанпу, которая является притоком Янцзы. В концессии проживало триста тысяч китайцев. Действительно, история китайского коммунизма и его секретных служб отчасти французская; в 1920-х годах Шанхай прозвали «Парижем Востока».
Французы были не единственными жителями Запада, которые вырвали уступку у маньчжурских императоров. Шанхайское международное поселение принадлежало британцам и американцам, юрисдикция которых распространялась на его 750-тысячное китайское население, в то время как еще миллион проживал в китайских рабочих кварталах Чжабэй и Нандао. Не нужны счеты, чтобы вычислить, что только 30 000 жителей Запада – «иностранные дьяволы» со своей собственной полицией, армией и правовой системой – навязывали свою власть половине жителей города.
Эти законы имели изменчивую геометрию, поскольку западные державы, такие как китайская буржуазия, закрывали глаза на тот факт, что Шанхай в то время был не только одним из самых оживленных городов мира (как в экономическом, так и в культурном отношении), но также и раем для азартных игр, торговли оружием и опиумом, а также центром западной торговли проститутками, шпионажа и множества различных видов мошенничества и коррупции.
Могущественные люди примирились с этим необычным преступным миром: Юй Цяцин, президент Китайской торговой палаты, был одновременно крупным бизнесменом и высокопоставленной фигурой в Зеленой банде (Цин Банг), всемогущем тайном обществе, которое дергало за ниточки в этом удивительном театре кукол. У главы этой преступной организации Ду Юешэн был могущественный «кровный брат» Феликс Бувье: владелец как Канидрома, гоночной трассы в Шанхае, так и казино Grand Monde, куда изгнаны русские принцессы, американские торговцы оружием и японские шпионы, где играли по-крупному, как это увековечено в фильме 1932 года «Шанхайский экспресс».
«Мистер Ду», Аль Капоне из Шанхая, также привлек в свой клан влиятельных людей, таких как молодой генерал-националист и будущий лидер Республики Чан Кайши и Этьен Фьори, который ранее работал офицером разведки в Марокко, а теперь он был главой Специального полицейского бюро французской концессии и активно участвовал в преступной деятельности корсиканской мафии, которая была в сговоре с Зеленой бандой.
Фиори, невысокий смуглый мужчина с зачесанными назад волосами и кривой улыбкой, в основном участвовал в преступных действиях с «Grande Combine», сетью белых рабов, которая состояла из корсиканок, которые «шантажировали» молодых французских девушек и отправляли их в крупнейший бордель в обмен на опиумные брикеты, посланные господином Дю в Марсель. Но вряд ли эта торговля предназначалась для экспортного рынка. Огромные количества потреблялись в 800 опиумных притонах Шанхая, куда людей направляли около 3000 «бродяг», как называли приспешников Зеленой банды.
Этот больной, коррумпированный мир начал вызывать иммунную реакцию. Под влиянием русской революции и ее профессоров молодые китайцы – студенты Университета Авроры и члены зарождающегося союза Ассоциации рикш – были полны решимости, что Восток скоро станет красным.