– В каком смысле?
– Ну вы там типа чуть не подрались. Ты его подкалывал, а он вёлся на всё это.
– А-а-а. Ну он сам как будто нарвался. Человек приезжает сюда, начинает качать права и говорит, что рад, что Сергея, сука, подорвали. Вот это радость. Обмудок, – Марат аж ударил костяшками кулака по рулю.
– Тихо-тихо, не кипятись, – Рома никогда не видел Марата таким взведенным. – Тебе Аристарх ничего не сделает за то, что ты Игоря на место ставил?
– Нет, что он сделает? Уволит меня, что ли? Сам тогда будет весь казанский бардак разгребать. Вообще только в Москве видел, чтобы кто-то был выше Мастера-над-ритуалом и говорил ему, что делать.
– Приехали, дальше пешком, – скомандовал Рома.
Они припарковались за парком Петрова, около офиса компании «Плезир». Роман повёл Марата к гаражному кооперативу, который находился на склоне. Раньше внизу текла река Казанка и строили корабли во втором в стране Адмиралтействе. Теперь это заброшенное местечко, что-то вроде заболоченного оврага. Впереди, на холме за старым руслом, возвышался Зилантов монастырь. Справа посреди деревьев прятался Пороховой завод. Пару раз в месяц с его территории слышался грохот: там испытывали боевые снаряды.
Марат следом за Романом спустился к берегу старого русла. Всё заросло сорняками и кустами. Марат сразу понял, куда Рома ведёт его – чуть левее было место, окружённое ивами. То, что нужно, чтобы провести ритуал, не пугая людей свечами.
– Почему выбрал именно это место? – поинтересовался Марат.
– Потому что пентакль сложный и ритуал долгий. У нас будут свечи и хор. В пентакле есть воздушная «восьмёрка», которую мы будем ставить лентой. Ее привяжем к веткам. Ну и я больше люблю ритуалы на свежем воздухе.
– Больше в них веришь?
– Да, – Рома задумался, подбирая слова, – как будто у меня больше кислорода и я больше сил вкладываю в слова и жесты. И не так нервничаю, что ли.
– А ты нервничаешь? Почему раньше не говорил?
Рома взял травинку, стал её жевать.
– Я знаю, почему ты спрашиваешь. У меня это не такие нервы, которые типа: «Я не смогу, мама помоги». Я просто хочу сделать всё идеально. Если получится так себе, нормально, то это для меня плохой результат. Мне нужно выложиться на все сто, чтобы я это видел, чтобы ты это видел. Я стараюсь учесть всё, даже то, что не в моей зоне ответственности.
Они постояли в тишине, глядя на другой берег старого русла, бывшего большой рекой. Ветер нёс то майскую свежесть, то болотные нотки.
– Вот поэтому, – нарушил тишину Марат, – я в тебя верю. Ты станешь новым казанским Мастером-над-ритуалом.
– Да ну брось… – начал оправдываться Рома, но Марат перебил его.
– Ты единственный, кто так ответственно относится к делу. Ты единственный, кто бросает себе вызовы. Таня застыла и сидит ради денег. Про Васю говорить не хочу. Обещай, что не свалишь в Москву. Вот прямо сейчас обещай.
Рома несколько секунд помялся.
– Меня сегодня Игорь звал туда.
– Серьёзно? Куда именно?
– Он не сказал. Сказал, что знает, что ты будешь допрашивать. Просил тебе ничего не рассказывать. Обещал триста в месяц без бонусов.
«Вот сука», – подумал Марат. Он оказался гораздо хитрее. Он знал, куда надавить Марату, чтобы было больнее. Может, даже специально дискредитировал его перед подчинёнными.
– И что думаешь? Согласишься?
– Ну, с одной стороны, триста тысяч в месяц на дороге не валяются. С другой, я смотрю на тебя, смотрел на Сергея. Вы ведь для чего-то оставались в Казани, топили за общее дело. Да и город я люблю. Как я буду жить без Профсоюзной и без пиццы из «Татмака»?
Рома улыбнулся и выкинул уже пережёванную травинку. Он махнул рукой, мол, пойдём, пора. Всё измерено, всё посчитано, Мастер-над-Ритуалом видел локацию. Осталось только провести его. Они стали подниматься от застывшего болота наверх, к «мерседесу» и своим планам.
F
Видеозапись на портале Ордена
Круглый стол, ежегодные дебаты Ордена, приуроченные к Мидсоммару.
Тема: региональная модель единого Ордена против столичной модели многих агентств.
Модератор: Объявляю дебаты открытыми. Региональный корпус представляет Сайфуллин Марат Ильдарович, Мастер-над-ритуалом города Казани, известный теоретик, который складывает наши знания в единую и понятную систему. Все учились по его статьям?
Зал: *многочисленные выкрики «да»*
Модератор: По другую сторону ринга у нас Баловцев Владимир Викторович, исполнительный директор агентства «Папюс», город Москва. Человек, который сделал больше одного миллиарда рублей за календарный год, поприветствуем рекордсмена. Начинаем дебаты! Слово предоставляется Владимиру.
Владимир: Спасибо, рад вас всех здесь видеть. Для начала я хочу сказать о том, что плюс модели агентств очевиден – это деньги. Заработанное пошло и на зарплаты сотрудников, и на укрепление нашего с вами ордена. Нам давно пора реформировать Орден и перейти к той модели, которая приносит деньги.
Марат: О, здорово. Человек, который взял своему агентству название в честь великого розенкрайцера говорит нам только о деньгах, класс. Так, поднимите руки в зале, кто считает, что мы занимаемся ритуалами только ради денег.
Зал: *поднимается несколько рук, затем смущённо опускаются*
Марат: Ага, спасибо за честность. Владимир, скажите мне, что важнее всего при проведении ритуала?
Владимир: Ну, чтобы всё по книгам… Наверное.
Марат: Наверное да. Давайте-ка объясню. Главное в ритуале – это точность соблюдения, вера и акт творения. Знаете, как достигается точность соблюдения?
Владимир: Надо делать всё, как в книгах.
Марат: Что-то ты повторяешься. Мы ищем правильные пентакли, правильные действия и правильные слова. Мы тратим часы, когда всё перепроверяем. Владимир, знаете, как контролируется нужный уровень веры?
Владимир: Нет, но…
Марат: Потом все ваши «но», важную вещь обсуждаем. Уровень веры контролируется тем, что сотрудник всё знает о ритуале, всё перепроверил и спланировал десять тысяч раз. Он уверен в себе. Окей, последнее. Как постоянно добиваться акта творения? Как менять мир?
Владимир: Даже пытаться ответить не буду.
Марат: И правильно, я о таком не расскажу даже под паяльником. Это моя задача, делать так, чтобы все эти треугольники, свечки, ленточки и латынь на земле превращались в живых родственников, там, в миллионы долларов. Я к этому знанию пришёл быстро, за пять лет. И я буквально головой отвечаю за то, чтобы все работало. А теперь вопрос: как все, что я перечислил, сочетать со срочным зарабатыванием денег? Вам ничего нигде не мешает? Не натирает?
Владимир: Ну сроки-то какие-то должны быть.
Марат: *обращаясь к залу* Обратите внимание, какие-то! Какие-то сроки для актов творения, для того, что доступно только немногим избранным. Для детей, которые выздоровели от рака. Какие-то сроки. О чём мы говорим? Нам уже, получается, наплевать на тех, для кого мы проводим ритуал?
Владимир: Ну нет уж, ты перекручиваешь. У тебя самого же есть сроки для своих ритуальщиков.
Марат: Да, и их задаю лично я. Знаешь, почему? Потому что я всю эту кухню снизу прохавал. И аналитиком поработал, и ритуальщиком. Я в мороз свечки зажигал, я на пыльных чердаках гексаграммы рисовал. Я сделал так, чтобы все сто процентов ритуалов заканчивались успешно, с результатом. И мне смешно слышать слово «какие-то сроки». Если клиенту ритуал понадобится через неделю, я откажу ему, а не буду тянуться за баблом. Потому что святое таинство должно оставаться и святым, и таинством. Иначе это инфобизнес какой-то.