Карма

Часть 1. Предтеча

Глава 1. Анна

Росло у отца три сына, двое умных, а третий в техникуме учился. Средний сын Макар после окончания школы отслужил, после службы не мог найти себе место, часто менял работу. То ему не так, то не эдак, то он занимался музыкой, то плаванием, то неожиданно пошел он к младшему брату Степану, в секцию каратэ, где тот обучал пацанов, но после хорошей оплеухи и оттуда Макар сбежал, не по нему оказалось битье по роже.

– Невезучий! – говорила про него еще бабушка. – То он в комсомол вступит, то в еще в какое-то дерьмо…

Родители и все близкие родственники говорили про него, что у бедного Макарушки всегда в попе одни камушки. Привел Макар неожиданно в родительский дом девушку и заявил:

– Вот, знакомьтесь! Это моя невеста. Мы уезжаем к ней на родину, в страну голубых озер, Карелию.

И уехал. И по прошествии уже многих лет не приезжал Макар, иногда сухие, лаконичные письма, редкие звонки. Не дождались старики среднего сына, ушли из жизни. Сначала отец не проснулся поутру, а через полгода, не перенеся потерю своего спутника жизни, и мать скончалась. Хоронил родителей Захар. Макар не смог приехать, а Степан воевал в Чечне.

К тому времени Захар женился на фигуристой блондинке. Анна, несмотря на свой довольно молодой возраст, работала ведущим психологом в престижной фирме. Занималась она столь популярными коучингом и НЛП.

– Занимается одна баба разводом бизнесменов на бабки! – подметил тонко вернувшийся домой Степан.

И это приносило ей хороший доход. Многие бизнесмены, имеющие свои крупные фирмы, посылали своих сотрудников на обучение к ним, платя за это неплохие деньги. Собственно, там блондинка и познакомилась с Захаром, который и сам был слушателем на одном из семинаров, проводимых командой психологов во главе с Анной.

– Вы подходите друг дружке! – шепнула ей подруга.

Он, респектабельный, видный молодой мужчина, удачный специалист с хорошим заработком и большой перспективой в карьере. Она, яркая, эффектная женщина, очень умная, к тому же и неплохо для бабы зарабатывающая.

– Удачная кандидатура в жены! – оценил Захар.

Такая красотка с внешними данными, как у модели, умная, умеющая вести деловой разговор, как раз была под стать ему, успешному специалисту, к тому времени занимающему одну из руководящих должностей в крупной торговой фирме.

– А что, выгодный муж! – прикинула Анна.

И собой он хорош, и имел неплохой бизнес с большими перспективами развития, а значит, мог стать для нее гарантом хорошего материального благополучия, у него имелся большой коттедж, была дорогая машина. Захар обещал прикупить дом в курортной зоне на берегу Черного моря, чтобы приезжать туда на лето. Все складывалось у Захара хорошо. И материальный достаток, и красавица жена, и руководящая должность в фирме, можно сказать, что пошел он по стопам отца. На него, как на самого путного, и надеялись родители, так оно и оказалось. Но по отношению к братьям поступил Захар нечестно, переписал он все родительское имущество исключительно на себя.

– Все деньги, – пояснял он ближайшим родственникам, что начали поначалу недовольно роптать, – я вложил в бизнес!

Якобы для общего блага, кто его знает, на самом-то деле. Хотя он обещал поделиться прибылью, но, судя по всему, это произойдет еще не скоро, когда-нибудь и может быть…

Хотя, Макар, тот, судя по всему, жил неплохо, ни в чем не нуждался, родители его жены оказались богатыми людьми, имели свой крупный бизнес, куда и пристроили зятя. Поэтому жил Макарушка, катался по жизни, как сыр в масле.

– Нам и тут неплохо живется! – говаривал он.

А Степушка… Вернувшись домой, парень не увидел ни родителей, ни родительского наследства. Коттедж фактически, по документам, уже не являлся его домом, единственное, что радовало, так это то, что брат оставил его прописанным там.

– И на этом спасибо… – покривил Степка губами.

Но парень чувствовал, что он явно там лишний, мешается всем, хотя никто ничего ему и не говорил про это, но порой и без слов бывает все понятно. По одним только взглядам на него, бросаемым как старшим братом, так и его красавицей женой. Оказался Степа занозой в заднице у супругов…

Перед его приездом Анна спросила у мужа:

– А как твой братец, он не будет нам предъявлять права на коттедж? На деньги? Ты же ему что-то выделишь?

– Вообще-то, родители только на меня и полагались! – отвечал Захар с усмешкой. – В последнее время я ухаживал за ними, был с ними до конца, я и похоронил их один. К тому же, я старший, они и хотели, чтобы на мне все было! Макару все по барабану. А Степа, ему если дать солидную сумму, то он все равно, как говорят, если не пропьет все, так прогуляет! Так что, это лучше для его же блага! Дам ему, конечно, сколько-то на первое время, чтобы на жизнь хватало, а там пусть сам учится зарабатывать, а то все сидел на родительской шее.

– И куда он пойдет? – прищурилась красотка.

– Пускай тренером устраивается работать! А нет, пусть на стройку, здоровье же есть, да немалое, глядишь, и квартиру себе заработает. А если будет гулянки устраивать, то попрошу его отсюда! Поэтому не беспокойся, женушка, проблемы с ним не будет. Степка наш слегка со странностями, не то, чтобы с гусями, но как бы неординарная он личность, короче.

В Анне проснулось профессиональное любопытство:

– В чем это он неординарный? Какая-то патология? Как это проявляется в его поведении? Какие у него поведенческие мотивации? Говори все, рассказывай про него! Мне же жить с ним под одной крышей некое время, нужно знать, опасаться ли его мне, как выстроить с ним взаимоотношения.

– Да, собственно, и рассказывать-то нечего, просто какой-то безбашенный он у нас! Со школы начал заниматься каратэ, помешался на нем. Говорили, его часто видели в окружении местных бандюганов. Отец составил с ним серьезный разговор на эту тему, сказал ему, чтобы он завязывал со всем этим, и чтобы поступил учиться в институт. Степа, как ни странно, выбрал пединститут и поступил на кафедру психологии… – почесался Захар в затылке и улыбнулся.

– Во как! А ты его дебилом все выставлял?!

– Да дебилом он и был! Не знаю, когда Степка учился, он постоянно тренировался, частые разъезды. И ездил по всяким семинарам, на родительские-то деньги чего не ездить, они его баловали, на что ни попросит, на все давали. Младшенький все же он у них, хоть и убогий, но все же свой! Мать ласково называла его непутевым, оболтусом, баламутом, а отец прямо так и говорил: «Раздолбай он у нас и пофигист!». Он…

Анна слушала мужа и думала о его брате…

Общались они не столь часто и больше все поверхностно, Степа особо и не обращал на нее внимания, и это еще больше раззадоривало ее. Еще ни один мужчина не смог устоять перед ней, Анна всех расщелкивала, как белка орехи, а потом могла свободно манипулировать ими. Аня полагала, что с легкостью раскусит и Степана, и что он, как и все остальные мужчины, будет послушно плясать под ее дудку.

– А куда он денется! – хмыкнула она самонадеянно.

После того как Степа вернулся из поездки на Алтай, ей представилась возможность поговорить с ним. Муж зависал на работе, а обычно он мешал серьезному разговору, встревал, влезал с всякими тупыми шутками, переводя все в ненужную и бессмысленную болтовню. Анна спустилась на первый этаж и увидела сидящего в столовой деверя, который пил кофе и читал книгу, и автором этой книги оказался некий Ошо.

– Что читаем? – спросила, улыбаясь, она.

Он молча показал ей обложку и продолжал читать.

– И что это, про что пишет автор?

Он отложил книгу и внимательно посмотрел на нее.

– Про жизнь, про психологию, но не ту, что ты знаешь. Та отражает всего лишь один аспект той, настоящей психологии, в основном опираясь на рефлексию, не зря Павлов был одним из основоположников современной классической психологии. Собака Павлова, ее реакция на лампочку с выделением слюны, хм-мм! – усмехнулся Степан. – Но человек вовсе не животное! Хотя в основном он и ведом теми же инстинктами, но все-таки в нем есть нечто большее, а ваша психология об этом и понятия не имеет. И что это, можешь мне сказать?

– Ну, ум, конечно же, ум! Что же еще?! Но современные психологи уже отлично разбираются с проблемами ума! Ты забыл, что сейчас уже не времена Павлова! Наша наука ушла далеко вперед! – заявила Анна со всей уверенностью.

Глядя на нее, Степа криво усмехнулся:

– С проблемами ума, говоришь, разбираются? Проблемой ума является сам ум!.. В смысле?! В прямом!

– А ты за инволюцию? Хочешь, чтобы человек отошел от ума и стал вновь ничем не отличающимся от приматов? Ты за дебилов, что ли, за идиотов ратуешь?

– Вовсе нет, я за хороший, мощный, здравомыслящий ум, за то, чтобы человек научился реализовывать его на все сто процентов, а не на четыре-пять, как сегодня. Кроме того, у человека есть еще разум и сознание.

Моргнула красотка, глянула на деверя:

– Разве ум и разум не одно и то же?

– Нет! Разум – это то, что стоит за умом, совершенно другой инструмент, созданный для выживания. В отличие от ума, разум принимает решение моментально, человек как бы интуитивно чувствует, что ему нужно делать, и просто делает это, доверяясь своим инстинктам, не думая…

– И как же думать разумом?

– Неправильный вопрос! – рассмеялся Степан. – Думают умом! Чтобы проявил себя разум, нужно убрать ум. Ум – это, с одной стороны, полезная штука, а с другой – нет. Человек привык опираться на него, и поэтому ум берет на себя функции управления, выполняя роль хозяина, и нужно просто попросить этого «хозяина» отойти в сторонку в тех ситуациях, где его компетентность ограничена. И ум хорош, как слуга, но не как хозяин! Ум – это инструмент, такой же, как рука, нога или другая часть тела, а инструментом нужно уметь пользоваться, и уж никоим образом не позволять ему управлять собой. Но психология изучает именно связь тела и ума, в основном препарируя ум, а о самом человеке ничего не знает!..

Анна слушала Степана, открыв рот, удивленно хлопая большими глазами. Разговор ошарашил ее. Она просто не ожидала такого от Степана, которого ее муж выставлял чуть ли не дебилом. Анна повелась на тот образ, что подкинул ей ее муж, принимала Степана за туповатого, молчаливого увальня, которого ей хотелось обработать, приручить и сделать из него домашнего пушистого котика, во всем послушного его хозяйке. Но первый серьезный разговор с ним поверг ее в шок. Сейчас она явно тормозила, силясь ответить ему что-то внятное, чтобы хотя бы не потерять перед ним лицо.

Понимая ее замешательство, Степа деликатно отвернулся и продолжил читать книгу. Он не злорадствовал, требуя ответа, как сделал бы ее муж, а оставил ее со своими мыслями. В это самое время пришел Захар, увидев их вместе, он подозрительно посмотрел на обоих, но, увидев, насколько расслаблен Степан, увлеченно читающий книгу, успокоился.

– Ань! Приготовь мне чего пожрать, голодный, как волк! – попросил жену муж и поднялся наверх.

– Ну вот, дожился! Захар ревновать начал! – усмехнулся Степа, не поднимая головы и не отрывая взгляда от книги.

– Почему ты так решил? Зря ты так думаешь!

– Это не я так думаю, а он! А почему он так думает, спроси у него! Достал я, видать, уже вас, но уж извините, мне больше податься некуда! Это родительский дом, хоть Захар втихаря и переписал его на себя, но я тоже имею право тут жить. Не нравится если, покупайте мне квартиру!..

Разговор прервал спускающийся к ним муж Анны, и Степан неторопливо встал и удалился в свою комнату.

Анна все время мысленно возвращалась к этому разговору, анализировала его. А что, если Степа опять спросит ее о душе, что она о ней знает? Ничего! Только поверхностные понятия, да и то почерпаны они из церковного лексикона.

– А он далеко не дурак, – покачивала женщина головой. – Зря мой Захар имеет подобное представление о нем…

Хотелось пообщаться с ним, не находилось подходящего случая, то муж торчал дома, а при нем совершенно невозможно было вести серьезный разговор, то она сама приходила поздно с работы, то Степа сидел у себя в комнате, не выходя к ним.

И он нисколько не походил на того шалопая, каким его описывал ее муж, на того, каким слыл до призыва в армию. Со слов мужа, Степан был отмороженным на всю голову, буйным весельчаком, бесшабашным гулякой, конченым бабником, любителем побольше выпить и подраться. А тут же спокойный молодой мужчина, лет под тридцать, чуть выше среднего роста, крепкий, атлетического сложения. Она раз увидела его по пояс голым, когда он выходил из душа, и это была фигура Аполлона, которую портили, а может, и украшали несколько шрамов.

Не красавец, но довольно симпатичный, к тому же, как оказалось, достаточно умный. Он явно симпатизировал ей, что-то в Степане имелось такое, что влекло к нему Анну, какой-то в нем таился шарм. Ей хотелось видеться с ним, общаться, она сама не могла разобраться в новых своих чувствах. Возможно, проросло любопытство, вызванное их последним разговором. А может, ей просто хотелось узнать больше о нем, послушать его, потому что он явно знал то, о чем не знала она.

Аня отгоняла от себя мысль о том, что он нравится ей, как самец, нет, она даже и не думала об измене мужу! Как говорил Степа: «Мысли не наши, они притягиваются в соответствии с нашим состоянием, желаниями, настроением, и мы их мыслим. Так сказать, не мы их думаем, а они нас». Вот и тут просто промелькнула шальная и залетная мысль и только.

– Нет и еще раз нет! – моргнула Анна.

У нее есть муж, которого она любит, и Захар в ней души не чает. Просто ею движет чисто профессиональный интерес, желание узнать новое и применить это в своей практике.

– Все пройдет! – успокаивала женщина себя.

Но Степа из головы не уходил, он стал единственным мужчиной в ее окружении, кто оказался к ней равнодушен. Остальные прожигали ее похотливыми взглядами, пытались ухаживать за ней, делали комплименты, а то и откровенные и недвусмысленные предложения. Даже друзья и коллеги мужа, польщенные ее красотой, предлагали ей стать их любовницей.

– Аня! – пытались как-то зажать ее в уголочке.

Дело было на одном корпоративе, ее муж Захар перебрал лишнего и уснул в кресле, а она флиртовала с окружившими ее мужиками. Она тоже изрядно захмелела от выпитого вина и шампанского, и ей нравилось раззадоривать мужчин. Они наперебой танцевали с ней, с каждым разом все сильнее и сильнее прижимаясь к ней, и вскоре уже откровенно держались за ее упругую попку, тиская и наслаждаясь…

– На нас смотрят! – делала Анна страшные глаза.

Ее заводило то, как мужчины возбуждались от нее, она чувствовала свою власть над ними, те, кто был посмелее, уже мяли ее попку под юбкой. Анна тоже изрядно возбудилась, она уже не отталкивала мужчин, и их руки гуляли по ее телу.

– Наглец! – выдохнула женщина в мужское ухо.

Анна с уверенностью думала, что все под ее контролем, в любой момент сможет прервать это, если все зайдет слишком далеко. И почему бы не получать удовольствие от внимания со стороны мужчин, от их рук, жадно ласкающих ее тело, от того, как они страшно заводятся, возбуждаются от нее…

Было уже далеко за полночь, и те немногие из гостей, что оставались к тому времени, начали собираться и уходить, с улыбкой поглядывая на них, увлеченно танцующих, а по сути, пятерых мужиков, топчущихся вокруг одной женщины.

Наконец, все ушли, кто-то из мужчин предложил:

– Давайте перейдем в другую комнату, а тут выключим свет, чтобы не мешать спать нашему дорогому Захару!..

Они прошли по коридору в дальнюю комнату, которую закрыли за собой. Продолжая ласкать женщину, а вернее, уже откровенно щупать пьяную красотку, мужики переместились на большой кожаный диван. Анна пребывала в чувственной эйфории, она сильно возбудилась и уже тяжело дышала, иногда из ее груди вырывались громкие вздохи.

– Ах! – взмахнула Анна рукой, сдаваясь без боя.

Она не могла сопротивляться, а может, просто не хотела и даже не заметила, как оказалась без платья и лифчика. Кто-то из мужчин уже целовал ее груди, а кто-то ласкал уже всю текущую ракушку. Наконец, и ее трусики отлетели в сторону, раздавались восхищенные возгласы мужиков:

– Ах-х! Хороша устрица! Красотка! Я первый! Нет, я!

Мужики толкались, борясь за право обладания ею первым, послышались даже маты, повышенные тона и угрозы, дело стало доходить до драки, и тут Анна, пребывающая до этого в экзальтированном состоянии, придя в себя от криков мужиков, переставших ее ласкать и затевавших драку, дико взвизгнула, осознавая, что именно сейчас произойдет.

– Нет! – мотнула она в отчаянии головой.

Анна дернулась и начала вставать, но мужики, видя, что столь желаемая красотка, уже готовая к употреблению, может ускользнуть, прекратили междоусобицу, силой вновь уложили ее на диван, сгрудились возле нее.

– А ну, отпустите! Отпустите меня немедленно!

– Ага! Сейчас! Отпустим мы тебя! Да не брыкайся ты! Тебе будет хорошо! Обещаю! – лез на нее один из мужиков. – Анечка! Ну, что ты?! Ну, расслабься! Все же было хорошо! – вторил ему тот, что мял ее груди. – Расслабься детка! – раздался голос сбоку. – Это будет кайфово! Всем же будет хорошо!

– Пустите же, подонки! Я все мужу расскажу! Я на вас в милицию подам! Вас посадят! – орала Анна.

– Давай, Миша, чего стоишь?! Помоги ноги раздвинуть! – держали двое мужиков ее за руки, двое раздвигали ей ноги, а пятый, скинув штаны, пристраивался между ее ног.

– Ох-х! Какая! – восхищенно выкрикнул он, разглядывая ее ракушку, гладенько выбритую, лишь на лобке рос аккуратно обрамленный пушистый холмик, раздвинул ее губки, и взору всех предстал розовый вход, лоно же блестело от ее обильных выделений. – Вот это устрица! Сейчас я ей туда засажу!

Мужчина уже приблизил свой дрын к женской щелке, как вдруг заревела сирена, видать, сработала сигнализация. Через громкоговорители раздался голос:

– Внимание! Просьба всем немедленно покинуть здание! Пожар! Следуйте пожарной инструкции!

Мужики застыли от неожиданности, а потом, оставив Анну, принялись быстро одеваться, второпях одевалась и она. Все выскочили в коридор, от шума проснулся Захар.

– Что?! Что происходит? Ик! – икнул он громко.

– Захар, быстро бежим отсюда! Пожар! – крикнул ему один из мужиков. – Да шевелись ты!

Вслед за мужиками выбежала вся взлохмаченная Анна, на ходу пыталась она застегивать блузку.

– Захар! Бежим вниз! – схватила женщина под руку ничего не понимающего мужа и потащила его за собой, хорошо, что муж был пьян и в суматохе не заметил, что на ней расстегнутая блузка, что она почему-то осталась без лифчика.

Все выскочили на улицу, осматривая со стороны здание, в которое вошел охранник, пожилой мужчина, через некоторое время он вышел. Все уставились на него.

– Михалыч, что там?

– Да ничего! Ложная тревога, сработала сигнализация, завтра будем выяснять, что с нею случилось.

Мужики стояли, курили, разговаривая, Михалыч подошел и потихоньку потянул за руку Анну:

– Давайте отойдем ненадолго!

Недоуменно глядя на него, женщина пошла за ним. Зайдя в здание, охранник произнес, указывая ей на кресло:

– Вон, заберите, это ваше.

На кресле лежали ее лифчик и трусики. Анна, сгорая от стыда, схватила их и трясущимися руками затолкала в сумочку. Она мгновенно поняла, кто именно стал ее спасителем, почему это столь даже кстати заревела сирена.

– Спасибо вам большое, Михалыч!

– Да не за что! Муж ваш хорошо ко мне относится, увидал, что вас, ну это… того… хотят. У нас же камеры везде. И вы не подумайте, что я подглядывал, вот и увидел у себя на экране. Нам же положено за порядком смотреть. Ну, когда они уже это… вставлять вам хотели, то я и включил сигнализацию!

Еще раз поблагодарив Михалыча, выскочила женщина с пылающим от стыда лицом на улицу.

– Захар! Поехали! – подошла она к мужу.

– Да чё ты, Ань? Дай с мужиками еще поболтаю!

– Поехали, я сказала! – схватив его за отворот помятого пиджака, потащила женщина упирающегося мужа к машине, которую, естественно, повела она сама.

Потом Анна, прокручивая в памяти тот вечер, напряженно размышляла над тем, что случилось бы, если бы не Михалыч. Как бы она вела себя после этого? Как повели бы себя друзья и товарищи мужа, проговорились бы или нет?

– Как я смотрела бы в глаза мужу? – моргнула Аня.

Нет, смотреть мужу в глаза она смогла бы нормально, она умела играть. Имелось актерское мастерство, наработанное на семинарах по психотерапевтическим ролевым играм.

Захар ничего не узнал бы, если вот только его друзья по пьянке не распустили бы слух. Как она вела бы себя дальше с ними? Наверное, они захотели бы все повторить? А захотела бы она, каково ей было бы с ними? Пять мужиков и она одна! А это обязательно случилось бы, не затей мужики между собой ссору, от чего она и пришла в себя, вернулась из сексуальных грез в обыденную реальность. И вполне вовремя…

– А я смогла бы выдержать сразу пятерых, не порвали бы они все мне там? И как долго они были бы со мной? Несколько часов, пока не насытились бы? – задумалась она.

Это и пугало, и одновременно возбуждало. Анна боялась, но в то же самое время она хотела бы испытать это. Она не раз смотрела порнофильмы, где одна девушка была одновременно с несколькими мужчинами. Анна возбуждалась, когда живо представляла себя на ее месте, и Аня же видела, что девушка тоже возбуждена и с удовольствием участвует в этой оргии, отдавая себя на волю нескольких мужчин.

– И ничего с девкой не стало! – пожимала Анна плечами. – Спокойно выдерживала их, да еще и получала удовольствие. Почему бы и я не смогла выдержать пятерых мужиков? Было бы интересно знать, что я испытала бы там с ними…

Анна вспоминала о том, как возбудилась от того, как ее тискают столько мужских рук, как ей одновременно целуют сразу обе ее груди, покусывают соски и ласкают щелочку.

– Еще немного, – вздохнула женщина, – и я точно бы кончила, я впервые испытывала подобное…

В ее жизни было всего трое мужчин. Ее первая любовь, парень, который лишил Анну девственности, с ним она спала всего несколько раз. Вторым стал один из ее преподавателей, женатый мужчина больше, чем в двое старше Анны, с ним она встречалась около года, пока не встретила Захара.

Захар стал третьим мужчиной в ее жизни, и за все время их совместной жизни Анна ни разу не изменила ему, хотя могла бы, ибо за нею ухаживало столько всяких мужчин…

Все ее подруги, а также коллеги по работе, если и не имели постоянных любовников, то все равно периодически изменяли своим мужьям. Они даже хвастали этим друг перед другом, рассказывая и делясь впечатлениями с другими, а то и просили совета у более опытных в этом деле подруг. Над Анной они подшучивали, называя ее монашкой. Пытались познакомить Анну с хорошими самцами, говорили ей, что это даже лучше для укрепления брака, ибо обязательно нужно разнообразие.

– Отношения с мужем будут более свежими, и секс не превратится в обычную рутину, а станет только ярче, если у тебя будут другие мужчины! – советовали ей.

Все эти разговоры, рассказы подруг о своих похождениях невольно вызывали у Анны любопытство, разжигали желание попробовать это, но она не могла себе этого позволить. И воспитана была не так, и мужа своего она любила. А тут Аня чуть-чуть не изменила мужу, да еще сразу с пятью мужчинами, она сама чуть не оказалась в роли главной героини фильма в жанре группового секса. Возможно, это и хорошо, что ничего не случилось, но, возможно, попробовать бы и стоило, если бы, конечно, не те возможные последствия, могущие привести к разводу с мужем, чего Анна никак не хотела и чего боялась. Увлекшись воспоминаниями, она поймала себя на том, что эти экскурсы в прошлое возбудили ее. А с чего все началось? Да с мыслей о Степе, думая о нем, она и вспомнила ту вечеринку, а за ней пришли и потаенные мысли об измене…

Из грез женщину вывел голос Степана: