– Естественно. Воины останутся под вашим командованием и не будут сражаться в одиночку на передовой.
– Мне нужно обсудить это с советниками.
– Я зайду через час, надеюсь, этого времени хватит?
– Вполне.
– Тогда, с вашего позволения я подожду в лагере, – поклонившись, произнёс посол, а затем достал два средних мешка золота из сумки и поставил их на стол. – Это дары от моего повелителя.
Аделина, за стенами замка.
Чтобы не выделяться, Аделина надела повседневное зелёное платье, сняла все дорогие украшения и надела потрёпанные сапоги, в которых она обычно ходила в конюшню. Учитывая, что почти никто из простолюдинов не видел королеву в лицо, этого должно было вполне хватить, однако перед самым выходом Теодор прибавил к «маскировке» ещё и серую накидку с капюшоном. Неизвестно где он её достал, но она как нельзя кстати дополняла образ скромной зажиточной крестьянки из дальнего пригорода.
Вначале Аделине очень нравилось за стеной, Теодор сводил её на ярмарку, накупил кучу сувениров, показал выступление приезжих акробатов. За стеной люди казались более счастливыми, открытыми, искренними, однако даже в гуще веселья, королеве постоянно попадались отголоски «другой» жизни, не весёлой и не искренней, полной отчаяния и страха за будущее. Одетые в лохмотья дети просящие кусок хлеба, худые женщины без капли жизни в глазах безысходно шатающиеся по рынку, всё это не было исключением или единичным случаем, скорее наоборот, единицы тут были счастливы.
– Теодор, а можешь, пожалуйста, купить тем детям хлеб? – тихо спросила Аделина. – Я бы и сама купила, но у меня с собой нет денег…
– Им всё равно не достанется этого хлеба. За каждым таким ребёнком есть человек, который каждый день забирает всю их выручку. Взамен их немного кормят, немного одевают, дают крышу над головой.
– Это же ужасно! – неожиданно вскрикнула королева.
– Тихо Аделина, успокойся, – громким шепотом проговорил Теодор. – Ты же обещала не привлекать внимания.
– Но ты посмотри на них, это не руки, а кости обтянутые кожей…
– Именно поэтому люди им дают деньги и еду. Пойдём Аделина, поверь, этим детям ещё повезло.
Спустя всего полчаса путешествий «за стеной», с лица королевы окончательно пропала улыбка, а на её смену пришла грусть и даже злоба. В отчаянных глазах голодных детей она видела всю никчёмность нынешней власти, причём злилась Аделина не только на регента, но и на себя тоже. Пока дети за стеной выживали, она только и делала, что каталась на лошади, прихотливо поедая блюда лучших поваров. Аделине лишь повезло родиться в благородной семье, но она ничем этого не заслужила. Даже когда ей представился шанс что-то изменить, она испугалась и передала печать Вольдемару.
– Я убеждала себя, что Вольдемар лучше справится, но пора признать… это была лишь жалкая попытка себя обмануть. Боясь неудачи, мне попросту не хотелось брать на себя ответственность, поэтому я придумала эту отговорку, – думала про себя Аделина. – А может всё ещё хуже? Может я всего лишь хотела «защитить» свой совершенно незаслуженный, беззаботный образ жизни?
– Чего такая мрачная? – с улыбкой спросил Теодор. – Мы почти дошли до моей любимой пивной, я уверен тебе там понравится.
– Теодор, – остановившись, серьёзно проговорила королева. – Ты знаешь, где находятся колодцы, которые просил поменять тот старик?
– М… да, знаю, – задумавшись на мгновенье, ответил Теодор.
– Отведи меня, пожалуйста, туда.
– Может, сначала сходим в пивную? Мы уже почти пришли.
– Теодор… – даже не сдвинувшись с места, ещё более серьёзно начала Аделина. – Пожалуйста.
– Хорошо, пойдём, – улыбнулся Теодор.
Всю дорогу до городских колодцев, Теодор и королева провели в натянутом молчании. Аделина думала о чём-то своём, а Теодор боялся сказать лишнего, чтобы не спровоцировать очередной перепад настроения. Многие хвалили его ум, но, похоже, даже его недостаточно, чтобы понять хаос творящиеся в голове Аделины. О чём она думает? Почему у неё так резко изменилось настроение? На протяжении всех четырёх минут пути Теодор мог строить лишь догадки, но потом в итоге бросил и эту затею.
– Чёрт, да что с ней не так!? – мысленно проругался Теодор. – Меня это уже раздражает. Если такое будет продолжаться каждый чёртов день, я сойду с ума.
Из лёгкого, весёлого времяпровождения, прогулка вмиг превратилась в настоящую пытку для Теодора. В такой молчаливой «идиллии» даже четыре минуты ходьбы до колодца, показались для него целой вечностью.
– Вот мы и пришли, – как ни в чём не бывало, с улыбкой произнёс Теодор.
– Спасибо, – холодно поблагодарила королева и принялась крутить «колесо» колодца, чтобы поднять ведро.
– Аэм… что ты делаешь? – растерянно спросил Теодор.
– Собираюсь узнать, какую воду вынуждены пить обычные люди.
– Лучше не надо, все знают что ей можно отравиться или того хуже, подхватить какую-нибудь холеру.
– Если все это знают, то почему никто не чистит колодцы!? – не переставая крутить колесо, возразила Аделина.
– Кому ты что докажешь, если выпьешь воду из колодца и отравишься!? – не выдержал Теодор и остановил рукой колесо. – Извини, но пока ты за стеной, мне отвечать за твою безопасность. Поэтому я не могу позволить тебе пить эту воду.
– Я освобождаю тебя от этой ответственности, отпусти, – словно готовая «взорваться», проговорила Аделина.
– Нет… – негромко, но вполне однозначно сказал Теодор.
Ещё несколько секунд королева «испепеляла» Теодора взглядом, а затем, понимая, что это не помогает, залезла на край колодца и принялась вручную тянуть верёвку наверх. Казалось бы, бессмысленная затея, но к счастью или к несчастью, ведро было неполное, поэтому после нескольких секунд усилий, верёвка понемногу начала подниматься.
– А не боишься упасть? Эта дырень под тобой выглядит крайне недружелюбно, – наиграно демонстрируя своё безразличие, произнёс Теодор.
– Думаешь, я не вижу как ты напрёгся? Очевидно ведь, что ты меня поймаешь, – слегка издевательским тоном ответила Аделина.
– Так ладно, бросай это ведро, – взяв за талию, спустил Теодор сумасшедшую королеву. – Лучше поднимем по нормальному. Знаешь… – прокручивая колесо, добавил он. – Обычно я делаю выводы в мыслях, но тут я просто не могу молчать. Ты либо сумасшедшая, либо малый ребёнок, я пока ещё точно не определился какую оценку дать твоим поступкам.
– Во всяком случае, ты честно признался, а я люблю честных людей, – улыбнулась королева. – Если не хочешь убедиться в своих выводах, то в следующий раз лучше не мешай мне. Если я что-то задумала сделать, то сделаю это в любом случае, даже если это будет выглядеть по-сумасшедшему или по-детски.
– Звучит как угроза, – с доброй насмешкой прокомментировал Теодор.
Не успел Теодор договорить, как ведро с мутной, явно не питьевой водой, поднялось над каменным ограждением, явившись перед Аделиной «во всей красе». Только взглянув на этот «напиток», Теодор тут же понял, что какая бы смелая и безрассудная королева ни была – даже у неё не хватит дурости попробовать такую воду на вкус, тут уж безопасней из лужи попить.
– Тебе необязательно её пить, я даже по запаху чувствую, что этот колодец давно прогнил.
После нескольких секунд сомнений Аделина всё же почерпнула рукой немного воды и попробовала её на вкус. В этот момент Теодор с огромным интересом смотрел на её лицо, однако не увидел там ни отвращения, ни какой-то брезгливости. Казалось, словно Аделина каждый день пробует нечто подобное.
– Ужасная вода… как люди её вообще пьют, – оценочно произнесла королева.
– У тебя что, какой-то принцип? Это было понятно, ещё до того, как ты её попробовала.
– Мне хотелось понять, насколько всё плохо. Теперь осталось проверить ещё два таких колодца.
– Я почему-то даже не удивлён, – смирился Теодор. – Ну, пойдём?
– Спасибо тебе ещё раз Теодор. Я понимаю, многие мои поступки выглядят странно, но для меня это действительно важно.
Несмотря на то, что первый колодец находился прямо посередине старого жилого квартала, кроме пары детей и необычной, подозрительной тишины, Теодор ничего не обнаружил. Весь квартал словно вымер и причина тут явно не в колодце.