– Фигасе тебе фантастика снится! – засмеявшись сказал Рома. Вообще они любили сидеть на перекуре и просто посмеяться. – А мне тут вчера целая разборка приснилась. Сижу я короче дома днём и смотрю с окна во двор. Вижу там значит гопники местные собрались. Я беру с кладовки молоток, спокойно выхожу во двор, подхожу к этим отморозкам и начинаю фигарить их своим большим молотком. Вот только не помню, насмерть я их завалил или нет.
– Жестокий ты, амиго, – засмеялся Семён. – Прям как Тони Монтана.
– Хе! Жестокий! – в ответ усмехнулся Рома. – Я же тебе не за просто так людей мочу. Тем более что этим нелюдям есть за что отвечать.
После такой «душевной» беседы таскание разных тяжестей пошло веселее, тем более, что до обеда оставалось всего ничего.
Трудовой день был восьмичасовой плюс святой час – время обеда. Конечно ребята умудрялись перекуривать в любой удобный момент, уделяя отдыху минут десять. Как бы прораб не утруждал, а время всё равно пролетало быстро. Ремонт был почти окончен: положена плитка, сделан потолок, стены подготовлены к покраске. Ребята пробыли на объекте четыре недели, две из которых они шкурили стены. Только «истинным профессионалам» отделочного мастерства было «раз плюнуть» шкурить стены долгое время. Отделочнице тёте Вале вообще всё было по барабану.
– Вот вам комната, там, в кладовке возьмёте шкурку. Если что – встанете на козла. Углы тщательней шкурьте. Вот так зачищайте, – она показала быстрыми движениями своей мбстерской руки как нужно затирать места, где выступала шпаклёвка. – Поняли?
– Да, да! – дружно отвечали новоявленные отделочники.
Вот так и прошли пол пыльных месяца, после которых Семён и Рома, при первом появлении в руках прораба заявлений об увольнении, решили брать расчёт и сваливать. Сваливать подальше от «тёрок», «шкурок», пыли, и при этом сделать ещё что-нибудь эдакое в стенах лицея, выходящее за рамки приличия.
Но это всё мелочи. Ничего они не сделали. В самом начале августа они получили честные, с перекурами «отшкуренные» деньги. Свобода! Свобода действий! Теперь перед ними встал вопрос – что делать оставшийся до учёбы месяц?
IV
Рома хорошо понимал, что стройка никак не способствовала продвижению его творческой деятельности. Это был лишь способ получить средства, которые откладывались на то, что бы уехать из этого города. К тому же Рома сильно уставал. Таскание мешков с цементом, носилок с песком, зашкуривание стен уматывали так, что после ужина он сразу отрубался часов на 12. Не было сил, что бы просто посидеть ночью за столом и что-нибудь написать. Не было времени. Не было песен…
После увольнения с «лицея» до начала последнего курса училища оставался целый месяц. Нужно было соображать, чем же полезным заняться. Конечно, было несколько вариантов куда устроиться. Как раз таки размышлением на счёт этих вариантов Семён с Ромой и убивали уже минут сорок в комнате Ромы. Квартира, где он жил вместе с мамой и сестрой, в целом была обустроена довольно неплохо, исходя из того, что мама с сестрой прилично зарабатывали. Что касается его комнаты, то при входе в неё можно было сразу сказать – хозяином в ней был музыкант: слева стоял компьютерный стол, по бокам которого на полу располагались большие колонки, подключённые к самому компьютеру, а в самом углу, на полу, лежал большой чёрный чемодан, на котором, опираясь на угол, стояла гитара. Чёрный чемодан, если снять верхнюю крышку, представлял собой микшерный пульт с десятью каналами. Далее, после стола и правой колонки, у стены стояла кровать, за ней в углу на стеклянном столике с двумя полочками телевизор 63ей диагонали. У другой же стены от пола до самого потолка стояли привинченные к стене, что бы не упасть, многоярусные полочки, большинство из которых занимали книги; из них же в свою очередь, большинство было из музыкальной литературы: энциклопедии рока, несколько томов музыкальной энциклопедии, сборники стихов поэтов-исполнителей, сборники нот и табулатур. На самой нижней полочке располагались разноцветные детские книги, книги для младшего школьного возраста, научно-познавательные энциклопедии, словом то, что составляло книжное детство Ромки, и что он, наверное, только достанет чьим-нибудь детям. На одной из полок повыше стояли различные сувениры и видимо памятные для Ромы предметы: ракушка, модели машин, индийский слон из дерева, маленькая позолоченная гитара на подставке, расписанная какими то восточными иероглифами черепашка, иконы и ещё несколько разнообразных интересных вещиц. Слева от полочек на стене висело в рамках четыре чёрно-белых портрета: Виктора Цоя, Михаила «Майка» Науменко, Игоря Талькова и Сергея Наговицына. Эти люди, ушедшие, но принёсшие в этот мир так много правдивых песен и красивой музыки, были для Ромы примером творческой музыкальной жизни. Внизу, на полу под портретами, лежали четыре гантели, и стояла восьмикилограммовая гиря. Для поддержания здорового образа жизни, хозяин комнаты в свободное время был не прочь позаниматься «железом». Ковёр на полу, шторы, обои и, в прочем, вся комната были исполнены в тёплых тонах, о чём постаралась Мария Николаевна. Рома же внёс лепту в интерьер своими предметами из более тёмных тонов.
Диванчик, на котором он сейчас лежал, был серого цвета и располагался у правой стены, напротив компьютерного стола. Семён же, как гость, которому положено самое почётное место, лежал на кровати. Он обмолвился, что хотел бы устроиться в сферу дизайна или какого-нибудь оформления, так как умел довольно таки неплохо рисовать. А пока что они ударились каждый в свои мысли и в тишине соображали, куда можно пойти.
Внезапно послышался шорох в тамбуре, щёлкнул замок входной двери, и Рома, встав с дивана, закрыл ведущую в комнату дверь, в которой были вставки из полупрозрачного стекла. Немного погодя за стеклом слева направо пронеслась фигура человека небольшого роста, и послышался удар захлопнувшейся двери. Рома опустился на диван.
– Сестра пришла, – тихо сказал он Семёну. – Сейчас начнётся.
– Что начнётся? Концерт?
– Аха, – он посмотрел на часы. – Она на обед пришла. С ней лучше не связываться и вообще не пересекаться.
– Суровая такая что ли? – продолжал спрашивать Семён.
– Да зверь, сволочь просто, – он замялся и явно не хотел продолжать разговор о сестре. – Короче… – он резко встал с дивана и сел на компьютерное кресло.
– Ты что делать собрался? – спросил его Семён, но тот молчал и что-то списывал с монитора на маленький листок бумаги, вырванный из блокнота.
Немного времени спустя Рома сказал: «Я тут выписал несколько мест, где требуются художники, декораторы, дизайнеры и тому подобное. Пройдёмся, один хрен делать нечего.
– Зашибись! – как всегда активно поддержал его Семён. – А ты решил, куда хочешь?
– Да есть тут у меня кафе одно на примете… Я вспомнил, что там приятели играли. Может и меня возьмут.
Путь лежал через несколько дизайнерских компаний, офисов и не очень чистых подпольных фирм. Где-то сказали, что нужен опыт, где-то нужно резюме. В одном офисе хоть что-то дало надежду – сказали принести свои рисунки. Конечно, опыта работы в дизайнерских кругах у Семёна не было, но ведь нужно когда-то начинать…
Последним пунктом списка было кафе со странным названием «Алебард». Ещё на пути в него Семён спросил: «А что такое Алебард?». Но Рома и сам не знал:
– Хрен его знает. Сейчас зайдём – спросим.
Крыльцо кафе было украшено коваными перилами, а деревянная вывеска с расписными буквами чёрного цвета освещалась двумя фонарями, сделанными в виде факелов. Дверь была обнесена кирпичами, что создавало эффект входа в какую то крепость. И действительно, войдя в дверь, друзья убедились, что весь интерьер был сделан в средневековом стиле: кирпичом были обделаны все стены, на которых висели над каждым столиком прототипы факелов, с лампочками вместо огня; над барной стойкой голова кабана, оленьи рога над первым столиком и над входом. Хоть зал был достаточно маленьким и вмещал лишь семь столов, интерьер привлекал своей необычностью.
За барной стойкой никого не было. Посетителей не было тоже. Лишь девушка азиатской внешности, наверное администратор, сидела за столиком перед дверью, видимо ведущей на кухню.
– Здравствуйте, – поздоровались по очереди ребята.
– Здравствуйте, – не отрывая глаз от бумаги, произнесла девушка. Судя по всему она что-то подсчитывала, записывала какие-то расчёты и посетители отвлекали её. На её белой блузке висел бейджик с зелёной бумажкой, на которой сверху было напечатано мелким шрифтом «Администратор», а ниже уже крупнее «Жанна».
– Извините, у вас в кафе, я слышал, ребята на гитарах играют… – начала беседу Рома.
– Да, у нас есть музыканты.
– А к вам устроиться можно?
– Вы тоже играете? – не отрывая головы от бумаг спросила Жанна.
– Да.
– На гитаре только он, – поправил Семён, указывая рукой на Рому. – Я люблю играть на других инструментах, – он ехидно приподнял левую бровь.
– Мило, но стриптизёр нам не требуется. Шеф сейчас в отъезде. Оставьте свои данные, я ему передам, – Жанна положила маленький квадратный листочек на стол ближе к Роме. Он сел на стул рядом и через минуту его координаты были протянуты девушке.
– Мы с вами свяжемся.
– Спасибо. До свидания, – оба посетителя попрощались и направились к выходу. Настроение заметно поднялось, но, похоже, только у Ромы, ведь Семёну кафе было не так интересно.
– Блин! Что такое «алебард» то забыли спросить! – воскликнул Семён.
– Точно. Ёмаё. Ладно. В следующий раз спрошу.
– Заодно телефончик у Жанны спроси.
V
На долю каждого человека выпадает определённое число испытаний. Их количество зависит от длительности жизни. Бог просто проверяет нас, проверяет, насколько мы сильны или слабы. Если человек пройдёт через все эти испытания, потери, неудачи, то он по истине поймёт что такое земное счастье.
Одним из таких жизненных барьеров на пути к счастью в жизни Ромы была его старшая сестра – Светлана Сергеевна. Так её звали теперь в её неполные 27, ведь она пошла по стопам матери и добилась карьерного роста, денег и уважения, при этом «сидя в девках» и упрекая всех и вся за то, что у неё нет отдельной жилплощади. А брат все годы был для неё пустым местом, и ругаться с ним, видимо, доставляло ей удовольствие.
Так днём, после обеда, Роман сидел на кровати с подушкой за спиной и играл на гитаре. Он напевал тихо, что бы снова не разгорелся скандал: в квартире они были вдвоём с сестрой, и так как мама ещё не вернулась с отдыха, она возомнила себя хозяйкой всего.
… Мои мокасины довольно удобны,
И мне наплевать модно или не модно…
Закрытая дверь комнаты резко открылась, и он увидел её силуэт через стекло.
– Не играй! – крикнула Света и захлопнула дверь.