Оценить:
 Рейтинг: 0

Barlow&Otto. Час призраков

Год написания книги
2022
Теги
На страницу:
1 из 1
Настройки чтения
Размер шрифта
Высота строк
Поля
Barlow&Otto. Час призраков
Розалина Будаковская

Джон и Инди приглашены в Нью-Йорк на вечеринку в честь Хэллоуина, где будут все, с кем они когда-то учились актёрскому мастерству. Инди готова ехать, а Джон боится возвращаться в Нью-Йорк из-за дома с привидениями… Но ведь город такой большой! Что может случиться?

Розалина Будаковская

Barlow&Otto. Час призраков

Нью-Йорк, Нью-Йорк

По окну снова барабанит дождь. Второй раз за день. Мы с Джоном выключили свет во всём доме и сели смотреть фильм. Уютные тонкие пледы, подушки, наш мягкий диван и целая миска сырного попкорна. Трейлер выглядел очень заманчиво, однако сам фильм не оправдал ожиданий – мы просмотрели уже около половины, а я до сих пор не поняла, что же там на самом деле происходит?

Джон, в отличии от меня, вообще не смотрит. Даже от попкорна отказался. Ему не сидится на месте: то бегает за очередным стаканом воды, то вдруг замёрз и пошёл надеть свитер, а на сей раз причиной подняться с дивана стало ощущение, что где-то наверху звонит телефон.

Лично я никакого звонка не слышала. И сколько бы ни прислушивалась, так и не услышала. Джон вернулся спустя пару минут, плюхнулся на прежнее место, забрался под плед и положил голову на мои колени. Пора бы начать беспокоиться за его состояние, но я знаю, что заставляет Джона так нервничать.

Неделю назад нас пригласили на дружескую хэллоуинскую вечеринку в Нью-Йорке. Хотя правильнее будет назвать это чем-то вроде встречи выпускников. Из гостей на вечеринке будут все те, вместе с кем я и Джон учились в Бруклинской академии. И противный Джеймс Тотти, и Моника Риччи. Ох, я не ладила со всеми, но эти двое оставили особый отпечаток в моей памяти!

Идеей поехать, отметить Хэллоуин в кругу знакомых лиц, мы с Джоном загорелись сразу. Даже несмотря на то, что я не большая любительница вечеринок, любопытство разбирает посмотреть вживую, как изменились все те, кто не давал мне покоя во время учёбы. Джона же подзуживало огромное желание показать всем, что он «выбился в люди».

Но настрой мистера Джона Барлоу кардинально менялся каждые несколько часов.

– Слушай, может, не поедем никуда? – снова начал он.

Джон перевернулся на спину и смотрит на меня своим самым жалостливым взглядом, на который только способен.

– Ты же сам согласился. – напомнила я и погладила его по щеке кончиками пальцев. – Чтобы утереть нос противному Джеймсу Тотти.

Джон скривился, всем своим видом показывая, как ему неприятна тема разговора. Он рывком поднялся, подвинулся ко мне вплотную и крепко обнял одной рукой, склонив голову на моё плечо.

– Он всё ещё меня так бесит! – пробубнил Барлоу. – Я видел его фотки в сети, он даже не изменился! – Джон смотрел на меня так, будто я тоже должна знать, как спустя столько времени выглядит Джеймс. – А как он тебя доставал? Разве тебе будет приятно с ним после всего этого встретиться снова? – он помотал головой. – Я же о тебе забочусь!

– Во-первых, это было давно. – загнув палец, перечисляла я. – А во-вторых, теперь мне плевать. Это не причина остаться дома. Тем более в Хэллоуин! – я сделала паузу, а затем мне самой же пришлось её нарушить. – Так ты хочешь ехать или нет? – а затем добавила: – Я поддержу тебя. Любое решение.

– Ну, Инди! – Джон нервно отпрянул и глядит на меня, недовольно сморщив лоб. Будто я его заставляю соглашаться. – Что мы не видели в Нью-Йорке? – почти выкрикнул он и вскочил на ноги. Джон упёр руки в бока и нервно расхаживает перед телевизором, который я, между прочим, всё ещё смотрю. – Ну вот сколько мы оба там жили? Сколько? Года три точно!

Если бы я не знала его так долго, то могла бы решить, что Джон просто не очень любит Нью-Йорк. Но ведь это неправда! Нью-Йорк он просто обожает! Мистер Джон Барлоу в непередаваемом восторге от этого города! Но только не на Хэллоуин.

В любой другой Хэллоуин Джон уже активно готовился бы к бесконечным вечеринкам и мог пропадать в компании пьяных и разодетых под нечисть друзей целых несколько дней, но после жуткого дома в Бруклин-Хайтс, Хэллоуин в Нью-Йорке перестал быть для него весёлым.

Я лениво потянулась, подняв руки над головой, и встала. Глаза Джона в панике не останавливаются. Он пыхтит, как паровоз, дёрганный и с самого утра, когда вновь решает, что идея с поездкой дурацкая, пытается придумать достойную отмазку, чтобы не ехать в Нью-Йорк.

То Джон вплоть до самого обеда ходил за мной и убеждал, что внезапно подхватил самую заразную болезнь на свете и у него с минуты на минуту поднимется крайне высокая температура, потом вспомнил, как пару дней назад поскользнулся, и травма так удачно дала знать о себе только сегодня: «А вдруг это перелом?»

Правда, проблески смелости и здравого смысла у Джона тоже случались. После обеда, например, он, донельзя довольный собой, пошёл сам собирать вещи, напевая себе что-то весёлое под нос. Энтузиазма хватило всего на полчемодана, но это уже кое-что. Думаю, как раз к завтрашнему вечеру проблесков смелости Джону вполне хватит, чтобы собрать всё необходимое в поездке. Пусть и за несколько подходов.

Телевизор выключился по первому нажатию красной кнопки на пульте. Я мягко улыбнулась и обняла Джона. Его сердце колотится, как у зайца, и точно вот-вот выпрыгнет из груди, чтобы нестись далеко-далеко от пугающих воспоминаний о Нью-Йорке.

Джон обнял меня в ответ и прижался. Он тёплый, почти горячий не то от напряжения и страха, не то свитер при вполне себе летней погоде в Эл-Эй явно лишний.

– Инди, разве тебе не страшно? – вкрадчиво прошептал Джон над моим ухом. – Ты помнишь тот дом? – он отпрянул только для того, чтобы увидеть мои глаза, а затем снова прижался ко мне всем телом. – У меня до сих пор от него мурашки!

– Не знаю, как ты, а я туда не собиралась. И Нью-Йорк ведь такой большой! – я не смогла не улыбнуться. – В любом случае, Джон, даже если мне что-то снова взбредёт в голову, и меня потянет в Бруклин-Хайтс, залезть в какой-нибудь брошенный дом, я не испугаюсь. Пока мы вместе, всё будет хорошо. – я пожала плечами. – Да и зачем? Мы сделали это для того, чтобы переехать сюда, в Лос-Анджелес, а теперь мы здесь живём.

Заулыбался. Мне не всегда нужно видеть лицо Джона, чтобы знать, что он совершенно точно улыбается.

– Я тебя люблю. – вполголоса сказала я и поцеловала Барлоу в щёку, приподнявшись на мысочках.

– Я тебя тоже люблю. – Джон чмокнул меня в висок и прижал к себе сильнее. – Очень, очень, очень, очень люблю! Больше чем всё-всё!

Следующим утром мы оба были в аэропорту. Пока я пила очередную чашку кофе, чтобы хотя бы не выглядеть сонной мухой, Джон изо всех сил старался убедить себя, что в Нью-Йорке действительно бояться нечего.

Хм, вчера вечером энтузиазма у него было больше насчёт поездки.

– В конце концов, мы же просто на вечеринку! – шептал Барлоу, ковыряя вилкой остывшую яичницу с зеленью и сыром. – Я опять в тот дом не сунусь. – он нахмурил брови, не сводя глаз с завтрака на тарелке. – Нет, нет, нет. – помотал Джон головой. – Ни за что!

Полёт подарил моему другу немного спокойствия, и Джон даже умудрился задремать на полчаса.

В Нью-Йорке ветрено и сыро. Цветастый вихрь из опавших осенних листьев обнимает каждого встречного и зацеловывает крошечными капельками дождя в обе щеки. Ветер поднимает листья высоко над головами прохожих и уносит красно-жёлтую гирлянду дальше по улице, будто хочет украсить ей всё вокруг.

Из витрин и окон, с лестниц и из отцветающих клумб, отовсюду смотрят тыквы с жуткими и совсем редко смешными рожицами. Куда ни посмотри, повсюду висят украшения к «страшному» празднику. Паутины, пауки, якобы огородные чучела и призраки из куска летящей ткани, летучие мыши и даже скелеты.

Джон ёжится, по самый кончик носа натягивает тонкий шарф и кутается в пальто. Его плечи и воротник усыпаны блестящими капельками измороси. Я прячу замерзшие пальцы в карманы куртки и жалею, что перчатки бросила на самое дно сумки с одеждой. Они бы сейчас были как нельзя кстати. Что ж, хотя бы шарф не забыла!

– Да какого чёрта так холодно!? – не выдержал Джон, завопив на всю улицу. – Инди, нам срочно нужен самый горячий чай!

– И сухая одежда. – я опустила глаза к асфальту. – Мои джинсы уже насквозь промокли!

– Пойдём быстрее. – пробормотал он и ускорил шаг. – Ещё не хватало, чтобы мы здесь простыли!

Я хотела напомнить Джону, что он сам попросил высадить нас за два квартала от отеля. Зачем? Он так и не сказал. Возможно, хотел прогуляться, но стоило нам выйти из машины и пройти буквально несколько метров, как солнце вдруг спряталось, и заморосил промозглый осенний дождь.

Бояться разрешается

После позднего завтрака и вплоть до наступления вечера Джон крутился перед зеркалом. С собой из Лос-Анджелеса он взял чёрный классический костюм, а где-то в аэропорту купил «вампирские клыки». Я думала, Джон не захочет повторять свой образ с последнего Хэллоуина здесь. Его и так заставляет дрожать сам факт того, что мы всё-таки прилетели в Нью-Йорк, так ещё и намеренно возрождать образ с вечеринки? Странный Джон. Должно быть, это всё из-за страха.

Пока мой «вампирский» друг крутился перед зеркалом, я помыла голову и стараюсь собрать волосы в высокую причёску. Джон заглянул ко мне в ванную как раз в тот момент, когда несколько прядей в очередной раз выбились из причёски, и я уже мысленно потянулась за ножницами, чтобы их отрезать.

Терпеть это не могу! Сколько нужно сил, чтобы заниматься волосами?! А ведь некоторые делают причёски себе каждый день! Я бы не выдержала – уже отстригла бы всё, чтобы не мучиться. Самая сложная причёска, которую я себе делала – высокий хвост. Кажется, на большее я просто не способна.


На страницу:
1 из 1