Безымянный лес

Осенняя поездка

На смену утреннему дождю пришло солнце в чистом голубом небе. Вот оно – бабье лето. Долгожданная теплая пора после сентябрьского холода. В этом году мало что отличалось от предыдущего. Школьники всё также ходили в школу, родители ездили на работу, а студенты добросовестно посещали учебные заведения. Однако были и те, кто предпочёл провести время в компании друзей нежели на скучных парах. В последнюю неделю месяца, когда на западе во всю праздновали католический праздник, связанный с пришествием нечисти в наш мир, группа ребят воодушевилась попутешествовать по близлежащим окрестностям – провести незабываемую неделю отдыха вместе. Поездку организовал самый харизматичный и богатый член коллектива, чей отец работал в белом доме. Парню пришла в голову мысль посетить загадочный дворец, чья репутация была полна жутких слухов, начавшихся ещё со времён распада СССР. Местные жители близлежащей деревни уверяли городских приезжих, что в том месте якобы пропадают люди.

Но место то не пользовалось особой популярностью – добраться туда было не так уж и просто. К слову, если бы вы всё же решили съездить туда, чтобы глянуть на дворец хотя бы одним глазком, вам определённо пришлось бы свернуть с трассы около безлюдных полей заброшенной советской фермы, проехать несколько километров вглубь леса по разбитой и заросшей дороге, а затем перебраться через вековые чёрные ворота с пиковыми наконечниками. Разумеется, не стоило упускать того факта, что дворец находился под надзором областной думы, но сами власти однако позабыли про это место ещё в середине девяностых, когда мало кого заботили исторические достопримечательности.

Шли годы, и дворец всё также оставался безлюдным. Лишь в бумажных архивах остались документации с серыми или даже цветными, но достаточно мрачными фотографиями.

И вот уже почти двадцать лет в неофициально провозглашённый лес имени дворянской семьи Августовых ни ступала нога человека…

Как только прозвенел будильник, черноволосая девушка азиатской внешности высунула голову из-под одеяла, показав растормошенную причёску «каре». Валерия ненавидела длинные волосы и любила закрытый лоб, потому что считала его слишком вытянутым, хотя на деле она была достаточно привлекательной. Несмотря на высокий рост (185 сантиметров) и худоватое телосложение, её фигура никогда не оставалась без внимания мужчин.

Спросонья девушка оглянула пыльную комнату и вспомнила, что сегодня она с друзьями отправляется в поездку, где главным инициатором выступит самый интересный и харизматичный парень из коллектива, которого она не видела вот уже целых два месяца. Ей не терпелось наконец встретиться с ним вновь.

Не сказать, что утро у Валерии задалось. Не успела она встать с кровати, как услышала удушливый кашель старушки из соседней комнаты. «Сегодня громче, чем обычно… Надеюсь, она пила таблетки?», – девушка прошагала по тёмному коридору и заглянула в приоткрытую дверь, увидев в полумраке бабушку, что сидела в кресле у прикрытого окна. Тихонько скрипнув ржавыми петлями, Валерия вошла в комнату, полную ароматов дешёвых духов. На потолке застыли трещины – бабушка уже третий год обещала сделать ремонт, но никак не находила денег, а с внучки требовать не хотела – самой надо. Под ногами расстилался вековой ковёр, доставшийся семье по наследству прямиком из Китая. Привезти его оказалось не так уж и просто, но всё же, пройдя через множество финансовых вопросов, им наконец удалось забрать его. Миура ценили оставленные предками реликвии.

– Ба? – донёсся из-за спины приятный для ушей голосочек Валерии. – Всё хорошо? Может, мне остаться дома?

Бабушка по-доброму улыбнулась, заглядывая в щель между шторами. Мимо дома проходили соседские детишки, которым сегодня предстояло шесть уроков. День и погода казались просто чудными.

– Нет, – тихонько помотала она головой, любуясь улицей. Её акцент сильно отличался от сильного русского говора Валерии. Не удивительно, ведь Ли родилась в Китае. – Тебе лучше отдохнуть с друзьями, – взглянула она за плечо, когда к ней подошла Валерия, и взяла её за руку. – Цени каждый момент своей жизни, как когда-то ценила твоя мама, – посмотрела она в глаза внучки. – Ты вылитая она… – по щеке потекла скупая слеза. Ли вспомнила фото, где дочь с улыбкой несла на руках годовалую Валерию…

– Ба, я тогда пойду собираться? Тебе точно ничего больше не нужно?

– Да нет, доченька, иди… – с благодарностью погладила она запястье внучки и отпустила. – Только береги себя…

– Обязательно, – вышла Валерия из комнаты и закрыла за собой дверь.

Её мать была полукровной китаянкой, но сама Валерия, однако, китайского не знала. С роду говорила только на русском. К сожалению, Анна Миура погибла, разбившись на мотоцикле в центре Петербурга, когда дочке только-только исполнялось три. С тех пор она воспитывалась бабушкой, что вложила всю свою душу, чтобы заменить ей собственную мать…

Силуэты прохожих размывались в нечёткие линии, словно фильм шёл в замедленной съёмке, пока художник проводил по выкатывающейся плёнке чёрной акварелью. Весь мир казался нереальным. Подделка тянулась вдоль улиц и заканчивалась в неизведанных уголках космоса. Но показывали ли глаза правду? Или всё же реальность – выдумка?.. А что если и она тоже… выдумка?..

Светлана сидела за столиком, подперев подбородок ребром ладони, и не заметила, как её тихонько окликнул официант. Он слегка наклонился, чтобы попасть в поле зрения её сонных глаз. Его совсем не смутили её взъерошенные русые волосы, заделанные в пучок. Так она выглядела «по-философски», – думал он. Когда девушка наконец заметила его, то неловко улыбнулась, и извинилась, что не услышала, и сказала, что ждёт одного человека. Официант любезно поклонился и отошёл к следующему столику, а девушка спрятала кисти под рукава тёплого розового свитера и продолжила наблюдать за улицей. Тогда она уже перестала фантазировать о размытых силуэтах и бесконечной вселенной. Люди за окном просто шли по своим делам. «Ну где же ты, Марк?», – она уже десять минут ждала парня, что обещал прийти раньше неё, но своё слово он не сдержал.

С дальнего стола донесся ехидный смешок трёх девушек, что исподтишка смотрели в сторону Светы. Она узнала их – её одногруппницы с философского факультета. Университет находился не так далеко, поэтому встреча с девчонками не стала неожиданностью. Пока они смеялись над ней, она стыдливо прикрывалась рукавом и продолжала смотреть в окно в надежде, что Марк придёт с минуты на минуту.

И тут, словно по зову сердца, мимо окна проходил разлохмаченный парень в чёрной одежде. Он заметил девушку и по-доброму улыбнулся, показав, как считала она, милый прикус верхнего резца рядом с правым клыком, а ещё многочисленные веснушки, что выделялись на его бледноватом лице. Света улыбнулась в ответ.

Когда дверь в кафе распахнулась, забрякали колокольчики. В здание словно хозяин заведения вошёл Марк в своей фирменной чёрной кожанке и тёмной вязанной кофте с большим горлом. Девчонки, смеявшиеся над Светой, притихли и завистливо глядели, как самый бойкий парень, которого знали все тусовщики района, подходит к скромной девушке в уголке зала.

– Прости, Светик, отчим мне опять взбучку устроил, – быстренько присаживался он за столик и остановился на пол действия, заметив, как к ним подошла заведующая – полноватая женщина в фартуке.

– Вам как обычно, ребята? – встала она в позу ожидания.

– Да, Мария Фёдоровна, – с улыбкой приземлился он на стул. – А скидка будет? – его смазливое лицо никак не клеилось с неопрятным внешним видом.

– Ой, – махнула она рукой и пошла за стойку, – если б хоть раз полную стоимость заплатил – цены б тебе не было! – с усмешкой воскликнула она.

– Заплачу, честно! – задорно проголосил он и заботливо посмотрел на Свету, взяв её за тёплые руки. – Ну, как ты?

– Не спалось сегодня, а так… всё вроде хорошо, – устало улыбнулась она, поджав плечи и почесав затылок. – Наверное…

– Всё-таки не зря ты согласилась прогулять, – откинулся он к спинке и покачался. – Ты себе с этой учёбой так мешки под глазами набьёшь…

– Да не из-за учёбы это… – отвернулась она к окну, боясь назвать причину, и тяжело вздохнула. – Я за Артура беспокоюсь, – вдруг она заметила во взгляде Марка натянутые эмоции, будто упоминание имени её брата вызвало у него не самые приятные ощущения, но он старался не подавать виду. – Что? – удивилась она, вскинув бровь.

– Да нет, ничего, – потёр он потные ладони о колени и цокнул. – Просто твой брат уже взрослый и вы с ним ровесники. Может, стоит уже перестать о нём так… печься?

– У него проблемы, Марк, – тон её стал более тихим и серьёзным. – Депрессия – это не шутки. Я просто хочу быть уверенной, что с ним всё будет хорошо.

– Свет, я не верю в депрессию, – уверенно взял он её за руки вновь. – Эти спонтанные каникулы – помогут нам расслабиться и узнать друг друга намного-намного лучше. И я пррросто уверен, блин, что Артуру понравится там, но самое главное, чтобы это понравилось и тебе. Думаешь, ему станет хорошо, если ты будешь грустить?

– Наверное, ты прав… на удивление, – скромно усмехнулась она, поигравшись плечами.

– Это что, сомнение? – с улыбкой удивился он, качнувшись на стуле. – А ну-ка с этого места поподробней! – рассмеялся он с ней в унисон.

Ещё полчаса влюблённая парочка забавлялась, сидя в кафе, пока не настало время ехать на место встречи…

Большой дом посреди частного парка, ограждённого кирпичным забором, не переставал удивлять прохожих вполне оправданным величием. Многие завидовали владениям Андрея Кропова и мечтали хоть раз побывать внутри, но робкий студент-блондин, что стоял у ворот, не входил в их число. Эмиль – низкорослый парень казахской национальности, что жил в России с самого раннего детства, – бывал там часто, но не чаще остальных ребят из компании. Он искренне считал, что не умеет общаться с людьми. Он видел свои речи чересчур заумными, а юмор – плоским: большую часть времени он предпочитал молчать. Ему всегда хотелось хоть раз проявить себя и не казаться странным. Что он имел в виду под «странностью»? Свою неловкость? Не склонность к общению? Страх? Наверняка он и сам не знал на то ответа, поэтому ещё пять минут размышлял, стоит ли соглашаться на сомнительную поездку.

С другой стороны ему очень хотелось провести время подальше от приевшегося дома, откуда он до сих пор не съехал – у родителей не хватало денег на аренду квартиры, из-за чего парню часто приходилось ехать более полутора часа на занятия в центр города. Эмиль просто хотел отдохнуть от рутины… «Просто отдохнуть…», – поэтому он наконец нажал на кнопку домофона и, слегка наклонившись, посмотрел в объектив. На лице парня выступала родинка, чуть правее носа, а длинная, но не густая чёлка перекрывала и без того низкий лоб. Его внешность была довольно необычной.

Эмиль продолжал разглядывать панель домофона, пока из динамиков не донёсся задорный мужской голос:

– Эмилио! Наконец-то ты приехал! Я уж думал, ты откажешься от нашего приключения.

– Ээ, а я не опоздал?.. – боялся он, что остальные уже заждались его.

– Нееет, смеёшься?! Ты самый пунктуальный человек, которого я знаю. Заходи!

Раздался скрежет механизмов. Ворота медленно разъехались и остались открытыми. Словно в первый раз, Эмиль робко шагнул во двор с живыми изгородями и невысокими голыми деревьями. За территорией семейства Кроповых ухаживали исключительно самые элитные садовники, отчего сад вечно сиял красотой. Парень прошёл по кольцевой дороге, преодолел неработающий фонтан и приблизился ко входной двери. Как говорил Павел, для друзей она всегда открыта, поэтому Эмиль смело направился внутрь и увидел знакомый холл с блестящим полом и спиральной лестницей. К гостю почти сразу подошёл мужчина в бордовом пиджаке и поклонился:

– Доброе утро, Эмиль, Павел скоро подойдёт. Он отлучился наверх. За подарком.

– Подарком? – удивлённо прищурился Эмиль и снял с плеча рюкзак, посмотрев на антресоль.

Со второго этажа сначала раздались быстрые шаги, а затем через несколько мгновений выскочил парень в расстёгнутой нараспашку бежевой толстовке. При виде Эмиля он радостно сбежал вниз, развевая на ветру густые каштановые волосы и неся за подмышкой запечатанную коробку. Куда он так спешил?

Как только Павел спустился и поприветствовал друга, дворецкий предложил им чай, но гость отказался – уже позавтракал перед тем, как прийти. Но, если честно, Эмиль просто как всегда старался быть вежливым.

Дворецкий неспешно ушёл. Оставшись наедине с другом, Павел с довольной улыбкой протянул ему коробку с неизвестным содержимым, но Эмиль не принял её сразу – лишь окинул неуверенным взглядом:

– Что это?

– Помнишь, мы играли в тайного Санту и дарили подарки на новый год, но тебе досталась только кружка с рисунком собаки?

– Кота, – уточнил Эмиль.

– Неважно. В общем, – потрепал он коробку в руках. – Я решил отдать тебе свою старую камеру, которую отец покупал мне для блогинга. Вот, – с интригой протянул он коробку Эмилю.

– О, нет, я не могу её взять. Она же стоит… дофига, – он действительно испугался столь дорогого подарка.

– Бери. Мне она уже ни к чему. Я ещё год назад всё оборудование обновил. Тебе она важнее. Ты ведь занимаешься монтажом, а навыки оператора в карьере будут не лишними, верно? – Эмиль всё ещё был робок, чтобы принять подарок. – Хм, знаешь, было бы довольно интересно посмотреть документальный фильм, снятый и смонтированный тобой. Дворец – довольно интригующая локация для начала.

– Я… – неуверенно взял он коробку и сглотнул слюну. Он часто задумывался о покупке камеры. Рано или поздно её пришлось бы взять: он всё же не стал отказываться от столь заманчивого подарка. – Спасибо тебе, Паш…

– Береги её, как зеницу ока, – указал он на глаз друга, довольно улыбнувшись.

Снаружи донёсся звук едущей машины. Оба парня уставились в открытые двери и увидели, как к дому подъезжает тёмно-синий минивен марки «Toyota Previa». Как только машина остановилась у крыльца, из водительской двери вышагнул молодой мужчина в солнцезащитных очках со строгой короткой стрижкой чёрных волос. В тот день Михаил выглядел необычайно серьёзным. Он снял очки, подошёл к парням и с ноткой надменности посмотрел на Павла. Эмиль уловил тот миг напряжения и догадался, что лучшие друзья снова поссорились.

– Машину я обслужил, – говорил Михаил только с Павлом в официальном тоне, что было крайне не естественно для их общения. – Бензин мне отец залил за свой счёт.

– Миш, я же говорил, что оплачу всё. Почему не позвонил мне?

– Насколько я помню, деньги можно переводить на карту заранее, или ты забыл, как пользоваться мобильным банком? – суровый взгляд его застыл на друге, который не смог подобрать слов для ответа и нахмуренно промолчал.

Со стороны ворот донёсся девчачий смех – по двору шли Марк, Света и Валерия. Добравшись до крыльца, они радостно поприветствовали парней рукопожатиями и тёплыми объятиями и не верили, что они вновь встретились. Прошло достаточно много времени с того момента, как они в последний раз собирались в таком большом составе.

Впереди было пару часов дороги, поэтому Михаил нетерпеливо дал отмашку готовиться к отъезду. В то время, пока все собирались и грузились, он наблюдал за ними с крыльца. Как бы ему ни хотелось остаться сегодня в городе, он выполнял не только дружескую просьбу, но и работу – он был частным водителем Павла и имел неофициальный доход, помогавший ему оплачивать квартиру в центре города. С Павлом он был не в ладах после недавнего происшествия в аквапарке, которое им обоим не хотелось вспоминать.

Через несколько минут все заняли свои места. Михаил сел за руль, нажал на педаль газа и плавно подъехал к открытым воротам, где их неожиданно встретил мужчина в осеннем пальто. Пришлось остановиться, так как он протягивал руку. Сидя на переднем сидении, Павел закатил глаза – это был его отец. Андрей Владимирович подошёл со стороны Миши, и тот опустил стекло. Все пассажиры в голос поздоровались с мужчиной, выглядывая с задней части салона. Андрей с улыбкой поприветствовал их в ответ, а затем заговорил с Михаилом вполголоса:

– Миш, ты тут самый старший и ответственный. Пообещай, что приглядишь за ними в лесу. Мало ли что может случиться.

– Пап, – возмутился Павел, который, по задумке, не должен был слышать их диалог или хотя бы сделать вид, что не слышит. – Мы уже не дети. Мы можем за себя постоять.

– Не перечь мне. В двадцать лет я умудрился сломать сервер в подвале, потому что пил кофе с твоей мамой, – с задней части салона раздалось сдержанное хихиканье, и Павел, как и его отец, смущённо улыбнулся. – А в двадцать четыре я уже ответственно проводил агитации, – посмотрел он только на Михаила, по-взрослому.

Михаил понимал, что Андрей полагается на него, и не хотел бы его подвести:

– Хорошо, Андрей Владимирович, я присмотрю за ними, – уверенно подмигнул он.

– Молодец, – одобрительно похлопал он по оконной раме. – И ещё кое-что! – обратился он сразу ко всем. – Там не ловит сигнал, поэтому кому-то всё же придётся съездить до ближайшей деревни где-нибудь к середине недели. Чтобы я не беспокоился за вас.

– Пап… ладно, – Павлу уже не терпелось закончить диалог. – Мы позвоним. Обещаю.

– Ладно. Берегите себя, ребята.

– До свиданья, Андрей Владимирович! – задорно проголосила Валерия, привстав с сиденья, как только машина тронулась с места.

Наконец минивен выехал с территории и отправился в долгожданное путешествие. Павел включил радио, где только-только заиграла композиция Агаты Кристи «Как на войне». Это была его любимая песня. Двигаясь вдоль городских улиц, Михаил высунул руку в окно и наслаждался тёплым ветром; девушки со смехом обсуждали грядущую поезду и любовались видами; Эмиль с удовольствием распаковал камеру и осмотрел её: с виду ничем ни примечательная чёрная видеокамера с 2к разрешением и ёмким зарядом аккумулятора. Парень всерьёз задумался над идеей снять документальный фильм о прибывании во дворце.

Павел рассказывал Михаилу историю про своего кота. Его недавно стерилизовали в частной поликлинике, но другу было совсем не до этого. Водитель лишь делал вид, что слушает, но на деле больше следил за дорогой. Они выбрали довольно подходящее время для поездки – поток машин оказался не такой большой. Ехать было довольно приятно.

Спустя время минивен подъехал к мосту, что находился у выезда из города, у старой забегаловки, куда заезжали шофёры, чтобы перекусить после долгой работы. Здание выглядело старым и некрасивым. Красная краска уже давно облезала с деревянных стен, а сломанный карниз над входом мог обрушиться в любой день. Казалось, что там ошивается не самый приятный контингент. Никто по-прежнему не понимал, почему Артур устроился работать именно туда.

Михаил приглушил музыку и заехал на парковку, увидев в тени здания парня в красной ветровке с накинутым капюшоном и рюкзаком. Он стоял, спрятав руки в карманы, и неподвижно наблюдал за приближавшимся минивеном, что затем остановился около него. Артур раздвинул дверь и молча сел на заднее сидение. Как только сзади донёсся хлопок, Михаил вновь надавил на газ и продолжил путь. Уже через несколько минут минивен наконец-то покинул город…

Большой чёрный рояль

Ближе к обеду ясность сменилась серостью – солнце затмевали набежавшие облака. По старинной каменной дороге, заросшей высокой травой, держал путь минивен. Сухие колосья ударялись о передний бампер и ломались, прижимаясь к земле. С голых деревьев бесконечного леса опадали последние листья, а многовековые сосны сбрасывали иголки на сплетённую словно из нитей бронзовую траву. Птицы покидали родные края, отправляясь на юга, – над лесом пролетала стая уток.

Неописуемо красивые пейзажи леса манили собой Артура, что вглядывался в окна, словно под действием гипноза. Когда под колесо попал большой камень и транспорт тряхнуло, парень пришёл в себя. Он понял, что опять замечтался… Чтобы оторваться от назойливых фантазий, он оглядел салон и посмотрел, чем занимаются друзья.

Эмиль разглядывал новенькую камеру, подаренную Павлом, что для Артура оказалось крайне любопытным, ведь парни были полной противоположностью в иерархии компании – низина и верхушка, так сказать. Зная, Пашу я могу наверняка предположить, что он что-то задумал… К слову, Эмиль в коллективе появился совсем не из-за того, что он учился с Павлом в одном классе, а из-за того, что раньше жил по соседству с Воробьёвыми – Артуром и Светой. Всё, что о нём можно было сказать, так это то, что он уже пару месяцев всерьёз работал над монтажом видеороликов, что сильно заинтересовало Павла, ведь тот занимался съёмкой захватывающих постанов, скетчей и пранков, набиравших с каждым месяцем всё больше и больше просмотров – последний ролик зашёл на рекордные сто пятьдесят тысяч, и на этом молодой блогер останавливаться не собирался. Может, именно поэтому он подарил Эмилю камеру? Чтобы привлечь его к своему делу?

Валерия сидела перед Артуром и устало глядела в телефон до момента, пока сигнал не пропал окончательно. Она любила залипать в Тик-Токах и смотреть смешные видео с котиками, а также слушать рассказы о медицинских фактах, ведь училась на хирурга в престижном университете, куда попасть было не так уж и просто. Её итоговый балл со школьных экзаменов совпал с проходным на бюджет. Её место в списке оказалось самым последним. С момента поступления она искренне верила, что ей повезло учиться там и что сама судьба хотела бы этого. С Валерией с детства знаком почти каждый бывший ученик третьей школы из параллели, ведь она была самой эксцентричной и привлекала к себе внимание задорным поведением. О ней высказывались, как о доброй и жизнерадостной душе. Несмотря на то, что она потеряла мать в возрасте трёх лет, когда та разбилась на мотоцикле, она не унывала и всячески подбадривала тех, кто пытался ей сочувствовать.

Светлана лежала на плече своего парня, что сидел в развалку и умирал от духоты в салоне, даже несмотря на то, что открытое спереди окно достаточно обдувало его лицо. Девушка и парень познакомились ещё года два назад, когда начался карантин. Ситуация с пандемией заставила обоих ребят выйти в сеть и общаться с одноклассниками через видеочаты. В один из вечеров Света зашла в онлайн-комнату, чтобы пообщаться с друзьями, и к ним подключился Марк. Он вёл себя слишком вызывающе и бесил присутствующих, в том числе и саму Свету. Под конец началась ссора, в ходе которой почти весь чат опустел, и остались лишь парень и девушка. Несколько минут они сидели в тишине, пока вдруг не заговорили и не засмеялись над всей этой ситуацией. Хотя они и были противоположностями, они нашли друг в друге нечто, что сблизило их. И вот уже два года они устраивают романтические встречи, и их отношения не кажутся странными. Наоборот, окружающие считают их довольно милой парой с счастливым будущим.