– Вы были не в себе. Со мной все прекрасно.
– Вы сейчас потерли нос. Вы лжете.
– Прекратите.
– Почему? Носы – такая интересная тема. Вы знали, что длина большого пальца вашей руки и носа в точности совпадают?
Коломба подавила искушение немедленно это проверить.
– Ну ладно, можете вы сказать мне хоть что-то, что превратило бы мои опасения в обоснованные сомнения? Что-то, что я могла бы предъявить магистрату?
– Знаете, что Отец хотел дать мне понять этим свистком?
– Он мертв, Торре. Вот уже много лет.
– Он хотел сказать: «Держись подальше от моей территории». Именно так я и собираюсь поступить.
– Хоть это и смехотворно, но допустим, это Отец… Вы не можете знать, что у него на уме. Повторить вам, что вы говорили про неисповедимые пути?
– У вас есть другие предложения? – спросил Данте.
Коломба замялась. Она вот-вот впутается в дело, заниматься которым у нее не было ни малейшего желания. В то же время она понимала, что уже оказалась в него замешана.
– Я могу помочь вам в ваших изысканиях. Предоставить вам доступ ко всем документам, связанным с вашим делом и с делом Мауджери, – сказала она.
– И что я должен с ними сделать?
– Докажите свои слова. Докажите, что папаша не убил мальчика, что у преступления есть общие черты с вашим похищением. Я добьюсь, чтобы материал попал в нужные руки, у ребенка появится шанс на спасение, а вы будете в безопасности.
– А если у меня ничего не выйдет?
– Это будет означать, что ребенка убил Мауджери, а на вас никто не охотится. Вы вернетесь к своей жизни, ну а я – к своей.
Данте откинулся на спинку дивана.
– Что с вами произошло?
– Простите?
– Почему вы так переживаете за меня и за этого мальчика? Мы вам никто, но вы хотите нам помочь, хотя в этом нет ни капли смысла.
– Может, мне просто осточертело сидеть сложа руки.
Данте прищурился. На секунду в его глазах появился безжалостный, хищный блеск.
– А может, вы хотите искупить грехи. Грехи, которые не дают вам спать и камнем давят на сердце.
На этот раз на лице Коломбы не дернулся ни один мускул.
– Я прекрасно сплю.
– Вы просите меня о сотрудничестве и продолжаете лгать о своем состоянии. Думаете, это правильно?
Коломба невольно отвела глаза, и Данте понял, что ей стыдно. Когда-то такое случалось и с ним.
– Если вы действительно хотите помочь, я должен вам доверять, – продолжал он. – Мне нужна правда. Ваша правда. Иначе я просто раскопал бы вашу подноготную в интернете.
Коломба резко встала, и Данте с сожалением подумал, что она сейчас уйдет и он уже никогда ее не увидит. Однако она лишь устраивалась поудобнее. Она стянула ботинки и принялась растирать ледяные ступни. Данте гадал, куда подевались ее носки, ведь она не переодевалась с полудня.
– В интернете вы не найдете интересующих вас сведений. Мое имя нигде не упоминается. Полицейская тайна. – Она снова взглянула на него. – Вот как мы поступим, господин Торре. Если однажды я почувствую себя особенно непринужденно в вашей компании, а я не утверждаю, будто это когда-нибудь случится, или в один прекрасный день буду в очень уж хорошем настроении или, наоборот, в плохом, то расскажу вам всю историю. Ну а пока довольствуйтесь тем, что я умею справляться со своими приступами.
– Без помощи психотропных препаратов.
– Не люблю накачиваться всяким дерьмом. Но в каком бы состоянии я ни находилась, я никогда не применю оружие без реальной необходимости и никогда не подвергну вас опасности.
– Сколько раз вам приходилось стрелять в людей, КоКа?
– КоКа – идиотское прозвище. И я даже об этом не собираюсь вам рассказывать. Придется вам принять меня такой, как есть.
Данте посмотрел ей в глаза, которые теперь приобрели ореховый оттенок. Эти глаза заставили его сказать «да». Самый рациональный из людей – таким, по крайней мере, он привык себя считать – растаял от одного женского взгляда. Он поднялся:
– Сделаю вам кофе, перед тем как вы снова выйдете на холод.
Коломба встала:
– Я не намерена никуда уходить. Но кофе мне не помешает, потому что мне предстоит кое-какая работка. Собираюсь обыскать вашу квартиру.
12
Данте недоуменно моргнул:
– Похоже, я еще не пришел в себя. Мне послышалось, вы сказали «обыскать».
Коломба уже осматривалась по сторонам:
– Если за вами действительно следят, то не в бинокль. Или не только в бинокль. Поищу у вас микрофоны и скрытые камеры.
Данте нервно посмотрел на дом напротив, в окнах которого горел свет.
– Вы правда собираетесь рыться в моих вещах?
Коломба приподняла бровь:
– Если не хотите, чтобы я что-то видела, можете это спрятать.
– А-а? Нет… Вы меня не так поняли. Я не храню дома ничего незаконного, разве что кое-какие купленные через интернет лекарства. Я просто не хочу, чтобы вы перевернули вверх дном мой архив. – Данте запахнул халат, подошел к гостевой комнате и открыл дверь. – Вот, взгляните.
Коломба остановилась на пороге.