Невольница. Книга 2
И тут я взъярилась. Вот ведь наглость с его стороны, если Киара сказала правду. Как же я его ненавижу! И как же он умудряется выбесить меня, не сказав мне ни слова!
– Эш и Шон всегда были… заядлыми игроками, – откашлявшись, поведала Киара. – Они с детства были соперниками, и между ними летели искры. Один руководит официальным предприятием, и вся семья хором поет ему дифирамбы. Другой стал главой династии гангстеров – доход от которой куда больше, чем от задрипанной компании, – но не пользуется ни малейшим уважением со стороны тех, чьи карманы набивает.
Я внимательно слушала ее, жадно впитывая информацию об их отношениях, которые вызывали у меня недоумение.
– Я недавно узнала, что этот мудак Шон разошелся с женой, – сердито продолжила Киара. – Уверена, что именно поэтому он и хочет тебя пригласить. Желает сохранить лицо в глазах семьи.
В яблочко, она все правильно поняла.
– Лично меня от Шона тянет блевать, у него на морде вечно написано: «Я – Шон, а чего добились вы?» Его высокомерие бесит всех, кроме него самого.
У меня о Шоне сложилось другое представление. Несмотря на свой эгоцентризм, он не смотрел на меня свысока. А может, я просто не замечала?
– Хочешь пример? Вот Эш, он богатый. Очень богатый. Он выпендрежник, но при этом не ставит себя выше других… Ну, по крайней мере, не выше всех на свете.
Эшер ставил себя выше некоторых – например, выше своих людей и своих врагов. Его самодовольный вид раздражал меня до чертиков. Но у него были для этого серьезные основания… Этот психопат дьявольски красив. Что да, то да! И настолько идеально сложен, что голова кругом.
Эшер знал, что обладает властью, причем огромной, знал, что умеет обольщать и получать желаемое по щелчку пальцев. По первому взгляду.
Как бы то ни было, наши разговоры никогда не касались его самого. Он оставался секретом, непостижимой тайной. Он все держал в себе и терпеть не мог, когда речь заходила о нем. Шон, напротив, сердился, если говорили о чем-то, кроме его персоны.
– Что ты ему ответила? – с любопытством спросила Киара.
– Пока ничего, – обескураженно вздохнула я. – Если честно, я хотела сначала поговорить с тобой. Мне не хочется туда идти…
– А ты знаешь, что мы тоже там будем? – с улыбкой сообщила она. – Типа, мы тоже приглашены. Если боишься оказаться наедине со Скоттами, то знай, что Кики будет рядом! И Бен с Элли тоже!
Киара обняла меня. Она приедет, значит не исключено, что и он тоже.
– Он… Эшер… будет там?
Она скорчила гримасу. Затем, покачав головой, тихо призналась:
– Кстати, о нем… он запретил тебя приглашать. Семья каждый год собирается в Нью-Йорке на день рождения Рика. Он любил справлять его в поместье Роберта… Джемма, мать Бена, хотела внести тебя в список, потому что ты знала Рика. Но Эш запретил.
Эшер Скотт в очередной раз решил за меня. В жилах вскипела кровь. Меня бесили преграды, которые он выстраивал, чтобы держать меня подальше, чтобы никогда меня больше не видеть.
Этот говнюк не изменился.
– Хочется принять приглашение Шона хотя бы потому, что Эшер не желает меня там видеть.
Киара лукаво улыбнулась: ясное дело, ей хотелось, чтобы я согласилась и таким образом поставила кое-кого на место. Да и мне хотелось этого все сильнее.
– Что ты делаешь завтра?
– У меня визит к Полу в три часа, а до этого ничего.
– Кстати, как у тебя с ним складывается?
– Хорошо, – с улыбкой призналась я. – Его умение слушать и советы здорово мне помогают. Я искренне признательна Коулу за то, что он дал его телефон. Теперь ему не нужно навещать меня так часто.
– А вот за это скажи спасибо Эшу, – хохотнула подруга. – Это он велел Коулу навещать тебя столько, сколько нужно, чтобы следить за твоим здоровьем. Господин беспокоится о тебе.
У меня перехватило горло, нервы скрутило. Меня достало то, как противоречиво он ведет себя.
Получается, он не хочет, чтобы я была с ним, избегает общения со мной, но при этом посылает врача, потому что беспокоится? Да, очень похоже на него. На великого Эшера Скотта.
– В общем, Коллинз, я не верю, что он тебя забыл, – сказала Киара, поднимаясь. – Он увиливает от встреч, потому что боится, я поняла по его глазам. Я-то его знаю. На твоем месте я бы приняла приглашение Шона, даже если по шкале парней он минус двенадцать из десяти. Я никогда его не любила, но если Шон окажется той пощечиной, которая заставит Эшика встряхнуться… Он терпеть не может проигрывать. Они с Шоном всегда были… соперниками.
Я вздохнула. Почему единственный мужчина, который проявил ко мне интерес, оказался соперником того, кто владеет моим сердцем? Я колебалась между желанием пойти на это собрание и желанием отказаться, чтобы избежать накала страстей. Но когда Киара сообщила, что Эшер не желает моего присутствия… я склонялась к первому.
Киара потянулась и зевнула. Ее любимая передача закончилась.
– Пойду-ка я баиньки, – пробормотала она. – День был утомительный, а я почти не спала из-за работы.
– Я тогда тоже пойду к себе, – тихо сказала я.
Я проверила, заперта ли входная дверь, и облегченно выдохнула, увидев, что все в порядке.
Оказавшись перед зеркалом в ванной комнате с пижамой в руке, я посмотрела на свое отражение. Беспокойные ночи оставили явные следы. Глаза и щеки запали, скулы торчат, потому что я похудела. Я потрогала подбородок, разглядывая, как испортилась кожа из-за стресса, затем повернулась к другому зеркалу, в котором отражалась во весь рост.
Ходячий труп. Выглядишь ужасно.
Я закрыла глаза и велела внутреннему голосу заткнуться. Он только распалял мой гнев на саму себя.
Вспомнив слова Киары, я поморщилась. Было неприятно использовать Шона, но… так хотелось нарушить приказ Эшера Скотта. Хотелось застать его врасплох и усесться напротив. И он будет вынужден смотреть на меня.
И еще кое-что: хотелось понаблюдать, правда ли Эшер ревнует.
Киара сказала, что он приревновал к соседу, а если он узнает, что речь о его кузене? Пусть увидит, что я нашла другого, что он потерял девушку, которая была готова любить его…
И любит по-прежнему. Но это детали.
А если ему это безразлично, то пусть хотя бы пожалеет, что невольниц у него больше не будет. Да, я знала, что Эшер не взял новую невольницу после меня. Не только Киара мне это сказала, но и сам он написал в дневнике:
«Если Элла больше не будет со мной работать, я не захочу другой невольницы. Я не смогу взять другую. Эта дебилка слишком высоко задрала планку».
Уже неплохо.
Глава шестая
Лжец
Эшер
03:00. Лос-Анджелес
Нахмурившись, я разглядывал потолок. С позавчерашнего дня я не мог успокоиться. С той минуты, как услышал ее голос. Все сильнее нарастали ярость, обида и болезненное желание вернуться к ней хотя бы для того, чтобы не допустить ее близости с соседом.
Невыносима была мысль, что он рядом с ней. Да и просто мысль, что рядом с ней кто-то другой.
Я никогда не задумывался, каково будет увидеть ее рядом с кем-то, но появление какого-то незнакомца неминуемо окатило холодным душем.
Я не мог избавиться от этого образа, продуманного до мелочей собственным мозгом, который играл на моих страхах.
Она с другим.
Охереть.
Сердце бушевало вместе с воображением. Он прикасается к ней…
В бешенстве я вскочил, представив, как он ее целует.
– Привет, красавчик-блондин…
Голос Хэзер донесся до моих ушей в самый подходящий момент. Ее руки сплелись у меня на затылке, и я закрыл глаза. Но образ Эллы вернулся бумерангом, и меня захлестнула волна ярости.
Катись на хрен из моей головы!
Я жестко ухватил Хэзер за подбородок и впился в ее губы. Ее руки потянули вверх мою футболку.
Как он будет стягивать с нее…
– Твою мать, – выругался я, еще свирепее прижимаясь к ее губам.
Пусть выметаются из моей головы, пусть она выметается к чертям.
Хэзер удивленно ойкнула, когда я швырнул ее на матрас и навалился сверху в надежде стереть этот образ. Ее губы слились с моими – губы, глубоко мне безразличные. Я заставил себя углубить наш поцелуй, пытаясь почувствовать хоть что-то. Хоть что-то, подобное тому, что я чувствовал с ней.
Но мое бешенство никуда не девалось: мною владела только она.
В тишине комнаты раздавалось неровное дыхание Хэзер, и мое дыхание тоже участилось. Мне нужно больше. Больше, чтобы забыть ее.
Но когда я задирал юбку Хэзер, меня пронзила мысль.
А вдруг… она узнает, что у меня есть невольница?
– Да плевать мне на нее, – прорычал я себе под нос, стискивая бедра Хэзер.
И к тому же невольница, которую я трахаю. Я никогда не смогу ее вернуть…
Я замер. Невольница оседлала меня и начала расстегивать мой ремень.
Представь себе ее реакцию, когда она узнает… Ты не сможешь долго скрывать…
– Встань.
Хэзер остановилась и с недоумением на меня посмотрела. Меня это еще больше взбесило. Она подождала несколько секунд и снова взялась за свое. И тут я взорвался.
– ЧЕРТ, Я ЖЕ ВЕЛЕЛ ТЕБЕ ВСТАТЬ! – заорал я, заставив ее подскочить.
Она закатила глаза и вышла, хлопнув дверью. Ничего у меня не получилось. Элла не знает, что у меня новая невольница, я категорически запретил Киаре рассказывать. Потому что я сраная тряпка.
Потому что на ее месте я бы такого не потерпел.
Я провел рукой по лицу, задыхаясь от безысходности. Она решила преследовать меня до самой смерти.
Вот дерьмо, а если ей расскажут?
Она не должна узнать, что Хэзер моя невольница, и не узнает.
А тебе разве не похер? Она должна двигаться дальше, и ты тоже.
Я не хотел никуда двигаться. Эта дебилка влезла мне в душу, и я никак не мог перевернуть страницу, хотя все сделал, чтобы убрать ее подальше. Она отказывалась уходить.
Ее сосед смотрит на нее так, как смотрел ты…
Кулаки сжались до боли. Никто не должен смотреть на нее, как я. Никто не должен желать ее, как я.
Ты должен отпустить ее. Она достойна лучшего, чем ты.
Я похлопал по карманам джинсов в поисках пачки сигарет. Повернув голову, я обнаружил ее на ночном столике. Выкурил сигарету за пару затяжек, позволив никотину успокоить меня и отравить внутренние органы. Но мне было похер.
Я и так отравлен. Моя душа изгажена, глаза видели слишком много мерзости, а крови на руках все больше и больше. От сердца ничего не осталось, всем управляет мозг.
Я гнусный монстр. Я калечу людей, которые меня окружают, я не стою их любви. Не понимаю… Как могла она любить меня? После всего зла, что я ей причинил?
Она подарила мне свое сердце, а я его раздавил. Я видел, как исказилось ее лицо в тот вечер, и этот образ впечатался мне в память. В тот проклятый вечер, когда она готова была принять за меня пулю.
И я оттолкнул ее. Потому что перепугался. Потому что она пугала меня так, как никто. У нее была власть надо мной, какой никогда и ни у кого не было, даже у стервы Изобел.
Она защищала меня, словно главное сокровище своей жизни, и я понял, что таким я для нее и был.
И что я сделал? Отверг ее…
Я отверг ее, потому что был не в силах поверить, что она смогла полюбить меня. Я покинул ее, так как знал, что рано или поздно сломаю ее. Ведь я ломаю все, к чему прикасаюсь. Она была слишком чудесной, слишком чистой для такого типа, как я. Я не смог бы заботиться о ней так, как она того заслуживала.
А сосед ее смог бы…
Я зарычал, подумав об этом. Никто этого не сможет. Она открылась мне, доверилась, рассказала о своих демонах. Она решилась показать свою уязвимость. Со мной она чувствовала себя в безопасности.
Я был единственным, кто мог дать ей ощущение безопасности. И я это знал.
– Ты сводишь меня с ума… мой ангел, – выдохнул я, уставившись в потолок.
Пора сделать выбор. Или я возвращаюсь к ней и огребаю по полной, или же я уступаю ее другому, но об этом и речи быть не может.
И хотя я твердо решил слетать на Манхэттен, я все равно, сука, мучился от неуверенности, как всегда, когда дело касалось ее. Я просто не мог принять решение, потому что в данном случае не на сто процентов думал мозгами.
И это пугало меня больше всего.
* * *На следующий день
– Итак, – подвел итог Бен, – ты хочешь вернуть Эллу из-за соседа? И в то же время не хочешь, потому что ты – это ты?
Я кивнул. Именно так.
– А если бы этот сосед не появился, ты бы все равно собирался вернуть ее?
Я только раздраженно фыркнул.
Что за херня, собирался, конечно, с соседом или без! Но этот сраный сосед придал мне мощное ускорение. Значит ли это, что я полный говнюк? А я никогда не утверждал обратного.
– Вдруг она узнает, что ты вернулся к ней просто из ревности?
– А кто ей скажет?
Бен захохотал.
– Ну, старичок, ты не с того конца взялся за дело. Я бы на твоем месте летел на Манхэттен и просил прощения. Или разблокировал бы номер и позвонил ей.
Мне духу не хватит. С ней я себя чувствую полным днищем.
– И не тяни, потому что, пока мы тут треплемся, они там наверняка уже…
– Нет, – рявкнул я. – Завались, а.
Меня перекосило от омерзения, в голове опять возникла картина, которую я гнал от себя все эти дни. А если он ей нравится? А если он весь такой няшка и всячески ее обхаживает? Не то что я.
Из горла вырвалось рычание. Я закрыл глаза, уперевшись руками в колени. Эта история грызла меня куда больше, чем я мог вообразить. Я старался не показывать, в какую бешеную ярость вгоняла меня мысль, что она с другим. И, сука, выворачивала нутро так, что я сам офигевал.
Элла… может, я тебя и не стою, но я не могу допустить, чтобы ты досталась другому.
– Эш, – окликнула Элли, зайдя в комнату, – у меня вопрос. Ты в курсе поступления двадцати двух тысяч долларов?
Я выпрямился в кресле и покачал головой. Элли скрестила руки на груди и заявила:
– Помнишь прошлый раз? Деньги исчезали с первичных счетов…
Я кивнул.
– Так вот, опять началось, – возмущенно заявила Элли. – Вчера вечером я внесла депозит в двадцать две тысячи долларов, а сейчас проверила, поступили ли деньги. И что мне говорят бухгалтеры? Что никаких бабок они не получали! Клянусь, что я клала эти деньги!
Бен сделал глубокий вдох, чтобы не ломануться прямо сейчас вниз и не пустить пулю в лоб одному из моих бухгалтеров.
Зашибенно, дядюшка Ричард опять запустил лапу в счета, не сообщив мне.
– Стопудово он, – сказал Бен, который подумал о том же. – В прошлом году это был он… Ну, в целом…
Бен знал, что не все деньги украл Ричард, хотя тот сам признался на собрании, которое я тогда организовал. Я знал, что Сабрина тоже была в доле. И не понимал, почему Ричард Скотт взял на себя вину за кражу, в которой участвовал не он один.
Вся эта история разозлила меня еще сильнее. Очень удачно она подвернулась. Мне необходимо было отыграться на ком-то, и теперь мишенью я выбрал Ричарда.
– Бен, ты возьмешь на себя бухгалтеров. И донеси до них, что, если к утру они не вернут деньги, я придушу их лично.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Сноски
1
«Солнце и ее цветы» («The Sun and Her Flowers», 2017) – сборник стихов канадской поэтессы, звезды соцсетей Рупи Каур, чей первый поэтический сборник «Milk and Honey» стал бестселлером. – Здесь и далее примеч. перев.
2
«Холостячка» («The Bachelorette», с 2003) – американское реалити-шоу, в котором участница выбирает будущего мужа из 25 претендентов; спин-офф реалити-шоу «Холостяк».
Приобретайте полный текст книги у нашего партнера: