Но Саша не успела додумать мысль, когда почувствовала, что ее резко потянули назад. Она упала на спину. От падения сбилось дыхание. От удара головой об землю поплыли звездочки. Она видела расплывчатые физиономии, которые постепенно, как любой ее рисунок стал приобретать знакомые очертания. Наглые глаза, максимально увеличенные с помощью лайнера и объемной тушью, облитые помадой и блеском губы, скривившиеся в презрительной улыбке.
– Какого черта ты творишь? – сказала Саша, поднимаясь с земли и отряхиваясь.
– Это ты виновата! – взвизгнула девушка со светлыми крашенными волосами, стоявшая в окружении таких же длинноногих моделей в мини-юбках и облегающих блузах, – Ты виновата в том, что Дэн меня бросил!
– Ты сбрендила, Наташа?
– Меня зовут Натали!
Хоть Саша уже пришла в себя, однако из-за головной боли, которая появилась после удара об землю, она не сразу сообразила, что от нее хотят. В следующее мгновение девушка увидела, как к ней приближался кулак, на безымянном пальце которого поблескивало тонкое золотое колечко, а сама кожа рук блестела, видимо после очень дорогого уходового крема. И в следующее мгновение почувствовала сильную боль на левой щеке. В ушах зазвенело, а глаза наполнились слезами.
Саша приложила руку к пульсирующему лицу, ощутила привкус крови во рту и посмотрела на ударившую девушку. Она уже знала, что та хотела ее избить – повалить на землю и запинать толпой. А также знала, что следующий удар будет через три… два… один.
И Саша тут же отступила на шаг назад, так, что кулак Наташи пролетел в миллиметре от носа. Поймала ее, завернула за спину Наташи и заломила. Удивленная неожиданным поворотом девушка ахнула, а потом заверещала:
– Отпусти, сучка! Мне больно! Отпусти!
Девушки, которые пришли вместе с Наташей, переглянулись друг с другом, не зная, что делать. Саша, чтобы у них не возникло соблазна придумать план спасения лидерши, заломила руку еще сильнее, так, что у Наташи полились слезы. А затем тихо, но отчетливо произнесла:
– Скажи подружкам, пусть не дергаются, иначе сломаю тебе культяпку.
И в подтверждение слов вновь дернула руку Наташи, из-за чего та еще сильнее выгнулась и застонала, а потом показала жестом подругам отойти подальше.
– Прекрасно. А теперь послушай, ты, мелочная, избалованная и капризная пустышка.
Саша оглянулась. Вокруг стала собираться толпа школьников, которые намеревались идти домой, но резко поменяли планы. Кто-то уже доставал телефоны.
– Ты считаешь, – продолжила Саша, – раз ты родилась в семье мелкого чиновника, и предки купили няньку, что готова сдувать пылинки с твоей наглой рожи, то и остальные обязаны прислуживать тебе. Но, открою страшную тайну – не все в этом мире вертится вокруг тебя. И причина, по которой Дэн тебя бросил не во мне или какой-то другой девушке. Поводом стала ты – бесполезное, ничтожное, наглое и искусственное существо. Тебя заботит только собственный внешний вид и вид внешнего достатка. Но под килограммами косметики и золота нет ни-че-го. А сейчас, – Саша призадумалась, так как увидела спешащего к ним зама по воспитательной работе, и чуть сильнее заломив руку, добавила – я тебя отпущу, и ты вместе со своей группой поддержки утопаешь как можно дальше от меня, и даже не посмотришь в мою сторону, поняла? – и не получив ответа, вновь скрутила ее, – не слышу.
– Отпусти, – прозвучал охрипший голос Наташи.
Зам по воспитательной работе был совсем близко, и Саша освободила руку девушки. Когда Наташа выпрямилась, массируя покалеченную конечность, она посмотрела на Сашу с такой дикой ненавистью, что казалось, Наташа опять кинется на нее. Но Саше это не казалось, она знала, что пунцовая, всклокоченная и помятая блондинка собирается сделать именно это. Саша приготовилась и предупредила:
– Не надо.
И услышала другой голос за собой:
– Не позорься, Натали.
Саша повернулась и обнаружила, что рядом встал Денис, готовый в любой момент отразить нападение разбушевавшейся брошенки. Неожиданно, однако.
Наташа сжала кулаки, и молнии ее ненависти полетели уже в сторону парня.
Но к ним тут же подскочил зам. по воспитательной работе.
– Что здесь происходит? Драка?
– Нет, что вы! – тут же ответила Саша именно то, что и хотел услышать учитель, – у Наташи руку защемило, и мы ей помогали. Правда ведь, Наташа? – и Саша обратилась к блондинке, у которой из ушей разве что пар не шел.
– Это так? – спросил у нее же учитель, – вы ведь в курсе – драки на территории школы запрещены?
– Правда, – буркнула Наташа, не спуская глаз со стоявших рядом Саши и Дениса.
Учитель посмотрел на каждого из них. Ему сейчас не хватало журнала успеваемости, чтобы выставить всем собравшимся по баллу. Но, подозревая, сколько потом заявлений и объяснительных ему пришлось бы выслушивать и подписывать, что не входило в планы, он сделал еще одно грозное, как ему показалось предупреждение, и отправился по своим делам с чувством выполненного долга.
– Я с тобой не закончила, – процедила Натали, с ненавистью глядя то Сашу, то на Дениса, который по непонятным ей причинам прилип к этой выскочке.
А затем ушла.
Саша еще некоторое время смотрела вслед удаляющейся группы. У нее раскалывалась голова, и казалось, что весь мир трескается пополам и проваливается в расщелину боли. Дождавшись, когда мигрень ослабла, девушка повернулась, чтобы собрать вещи. И уткнулась нос к носу, или точнее носом в грудь Дениса, который продолжал стоять рядом.
– Ой, – вскрикнула она, уставившись на парня, но придя в себя, добавила, – извини, не заметила тебя.
И обойдя его, стала собирать разбросанные вещи, что разлетелись у нее после падения в разные стороны. Карандаш, который по обыкновению лежал вместе с блокнотом, теперь валялся чуть возле забора, а скетчбук лежал поодаль. Но Денис успел добраться до него первым, поэтому, когда Саша выпрямилась, победно сжимая карандаш в руке, он уже протягивал самый обыкновенный блокнот из ближайших канцтоваров с неприметной серой обложкой.
– Спасибо, – коротко сказала она и стала складывать вещи в сумку.
– Здесь твои рисунки? – спросил Денис, показывая на блокнот.
– Да.
– Можно?
И его интерес был искренним, и Саша, не задумываясь ответила:
– Да, конечно, – и протянула сборник ежедневных зарисовок.
Денис с осторожностью взял блокнот и, бережно переворачивая страницы, рассматривал рисунки.
– Это всего лишь наброски, их тяжело понять.
Саше было непривычно показывать работы кому-то кроме Семена и группе в художке – родители ею не интересовались, а с другими одноклассниками она не общалась так близко. На курсах рисования преподаватели часто говорили, что каждая картина требует своего зрителя. Сегодня видимо появился еще один.
– Не пойму, – начал было говорить Денис, разглядывая очередное изображение, – здесь как будто происходят знакомые вещи, но никак не соображу, что именно.
– Шифрование работает, – улыбнулась девушка, – например, это, – и показала на рисунок, что рассматривал Денис, где была изображена схватка двух свирепых существ – огромного быка и не менее лютого медведя с раскрытой пастью. Медведь схватил быка за рога и пригнул его к земле, максимально выкручивая последнему голову, – изображен матч Буйволов и Медведей.
– Это тот, что на прошлой неделе? Когда наша футбольная команда ездила в гости к Быкам и порвала их на собственном поле?
– Ага, – кивнула Саша, а затем добавила, – это что-то типа графического дневника. Здесь я переосмысливаю и описываю события дня. Даже если вроде бы ничего особенного не происходит, то я все равно нахожу что занести сюда. Например, какая-то интересная фраза, брошенная учителем, или удачная шутка Семена, – но увидев озадаченный взгляд Дениса, объяснила, – моего друга.
– А это что? – спросил Денис, открыв последний рисунок, на котором стояла сегодняшняя дата.
– А здесь, – Саша смутилась, не представляя, какой эффект произведет на него его же изображение, – хочу обыграть реакцию женской половины школы на новость о расставании самого крутого мальчика и якобы самой красивой девочки.
Денис призадумался, а затем с удивлением спросил:
– Это меня и Натали что ли? Ты серьезно, это обсуждает вся школа?