Светало. Он спал очень чутко и уже лежал в комнате, в которую пробивался свет с улицы, он уже различал цвета постельного белья и видел силуэт своей любимой Наташеньки. Она спала, лицо было расслабленным. Сергей любил наблюдать за ней, в такие моменты она ему казалась особенно красивой и привлекательной.
Его по-прежнему терзали мысли, что делать с предложением смерти. Откажись и как жить дальше со знанием всего этого, согласись и жизнь никогда не будет прежней. Опять же, он не понимал, что именно изменится в его жизни. Впрочем, думал он, она прежней не будет уже никогда. Было страшно от неизвестности, которая манила и пугала одновременно.
Акцепт
Сергей приехал после работы домой, но дома никого не было. Как обычно, он заехал в пивнушку, купил пару бутылок пива и вот, с этим самым пивом, он уже выгуливал собаку в саду.
– Рада, рядом, давай не убегай далеко, – разговаривал он с собакой.
– Ну а вы как тут, – сказал он, оглядывая молодые деревья. Он часто с ними разговаривал, ободрял их, если они вяли, поливал и хвалил, когда видел завязи плодов или, когда они цвели.
– Какая ты молодец, самая красивая, самая крепкая, – говорил он черешне. Периодически подзывая собаку, попивая пиво, он ходил от дерева к дереву, осматривая стволы и листья.
Прошлая зима была снежной, затем последовала оттепель и мороз. Когда пришла весна, то замершая корка начала осаживаться и сломала мелкие ветви на деревьях. Это было у всех в округе, но деревья и кустарники не сдавались и даже отломанные ветки давали цвет.
– Чудо какое-то, какая ты молодец, – говорил он кустистой вишне.
– Это свойственно всему живому, цепляться за жизнь до последнего, – услышал он голос.
– Чёрт, никак не могу привыкнуть к твоему появлению, – сказал Сергей.
– Я же не могу подать звуковой сигнал, как на вокзале, типа внимание, я прибываю.
– А я смотрю настроение у тебя хорошее, – говорил Сергей вслух, на что она напомнила, что может разговаривать мысленно. – Нет, мне в голос как-то лучше, тем более я в своем саду и вокруг никого.
– Ну как дела?
– В общем, нормально, ты наверняка знаешь, что да как.
– Да, знаю.
– Ты подумал, может у тебя вопросы есть какие-то?
– Ты знаешь, я много думал и думаю до сих пор.
– Я знаю.
– Погоди, не перебивай. Ну короче и вопросы есть.
– Давай, спрашивай.
– Ты всегда отвечаешь правду на все вопросы?
– Да. Я не могу врать, я могу уклончиво отвечать, либо совсем молчать.
– Хорошо, тогда расскажи, как все это происходит?
– Раз настаиваешь, давай, закрой глаза, – сказала она.
Сергей закрыл глаза, он не знал, чего ожидать и прислушивался к своим ощущениям.
– Все, можешь открыть, – сказала она, – теперь ты знаешь, как это происходит.
– Чего знаю? Не понял, – продолжил было он, как в голове появились все ответы на интересующие его вопросы. Причем так, как будто он знал это всегда.
– Это так происходит, даже говорить не надо, подожди, но на некоторые из них я по-прежнему не знаю ответы, – сказал он.
– Да, ты многое не знаешь, многое тебе предстоит узнать, многому научиться. Ты вот с деревьями говоришь, а ты в курсе, что они с тобой тоже говорят?
Сергей вытаращил глаза, не мог поверить. Голова закружилась и он сел на бревнышко, оставшееся после строительства бани.
– Как, как вообще все это возможно. Я спятил, однозначно спятил. Деревья разговаривают, голос в голове. Боже, что со мной?
– Сергей, успокойся. Ты забыл, что всеми жизненными процессами руковожу я. Все живое оно мне не чуждо. Я могу слышать каждого и говорить каждому. Каждому существу, ты вдумайся.
– Да. Я как раз и вдумался. От этого мне и не по себе. Это трудно понять и принять.
– Ну, смотри, ведь ничего не изменилось для тебя и других. Ты ведь не задумывался об этом раньше. К тому же, такие способности тебе пока не доступны и не нужны. Тебя ждёт непростой путь и самая тяжелая часть этого пути, это ты сам.
– Как быть с Натальей? Как? – Сергей не мог сформулировать вопрос, но она перебила его.
– Не забегай вперед. Она твоя жена и ты любишь ее, она тебя, кстати тоже. Так вот, будешь жить, как и жил. Конечно это твое дело, рассказывать ей все или нет, мне все равно. Даже если ты будешь рассказывать об этом всем вокруг, мне все равно. Кроме тебя никого сумасшедшим не посчитают. Ты должен подумать и решить.
– Подожди, если ты какая всемогущая, зачем тебе я?
– У меня нет ответа для тебя, не сейчас.
– Легче не стало, ладно продолжай.
– Ничего для тебя не изменится, ты многое сможешь, многим поможешь. Я например, знаю, что ты готов пожертвовать своей жизнью ради того, чтобы не страдали дети. Было дело.
– Почему было, я и сейчас готов. Но насколько я успел понять, это не канает.
– Да, ты правильно понял. Не хочу тебе устраивать подобие рекламной компании и интригу разводить, но могу сказать одно, что быть моим эмиссаром, большая для тебя удача. Ты сможешь делать хорошо хорошим людям и плохо плохим.
– Хм, а наоборот, плохим хорошо и хорошим плохо могу?
– Не смейся. Все серьезно. Ты станешь частью системы жизнедеятельности.
Она замолчала. Сергей подумал в какой-то момент, что она ушла.
– Нет, не ушла, – сказала она. – В общем, думай до завтра. Если передумаешь, то вернешься к прежней жизни, могу даже память стереть и тебе и Наташе, чтобы обо мне не помнили.
– Даже такое возможно?
– Да. Если я могу в гроб уложить, то с памятью я как-нибудь решу вопрос.
– Я понял. Мне действительно надо подумать. Дай время до завтра.