Расширяя горизонты

Но, как и всё в жизни, это оружие не без минусов.

Во-первых, малый вес иглы. Даже несмотря на то, что она сделана из твёрдых сплавов, инерции ей не хватает.

Во-вторых – гладкий ствол, никаких нарезов. А значит – нет стабильной баллистики. Дальность страдает.

В-третьих – почти нулевой останавливающий эффект. Попал – да. Пробил – легко. А вот сбить с ног или заставить врага отлететь – нет.

Зато пробивная способность…

Это надо видеть. Шлем, броня, переборка – всё на вылет. Если, конечно, не керамика и не активная защита.

Так что тут как всегда: не сказка, не кино. Просто рабочее оружие – такое, каким оно и должно быть.

Используется чаще всего как дополнение к основному.

Следующими идут – назовём их дробовиками. По сути, они действительно близки к нашим: тот же гладкий ствол большого калибра, тот же грохот, ощутимая отдача и богатый выбор боеприпасов.

Патроны выглядят как полимерные капсулы с обтуратором. Внутри – дробь или специальные пули разного типа. После выстрела капсула раскрывается, а снаряд уходит дальше.

Принцип тот же – камера заполняется газом, разряд, выстрел. Просто больше массы – больше шума.

Используются дробовики по-разному. Есть полноценные образцы – как самостоятельное оружие. Но чаще всего это модули.

Например, подствольный дробовик: компактный, злой и до невозможности полезный в ближнем бою.

Нам бы такой не помешал – особенно когда в войне активно использовали дронов.

Ну а дальше – штурмовые винтовки. Разных видов, под разные задачи.

Отличались они не столько внешне, сколько по принципу работы.

Здесь встречались и знакомые нам газовые модели – такие же, как у пистолетов-пулемётов, где снаряд выталкивает давление от подожжённого газа.

Но были и винтовки с сгораемой гильзой – капсула из твёрдого композитного материала, которая целиком сгорала при выстреле, не оставляя следов.

А кое-где встречались и традиционные системы с металлическими гильзами, которые выбрасывались после выстрела. Но таких было немного – конструкция сложнее, вес боеприпасов выше, а толку особого не больше.

Ствол – нарезной. Калибр – примерно, как у наших: около пяти миллиметров, только сами снаряды чуть длиннее. Ну и системы крепления совместимы с кучей модулей:

прицелы, компенсаторы, тактические фонари, подствольники – кто чем изуверствует.

Ничего лишнего. Просто надёжный инструмент. Как и всё здесь.

Ну вот, немного отвлёкся.

Решил приоткрыть завесу над местным оружием – просто, чтобы вы понимали, с чем тут вообще воюют.

Но это – так, малая часть.

Детали расскажу позже. По ходу. Когда будет время. И когда это действительно будет уместно.

На подготовку к штурму города у нас ушло несколько дней.

План был простой: четыре десантных бота садятся со стороны космопорта, и оттуда – поступательное движение через весь периметр.

От стены до стены. Квартал за кварталом. Каждый дом – на проверку. Каждый угол – под контроль.

Всех жителей – собрать. Живыми. На взлётной площадке.

Там уже будет организован пункт – идентификация и сортировка.

Кто окажет сопротивление – устраняем. Без лишних сентиментов.

Воздушную поддержку обеспечивал Филин – на универсальном истребителе, в роли страховки.

Бойцы были в основном наёмники. Суровые, дисциплинированные, не первый раз в такой операции.

Командовали – мои ребята и люди Кайрона. Каждое звено – под контролем.

И вот этот день настал.

Мы стояли в главном ангаре. Техники заканчивали подготовку к вылету – закрывали боковые отсеки, проверяли крепления, запускали системы.

В ботах уже горели индикаторы, внутри переговаривались пилоты.

Бойцы без лишних слов занимали места.

Никакой суеты – как будто все делают это каждую неделю. Проверка оружия, фиксация снаряжения, проверка систем связи.

Я подошёл к группе командиров – они стояли в стороне, сбившись в небольшой круг, что-то обсуждали.

– Ну что, ребята, – сказал я, – пришло время спуститься с небес на землю. И навести там порядок.

Они замерли на секунду – а потом один из них хмыкнул, второй усмехнулся, кто-то качнул головой.

В голосе не было веселья. Просто… все всё поняли. Работать.

Первым в атмосферу входил Филин.

По нашим данным, системы ПВО у города отсутствовали – но верить этому вслепую мы не собирались. Его задача – проверка и вскрытие возможных систем защиты, если те всё же имелись.

– Всё спокойно, – доложил он. – Иду на второй круг.

– Принял, – ответил я, пока наши боты, трясясь как проклятые, с рёвом неслись к поверхности.

Потом – резкий переход к торможению.

Тело вдавило в кресло. Не просто ощутимо – до звона в ушах, до хруста в рёбрах. Казалось, вопрос уже не в высадке, а в том, кто сдастся первым: организм или обшивка.

Но потом – удар. Глухой, тупой, по всей конструкции. Посадка.

Аппарели раскрылись с металлическим лязгом.

И сразу – бойцы начали выход. Слаженно. Без слов. Занимая круговую оборону вокруг точки высадки.

Я сорвался с места, сбежал вниз.

– За мной! – коротко бросил я, указывая на здание управления полётами.

Выхватил маршрут из памяти – рванул вперёд, стараясь как можно быстрее уйти с открытого пространства.

За спиной бот, ревя как чёртов двигатель ада, поднялся в воздух. Волна жара ударила в спину.

– Наблюдаю высадку всех групп, – доложил Филин, проносясь над нами. – Активности среди местных нет.

– Принял, – отозвался я, уже врываясь внутрь.

План здания был известен – заранее выгрузили схемы.

Мы быстро рассыпались по секциям: коридоры, помещения, контрольные узлы.

Местные дежурные не пытались сопротивляться – их вывели на улицу, поставили на колени, и под охраной оставили рядом со входом. Без лишнего шума.

По плану:

три двойки – сопровождали задержанных,

шесть человек – охрана на взлётке,

остальные – зачистка.

Мы двигались быстро.

Дом за домом. Улица за улицей.

Вламывались. Поднимали с кроватей. Большинство спало – и выглядели не как жители боевого узла, а как обычные люди, которым просто не повезло оказаться не в том месте.

Сопротивление?

Минимум. В основном – растерянные лица, полуоткрытые двери.

Именно для этого мы и выбрали условную ночь.

Чтобы застать их врасплох. И судя по всему, это работало, по началу.

– Командир, нас прижимают из чего-то крупного! – голос Малыша срезал эфир резко, без эмоций. – Неопределённые силы. Стреляют из нескольких жилых домов. У меня один двести, два триста, лёгкие.

Я мгновенно переключился:

– Филин, настал твой час.

Он не стал переспрашивать.

– Сейчас разберёмся, – коротко бросил он. Связь обрезалась.

Прошло две минуты.

Сначала в небо взвился один столб дыма. Потом второй – чёрный, жирный, с пламенем у основания.

Грохот ударил с задержкой. Где-то далеко посыпалась стена.

– Цели уничтожены, – отозвался Малыш. – Продолжаю зачистку.

У нас всё шло спокойно.

Наш сектор был нецентральным, удалённым – больше частный жилой массив, чем узел обороны.

Но чем дальше – тем яснее: пройти «граблями», чисто и равномерно, не получится.

Все дороги вели в центр.

И именно там собирались основные силы.

Я вышел на общий канал:

– Внимание всем группам.

Основные силы противника сосредоточены в центре.

Нужно брать их в кольцо. Замыкаем по флангам.

Дальше – по обстановке.

Обстановка складывалась… не сказать, что тяжёлая,

но и лёгкой прогулкой это назвать не поворачивался язык.

Группы Малыша и Вирона – центральные – прекратили продвижение и перешли в оборону. Слишком серьёзное было сопротивление.

Остальные звенья продолжали движение, медленно заключая центр в клещи. Кольцо сжималось – но сопротивление росло.

– Филин, бей по основным очагам, – коротко скомандовал я.

– Принято, – отозвался он.

Через пару секунд с его крыльев сорвались ракеты.

Раз, два, три – характерный «вжух» с резким звуком старта.

А потом – взрывы. Глухие, с задержкой, как будто кто-то стучал по городу кулаком.