Ученик из 2525 года

Игната

Петровича,

–

смущал

народ

крамольными

речами

о

д

е

ла

х

г

ос

у

даревы

х

и

зна

л

т

о

,

че

г

о

зн

а

т

ь

н

е

м

о

ж

е

т

,

даже

всемогущий.

Под

пытками

у

них

развяжутся

языки,

и

они

всё

нам

расс

к

а

ж

у

т

.

А

потом,

казнить

их

на

площади.

Оприч-

ники

загудели:

«Казнить,

казнить,

в

котел,

посадить

на

кол!»

И лик их в эту минуту стал поистине чудовищным.

Иван Грозный поднял руку и в ту же секунду разъярён- ная толпа притихла и уставила взоры на царя. Он выждал минутную паузу и молвил.

–

За

измену

г

ос

у

дарст

в

у

,

пр

е

д

а

т

е

льст

в

о

и

п

о

дстре

к

ание к

бунту

жестоко

пытать

и

казнить

на

третий

день

посредством

четвертования.

Миша, охваченный ужасом за своих учителей, вопреки всему страху выкрикивает: «Великий Государь! Постой!».

Все оборачиваются. Опричники хватают Мишу, но царь жестом останавливает их.

–

Кто

ты,

отрок?

Говори!

Пришлось Мише импровизировать «на ходу», используя обрывки знаний из уроков и, конечно, фантазию.

–

Не

колдуны

они,

Великий

Государь,

а

великие

ученые

мужи

из

далеких

земель!

Зная

твою

любовь

ко

всему

ново-

му

и

полезному

для

державы,

Руси,

они

специально

прие-

х

ал

и

к

на

м

н

а

р

о

дин

у

,

ч

т

об

ы

укрепит

ь

е

ё

мощ

ь

и

п

о

днять

авторитет

и

силу

русского

народа.

Указав рукою на физика, Миша, продолжал.

–

Силы

,

к

оим

и

в

ладе

е

т

,

Ни

к

о

ла

й

Па

в

л

ович

,

–

э

т

о

силы

природы!

Их

можно

обуздать

и

применить

для

науки

стрель-

бы

из

пушек,

подготовки

твоих

несокрушимых

армий,

а

также

подъема

тяжестей

при

строительстве

различных

сооружений!

–

Зелья

Галины

Васильевны

–

не

отрава,

а

лекарство!

От

чумы

и

лихорадки

и

других

болезней,

чтобы

укреплять

дух

и

тело

твоё

и

твоей

дружины!

А

дым

–

ключ

к

дальнейшему

превращению

металлов

в

прочную

сталь

для

пушек

и

мечей!

–

Ольга

Ивановна,

знает

тайны

живых

тварей

и

чело-

века!

Как

лечить

раны

воинов

твоих,

как

выращивать

хлеба

обильные,

овощи

и

плоды

больше

и

богаче!

–

Кристалл,

Дмитрия

Сергеевича

–

не

для

вызывания

духов,

а

для

быстрой

и

своевременной

передачи

вестей

через

дальние

земли!

А

также

секретной

информации!

–

А,

Игнат

Петрович,

он

Ведун

времени!

Он

видит

гряду-

щие

победы

и

беды

России!

Он

может

предупредить

о

кознях

врагов,

дабы

у

нас

было

вовремя

подготовиться

и

дать

сво-

евременный

отпор.

Миша, задыхаясь, добавляет: «Казнишь их – лишишь- ся великой силы для державы своей, Государь! Враг, в лице Польского короля, обрадуется такому событию».

Наступила напряженная пауза. Царь пристально посмотрел на Мишу, потом на перепуганных учителей. Его взгляд метался между гневом и любопытством. Он бормо- тал какие-то проклятия о «польских шпионах» и взвешивал необходимость получения для страны «полезных знаний».

–

Ладно!

–

прогремел

царь,

–

оставлю

им

животы,

пока!

Но

коли

не

докажут

свою

пользу,

и

ты

и

они,

и

весь

род

ваш,

в

с

е

б

у

д

е

т

е

к

а

знены

!

Э

т

о

т

,

–

у

к

а

за

л

о

н

н

а

физи

к

а

,

–

п

у

сть

улучшает

стрелковые

качества

пушек!

Она

–

зелья

целеб-

ные

варит!

Другая

–

раны

воинские

лечит!

Этот

иноземец,

–

указав

на

Дмитрия

Сергеевича,

–

пусть

шифры

для

грамот

составляет!

А

Ведуна

времени,

–

царь

прищурился,

пока-

зав

пальцем

на

Игната

Петровича,

–

оставить

у

меня!

Будет

советником

по

грядущим

делам! Следить

за

ним

в оба!

Отрока

этого,

–

и

грозно

посмотрел

на

Мишу,

–

ко

двору

приставить!

Молодец!

Смел!

Миша, испуганный, едва верит своему счастью. Учите- ля облегченно вздыхали, но понимали, что попали в другую переделку. Царь потребовал уже завтра от физика показать

«силу природы».

–

Тем

не

менее,

сегодня

все

спасены

и

никаких

казней

не

будет.

А

завтра,

завтра

ещё

что-нибудь

придумаем.

Главное

на

нашей

стороне

магические

силы

физики,

химии,

биологии,

информатики

и

истории,

–

подумал

Миша

и

радостная

улыбка

от

спасения

жизней

нескольких

человек,

озарила

его

лицо.

Меня резко толкнул в бок сосед по парте, когда я услышал голос учителя, обращённый ко мне.

–

Берёзкин!

Опять

спишь?

Ну-ка,

давай-ка

быстро

днев-

ник!

–

голос

Игната

Петровича

был

невозмутимым

и,

как

показалось Мише,

чересчур

строгим.

Я вскочил «как ошпаренный». Весь класс начал сме- яться...

Оглянувшись по сторонам, я увидел, что всё опять нахо- дится на своём месте. Я нахожусь в 21 веке, Игнат Петрович обычный, современный учитель, который сейчас проводит очередной урок истории. Я поймал взгляд Игната Петровича и на секунду мне показалось, что в глазах учителя мелькнуло что-то – то ли усталое понимание, то ли тень того страха, как будто сон был наяву. Или просто показалось?

Да, теперь эту тему я воспринимаю абсолютно по-но- вому. Не как скучный материал в учебнике, а как реальный ужас, хаос и боль людей, которые жили в это сложное для нашей страны время. К сожалению, Игнат Петрович, воз- вращает дневник, в котором в графе напротив урока исто- рии красным цветом красовалась надпись: «Спал на уроке. Не знает материал. Поведение – 2».

–

Но

п

о

че

м

у

,

Игн

а

т

П

е

трович,

я

знаю

ис

т

орию

времён пра

в

ления

И

в

ана

Г

р

о

зно

г

о,

не

по

уч

е

бни

к

у

,

а

т

ак,

к

ак

бы

л

о

на самом

деле,

потому

что

сам

был

там

и

всё

видел,

–

вырва-

лось у меня. Класс

начинает

смеяться с

удвоенной

силой.

Игнат Петрович смотрит на меня с искренним удивлени- ем, через несколько секунд удивление переходит в улыбку, и он спокойно говорит: «Ну и фантазер же ты, Берёзкин». Он хо- тел добавить что-то ещё, но в этот момент прозвенел звонок.

После урока я подошёл к Игнату Петровичу.

–

Извините,

что

уснул...

И, спасибо.

Учи

т

е

ль

у

ди

в

ленно хмы

к

а

е

т

.

–

За

что

спасибо,

Миша?

За

то,

что

разбудил?

Отдыхай

больше

дома. И, в

следующий

раз,

не засыпай на уроках.

При произнесении последней фразы в его глазах уже нет прежней строгости.

В коридорах школы, Миша, встретил некоторых своих учителей: физика, несущего тяжелую коробку с приборами, биологичку с гербарием, химичку, спорящую о реактивах. Они больше не кажутся ему надзирателями и деспотами. Они – люди, которые знают удивительные вещи и делают сложную работу. А история для него «ожила» и стала более интересной и занимательной.

После школы я любил прогуляться и поиграть в актив- ные игры во дворе, хотя многие ребята предпочитали сидеть дома и «пялиться» в экран смартфона, приходилось уговари- вать некоторых ребят выйти на часок, поиграть в футбол или покидать мяч в кольцо. Если не получалось никого уговорить, то я в гордом одиночестве зависал на дворовой площадке или просто гулял по улице. Вечером быстро делал уроки и смо- трел сериал по компьютеру. Причём я понимал, что нет смыс- ла долго «пыхтеть» над какой-нибудь нерешаемой задачей, только зря потратишь уйму времени, которое можно провести в активном отдыхе. Ну какой толк из того, что я целый час буду сидеть над учебниками и разбираться как решать тот или иной пример или задачу. Пример я скорее всего всё равно не решу, а вот время потеряю. Даже если ответ моего решения не со- впадает с ответом в учебнике, не беда. В учебнике тоже могут ошибаться. Поэтому потратив на домашнюю работу 20 минут по всем предметам, я благополучно сел смотреть очередной сериал, про злодея, терроризировавшего город и про героя, который в итоге всех спас. И даже не заметил, как пришла мама, поздоровалась со мной и спросила: «Ты покушал?».

–

Да,

конечно,

и

сейчас

разогрею

тебе

покушать

и

постав-

лю

чайник.

–

Что-то

ты

сегодня

какой-то

сверх-услужливый,

что-то

случилось?

–

спросила

мама,

с

недоверием

посмотрев

на

меня.

–

Ничего

не

случилось,

–

сказал

я

и

попытался

перевести

р

а

з

г

о

в

о

р

н

а

д

р

угу

ю

т

е

м

у

,

–

т

а

к

я

р

аз

огре

в

а

ю

у

жин?

–

Как

дела

в

школе?

–

неожиданно

спросила

мама.

–

Все

нормально,

как

обычно,

а

ты

суп

будешь

или

только

«второе»?

–

Сынок,

давай

я

сама

разогрею,

а

ты

принеси

мне

днев-

ник

посмотреть?

–

Мама,

да

там

особо

смотреть

нечего,

обыкновенный

день.

–

Что-то

очень

подозрительно

ты

не

хочешь

прино-

сить

дневник

и

постоянно

меняешь

тему

разговора,

давай

показывай.

Пришлось мне дать дневник, в котором только за 1 день было получено две двойки по двум предметам: литературе и алгебре и сегодня ещё одна по поведению на уроке истории.

–

И

как

это

понимать,

учебный

год

только

начался,

а

ты

приносишь

за

два

дня

сразу

три

двойки?

–

сказала

мама

с

воз-

мущением,

–

а

я-то

думаю,

что

же

не

так,

слишком

ты

сегодня

какой-то

заботливый.

–

Формально

двойки

только

по

двум

предметам:

литературе

и

алгебре,

по

поведению

не

считается.

Да

и

по

этим

предметам

я

двойки

случайно

получил.

По

литерату-

ре

я

учил

стихотворение,

но

перед

самим

выступлением

всё

забыл.

Я

даже

сейчас

больше

помню,

чем

в

классе.

А

по

алгебре

вообще

произошла

курьёзная

ситуация,

по

всем

математическим

расчётам

меня

сегодня

не

должны

были

спросить,

но

завуч

вызвала

Александрова

и

матема-

тичка

вместо

него

вызвала

к доске меня.

–

Миша,

ты

сам

слышишь,

что

ты

говоришь?

То

у

тебя

виноват

завуч,

которая

вызвала

кого-то

к

себе,

то

любой

другой,

но

не

ты.

Стихотворение

сложное,

в

этом

случае

кто

вино

в

а

т

,

Пушкин?

–

м

а

ть

р

а

з

в

е

ла

р

уки

в

с

т

орону

и

сд

е

лала

вопросительный

вид.

–

Мама,

раз

уж

заговорили

о

Пушкине,

я

слышал,

что

он

учился

очень

плохо

и

постоянно

получал

двойки

по

математике,

но

это

не

помешало

ему

стать

известным

во

всём

мире

поэтом,

также

плохо

учился

и

Эйнштейн,

нобе-

левский лауреат по физике.

Мама, ещё больше расстроилась из-за такого оправ- дания: «Ах, вот как! Значит, ты теперь Пушкин и Эйнштейн в одном лице?», – сказала она явно раздраженным голосом.

–

Т

ы

д

у

маешь

,

он

и

с

т

ал

и

в

е

ликим

и

п

о

т

о

м

у

,

ч

т

о

п

о

луча

-

ли

в

школе

двойки?

Или

вопреки

этому?

Или

просто

им

по-

везло?

Пойми,

успешных

людей

без

образования

едини-

цы

,

и

х

имен

а

в

с

е

зна

ю

т

к

а

к

р

а

з

п

о

т

о

м

у

,

ч

т

о

он

и

ис

к

л

ю

чение!

А

тысячи

тех,

кто

так

думал,

сейчас

моют

машины,

стоят

на

бирж

е

т

р

у

д

а

ил

и

и

щ

у

т

раб

о

т

у

.

–

Современный

мир

другой,

мам.

Тут

не

корочки

важны,

а

мозги

и

идеи!

Например,

Билл

Гейтс

–

бросил

Гарвард,

Стив

Джобс

–

учился

кое-как.

А

потом

они

стали

миллиардерами,

создали

крупнейшие

корпорации.

А

зачем

мне

ваша

алгебра,

если

я

хочу

быть

программистом

или

блогером?

Школа

учит

у

с

т

аревше

м

у

.

Сейча

с

в

с

ё

м

о

жн

о

найт

и

в

ин

т

ерн

е

т

е

.

Нажав несколько

клавиш,

я

получу

любые

знания,

когда

мне

это

дей-

ствительно

понадобится!

Мама, немного остыв и поняв, что нужно действовать по-другому перешла на более рациональный тон: «Хорошо, давай разберем твои примеры, раз ты такой знаток».

–

Пушкин

,

действи

т

е

льно

,

н

е

люби

л

м

а

т

ем

а

ти

к

у

,

к

о

г

да учился

в

Царскосельском

лицее.

Но

он

был

гением

в

языках

и

литературе

с

самого

детства.

Он

запоем

читал

книги

в

би-

блиотеке

отца,

писал

стихи,

изобрёл

своё

правило

стихосло-

жения

.

Д

в

ойк

и

о

н

п

о

луча

л

т

о

ль

ко

п

о

пр

е

дм

е

т

у

,

к

о

т

оры

й

был

ему

неинтересен.

Зато

по

главному

для

него

предмету

–

сло-

весности,

он

был

первым

учеником

в

классе

и

получал

только

пятерки.

Ты

можешь

сказать

то

же

самое

о

себе?

Где

твой

ге-

ниальный

интерес

к

какому-либо

предмету?

Чем

ты

«запоем»

занимаешься

вместо

алгебры

и

литературы?

–

Эйнштейн

не

был

«двоечником».

У

него

были

пробле-

мы

с

запоминанием

и

зубрежкой

материала,

а

также

с

дисци-

плиной,

когда

он

учился

в

авторитарной

немецкой

школе,

что,

естественно, его угнетало. Но в Цюрихском политехническом университете, где ему нравилось учиться, он получал только высшие баллы по физике. Он самостоятельно изучал слож- нейшие научные труды в 16-летнем возрасте. Его гений не в лени, а в невероятном трудолюбии и глубоком самообразова- нии в интересующей его области научных знаний. Ты читаешь, как Эйнштейн, научные статьи по физике в свободное время?

–

Билл

Гейтс

и

Стив

Джобс

бросили

элитные

универ-

ситеты,

потому

что

у

них

уже

были

конкретные,

прорывные

идеи

и

они

понимали,

что

в

их

ситуации

–

время

дорого.

Но

ты

представляешь,

какой

багаж

знаний

у

них

уже

был

к

момен-

ту

ухода

из

института.

Гейтс

начал программировать

с

13

лет.

Джобс

посещал

курсы

каллиграфии

в

колледже,

где

обучал-

ся

программированию.

Они

бросили

формальное

обучение

в

университете,

но

не

получение

дополнительных

знаний.

Он

и

фан

а

тичн

о

училис

ь

т

о

м

у

,

ч

т

о

н

у

жн

о

бы

ло

дл

я

достиже

-

ния

их

цели.

Успех

пришел

к

ним

не

вместо

знаний,

а

бла-

годаря

огромной

базе

и

целенаправленной

работе.

А

какая

у

тебя

конкретная

цель

сейчас,

кроме

как

не

учиться?

И

что

ты

фанатично

изучаешь

для

её

достижения?

–

Я

не

требую,

чтобы

ты

был

отличником

по

всем

пред-

метам.

Я

просто

прошу

старания

и

ответственности.

Шко-

ла

–

это

не

только

факты.

Это

тренировка

мозга,

дисципли-

ны,

умение

учиться,

доводить

дело

до

конца,

работать

даже

с

тем,

что

неинтересно.

Жизнь

состоит

не

только

из

любимых

и

интересных

дел!

Твои

двойки

и

сон

на

уроках

–

это

не

при-

знак

будущего

гения,

это

признак

лени

и

неуважения

к

труду

других

–

меня

и

учителей.

Покажи

мне

свою

заинтересован-

ность,

или

дело,

над

которым

ты

готов

работать

«не

покла-

дая

рук»,

как

Пушкин

над

стихами

или

Эйнштейн

над

сво-

ей

теорией

относительности.

Тогда

мы

сможем

поговорить.

А

пока

–

это

просто

отмазки

с

твоей

стороны.

Знания

–

как

фундамент

дома.

Сейчас

кажется,

что

можно

построить

хи-

жину

на

песке

(это

твоё

желание

заняться

блогерством),

но

для чего-то серьезного, долговечного, инновационного, нужен прочный фундамент. Предметы, которые ты изучаешь – это часть фундамента: математика – логика; литература – понима- ние людей, эмоций, умение выражать мысли; история – опыт человечества, чтобы не совершать старых ошибок. Даже если ты не будешь математиком, или литератором, эти навыки очень нужны любому человеку в жизни.

Миша сник под напором фактов, его аргументы оказа- лись поверхностными.

–

Н

у

,

м

о

ж

е

т

,

он

и

и

учились

,

н

о

мо

я

ш

к

о

л

а

в

с

е

равно дурацкая

и

скучная,

–

только

и

смог

сказать

он,

слабеющим

голосом.

–

Ты

пойми,

успех,

у

всех

наших

героев,

достигался

толь-

ко

путем

титанических

усилий,

часто

на

основе

знаний,

полу-

ченных

именно

в

школе.

Ладно,

иди

в

свою

комнату

и

подумай

хорошенько,

–

сказала

мама,

голос

её

был

спокойным.

Она

знала,

что

Миша

всё

понял.

Я ушёл в свою комнату и, сев за стол, уставился в учеб- ник. В голове были новые мысли. Решил ещё раз просмо- треть и прорешать все домашние задания, но уже не «из-под палки», а потому что захотелось.