Первым делом обсудили текущее положение дел в деревне, которое оказалось не настолько плачевным, как могло показаться. Хит за это время успел хорошо пополнить казну общины, поэтому бедствовать им не пришлось бы.
Этот момент значительно успокоил меня, поскольку финансовая составляющая вызывала больше всего переживаний. Потом я, как пока ещё действующий Смотритель, распорядился перенести нахрен бараки за забор, отменить все имеющиеся поблажки для чужаков и впредь пускать только по одному.
Тиннер даже спорить не стал. Затем мы договорились, что я замолвлю слово Стальным бородам, для налаживания торгового пути, раз к ним собираюсь. Также определились, что в период моего отсутствия смотреть за Новачами станет выбранный селянами староста, а вопрос обеспечения охраны и руководство дружиной Тиннер возьмёт на себя.
Когда с вопросами дальнейшего существования деревни было покончено, перешли к более серьёзным вещам. Во-первых, Тиннер ответил, что хрен мне скажет, где конкретно находятся руины храма Хранителей, поскольку Хит перед смертью завещал найти его самостоятельно. Зашибись, блин.
Во-вторых, он дал наказ беречь перстень Хита пуще жизни, однако и тут причины этого также оказались сокрыты под толстым слоем хрена. Вообще, хрен я очень уважаю, особенно с борщом, но тут его не готовили. Ни борща, ни хрена. Каламбур какой-то, честное слово.
Ну и напоследок, я узнал, что Тиннер, а если полностью, то Тиннераг Буйный, является прямым потомком Синнерага Великого – основателя первой общины оборотней Адэлеона, объединившего множество племён.
До того оборотни существовали, придерживаясь только своего вида. Волчьи, Медвежьи, Кошачьи и прочие, хоть не и конфликтовали между собой, но вели обособленный образ жизни. Синнегару Великому же удалось сплотить их, оставив предрассудки.
То было прекрасное и спокойное время для них. Оборотни не были воинственным видом и на чужие территории не посягали, но свои защищали рьяно. В силу единства с природой им были открыты знания, недоступные больше никому, даже Лесные эльфы до них не дотягивали, что вызывало зависть и постоянные попытки поработить их. Когда же появилась община, нападки сошли на нет окончательно.
Земли оборотней располагались на месте теперешних Мёртвых топей, что как раз находились за Новачами, и были отмечены на карте как место гиблое. Причиной тому стало проклятие, начавшее постепенно напитывать почву влагой.
Деревья в некогда пышном и богатом лесу начали чахнуть. На смену погибающей растительности стали приходить непроходимые топи, привлекающие внимание разного рода мерзких и вечно голодных тварей.
Рассказывали, что однажды пришёл чужак, способный менять облик, перевоплощаясь в абсолютное любое существо, но то была иная магия, не имеющая ничего общего с природным даром оборотней.
Чужак хотел получить одобрение на принятие его в общину, но в ответ получил категоричный отказ. Оборотни не признали в нём своего, назвав такое перевоплощение ложным и грязным.
Покидая их земли, чужак поклялся отомстить, заставив горько пожалеть о своём решении. Тогда его словам не придали значения, но спустя время земля начала погибать. В общине стали возникать распри, пошёл разлад, и в итоге она распалась.
Племена разбрелись кто куда в поисках лучшей доли. Потом началось преследование Инквизиции, усмотревших в природной особенности оборотней что-то «тёмное». Гонения ещё сильнее разобщили племена, разбив на небольшие группы и вынудив перейти к кочующему образу жизни.
Теперь же, на пороге неотвратимо назревающей войны, перед лицом общего врага стоило попытаться сплотить племена снова, чтобы дать отпор, получить возможность начать жить как прежде – в гармонии с миром, подарив надежду будущим поколениям.
Но здесь, как всегда, имелся один «маленький» нюанс – у оборотней больше не было своей земли, те времена давно прошли, стали тленом, как лес предков. Чтобы вновь сплотить племена в общину, требовалась достаточно обширная территория, взяться которой было неоткуда.
И именно с этим вопросом Тиннер ко мне и обратился. Оказывается, я несколько смутно представлял себе размах окрестностей Новачей. Уж не знаю, в чём крылся смысл, но крайняя точка границы располагалась аж трёх днях пути. Это прям очень дохрена выходило. Зачем деревушке столько? На вырост, что ли?
Более того, основная часть территории состояла из непролазных чащ, непригодных для проживания простых людей, но отлично подходящих тем, кто сам является частью природы и леса.
Тиннер спрашивал у меня, как у полноправного землевладельца, разрешения на передачу самого крупного лесного массива в постоянное пользование оборотней. При этом на взаимовыгодных условиях, смысл которых сводился к ещё большему процветанию Новачей и их защите.
Он просил подарить земли его племенам, прекрасно понимая, что сама по себе просьба граничит с хамством и откровенной наглостью – это с его слов и в его восприятии ситуации.
Я же вспомнил «нашего» Буншу из кинофильма «Иван Васильевич меняет профессию» – да пусть забирают, господи! Если селянам не в напряг, то мне та «Кемская волость» точно не сдалась. О чём и поспешил сразу заметить.
– О, виконт! Вы даже не представляете, что это значит для моего народа!
– Да будет тебе, – отмахнулся я, – Мне столько земли явно ни к чему, а над златом чахнуть так и вовсе не собираюсь. Так что, как говорится, флаг в руки – поступай, как сочтёшь нужным. Мне какую-то дарственную надо оформить? – посчитал вопрос вполне резонным, поскольку местных порядков толком не знал, а тема довольно серьёзная.
– Вообще-то, слова виконта и Смотрителя будет вполне достаточно, но раз спрашиваешь, то…, ¬– Тиннер резво вынул из-за пазухи свёрток пергамента, – Вот! – смущённо сказал он, положив его стол.
Я невольно улыбнулся, чем вызвал ещё больше смущения у Тиннера. Никогда бы не подумал, что этот здоровый и крепкий мужик способен на подобную реакцию.
– Смотрю, готовился? Знал, что не откажу? Ладно, так и что от меня требуется? Подписать?
– Вообще-то, сомневался, но не в тебе, – быстро поправился он, – А в самой вероятности этого. Дарственной этой уже столько лет, что и не сосчитать даже. Мне её предки завещали. Лежала, ждала своего часа… Оттиска пальца будет вполне достаточно, – сказав это, он тут же поставил на стол маленький пузырёк с чёрной жидкостью.
– Хорошо, – скорость выставления «чернил», снова у меня вызвала улыбку, – А как понять согласно этой грамоте, какие именно земли стали вашими? Вписывать надо или как?
– Нет, достаточно поставить оттиск и произнести это вслух.
– Как у вас всё просто, но главное – работает. Хорошо, тогда давай покончим с этими формальностями.
Назад бумагу Тиннер принимал чуть ли не дрожащими от волнения руками. Даже глаза на мокром месте стали. Это картина и меня проняла, но виду постарался не подать. Вот на такой трогательной ноте мы и расстались с ним.
Лишь выйдя из таверны, вспомнил, что так и не попросил Тиннера показать его природный облик, но возвращаться – плохая примета. Нет, я не суеверный, просто мне не хотелось портить послевкусие момента. Эх…
Глава 5
«Если виноватых нет, их назначают»
(А.И. Лебедь)
Это столкновение Драконов подземелий с Морром создало достаточно нешуточный резонанс среди всех участников. Споры и перепалки не прекращались уже вторые сутки. За это время активность деятельности игроков довольно ощутимо просела, но в то же время рейтинг проекта ещё более уверенно пошёл вверх.
Многие полагали, что Морру удалось найти баг в системе, который технический отдел или не мог исправить, или отказывался называть. Отправной точкой этой теории стали события в «нулевой» локации, когда от рук персонажа, даже не успевшего толком приступить к игре, непостижимым образом погиб НПС.
Статистика показывала, что практически все считали это системной ошибкой, но Поддержка продолжала настаивать на невозможности подобного явления. В конце концов, всем напомнили соответствующие пункты заключённых контрактов, соглашений и договоров (В зависимости от стороны, предоставляющей Бэвры в пользование), и начали потихоньку банить чересчур активных.
Это несколько охладило пыл общественности, но погасить растущее возмущение не помогло. Когда же точки соприкосновения с Поддержкой были исчерпаны, внимание снова переключилось на перемывание костей Морра, зажавшего «секрет успеха».
В итоге большинство сошлось на том, что его необходимо изловить и потребовать объяснений. Замечания же тех, кто назвал это «самоуправством», «беспределом» и тому подобным, остались без внимания и ответа – желающих узнать во что бы то ни стало «тайну холста на стене» было значительно больше.
Встреча клана Драконы подземелий с Морром дала ясно понять, что не такой он и неуязвимый, но в то же время полон неприятных сюрпризов, одним из которых являлся слив по Уровням, что становилось ощутимым ударом, поскольку каждый последующий доставался буквально потом и кровью.
С появлением крыльев, эта «загадка века» слетела со своего пьедестала, прочно закрепившись на втором месте. К слову, не меньшее раздражение вызывало и то обстоятельство, что Морр оказался крайне не медийной личностью. Блог или страницу не вёл, на Форуме появлялся редко, «секретами» делиться не спешил, да и в целом избегал встреч с другими участниками.
Многие уже давно нарекли его изгоем, ведущим сомнительную и подозрительную игру, с чем также согласились те немногочисленные сольники, чьё выживание в Адэлеоне превращалось в достаточно тяжкий труд, не идущий ни в какое сравнение с достижениями Морра.
Почему он ведёт себя не так, как все? Почему первым оказывается в ещё никому не известных местах, встречает выдающихся монстров, получает уникальные квесты, титулы и бонусы?
Даже в пати не вступил ни разу! Выходит, есть что скрывать? А раз что-то прячет, значит – боится, что отнимут или все узнают. Получается, что и не его это «секрет» вовсе. А чей? Всех и каждого?
В очередной раз человеческая натура в своих извиваниях и судорогах воспалённого разума пришла к выводу, что у них отняли «их счастье», право на которое они «заслужили» не меньше какого-то там Морра, а кое-кто так и вовсе больше.
Всё это бурление жижи в говнобаке привело даже к тому, что поступкам и поведению тех же БерсаГона и Варана начали находить оправдание, поворачивая ситуацию конфликта в сторону «вынужденных мер». Принцип действия «европейских ценностей» налицо, как говорится.
И только одному невольному участнику этих ожесточённых дебатов и непосредственному виновнику столь «праведного» негодования, было абсолютно насрать на происходящее.
В его голове варилась такая каша, что даже изысканным «гурманам» стало бы не под силу разобрать её состав на составляющие этого варева. Впрочем, он и тут умудрился подзанавесить хер, просто черпая полной ложкой то, что давали.
* * *