Десятый удар часов

Часы Беатрис

В спальне первой леди Рэйвен сохранился маленький французский хронометр. Элис нашла его под чехлом на каминной полке. Стрелки остановились на без десяти десять, а заводная головка была вытащена. На крышке выгравировали имя Беатрис и дату свадьбы.

Питер Эшкомб рассказал, что после смерти хозяйки сэр Генри велел остановить все её часы. Однако хронометр заводили недавно: пружина оставалась напряжённой. Кто-то запустил его вечером и остановил в момент, который хотел запомнить или внушить другим.

Маргарет заявила, что не входила в комнату много лет. На подошве её туфли нашли белую нитку от чехла, но горничная могла перенести её при уборке. Хелен призналась, что иногда работала здесь с письмами Беатрис. Нора приносила бельё. Любая из трёх женщин имела законный повод касаться вещей умершей.

За хронометром лежала фотография санатория Сент Орфей. На крыльце стояла женщина, похожая на Беатрис, хотя снимок датировался годом после её официальной смерти. Лицо было зачёркнуто чернилами. Питер считал фотографию ошибочно подписанной, но Роуэн заметил медальон на шее женщины — тот же, что на портрете в библиотеке.

Элис спросила отца при жизни, почему портрет реставрировали дважды. Ответа она не получила. Теперь она смотрела на снимок, словно комната вдруг стала меньше.

— Если мама была жива, он знал? — спросила она.

— Кто-то в доме знал достаточно, чтобы спрятать фотографию, — ответил Роуэн. — Это пока всё, что можно утверждать.

В ящике туалетного столика обнаружился счёт доктора Кроу за «длительное наблюдение пациентки Б. Р.» Счёт оплатили из личного фонда сэра Генри. Дата была восьмилетней давности. Кроу сказал, что инициалы принадлежали другой больной, но отказался назвать её без медицинского разрешения.

Хелен принесла список платежей. В нём та же сумма проходила как ремонт северного крыла. Подпись сэра Генри была подлинной, однако бумага имела водяной знак, появившийся только через два года после указанной даты.

Кто-то переписал старый платёж на новый бланк. Подделка могла скрывать пациентку, шантаж или расход, не имевший отношения к смерти. Но она связывала Кроу, Блейка и Хелен с тайной, ради которой каждый уже начал лгать.

Хью Белл осмотрел хронометр. Механизм остановили не заводной головкой: внутрь вставили тонкую щепку, покрытую красным лаком. Такой лак использовали на карточных фишках Клары. Одна фишка отсутствовала из набора.

Клара не стала отрицать. Днём она остановила часы на времени смерти Беатрис, желая напомнить сэру Генри о прошлом. Но без десяти десять было не временем смерти. Это была минута, когда Клара получила телеграмму из санатория о том, что Беатрис пережила приступ.

— Я хотела, чтобы Генри понял: его мёртвая жена снова вернулась в дом, — сказала она.

Ложный след оказался угрозой, но не угрозой убийцы. Роуэн положил фотографию в конверт. В Рэйвенхолле одно преступление всё чаще заслоняло другое, совершённое много лет назад и до сих пор продолжавшее давать людям причины молчать.

Глава 11

Скрытый проход

Медальон нашли возле напольных часов, и Хью Белл больше не мог отрицать очевидное. За деревянной панелью находилась дверца. Она открывалась часовым ключом и вела в узкий коридор между стенами. По нему можно было попасть к библиотеке, северной башне и комнате Клары.

Хью признался, что обнаружил проход месяц назад при ремонте. Он рассказал о нём сэру Генри и получил приказ молчать. Неделю спустя неизвестная женщина прислала ему записку и пять фунтов за схему механизма. Лицо она закрывала вуалью, но на руке носила кольцо с чёрным камнем.

Такое кольцо было у Маргарет. Такое же — у Клары. Оказалось, Генри подарил их обеим много лет назад, сочтя это остроумной шуткой.

Роуэн и Хью вошли в проход со свечами. На пыльном полу виднелись следы: широкие каблуки мастера, узкая женская туфля и отпечаток трости. За библиотечным портретом проход расширялся. В стене висел старый фонограф, соединённый трубкой с решёткой за письменным столом. На валике была записана одна фраза голосом сэра Генри: «Оставьте бумаги и никого не впускайте до десяти».

Хелен не видела живого хозяина. Она услышала запись.

Когда Роуэн снял валик, дверь прохода захлопнулась. Сверху пришёл в движение противовес. Хью успел оттолкнуть его, но тяжёлый цилиндр разбил свечу. В темноте кто-то пробежал за стеной. Когда их выпустили, на полу библиотеки уже не было красной нити, найденной в коробочке.

Зато под портретом лежала пуговица от мундира полицейского.

Глава 12

Дождевик у северной двери

Северная дверь выходила к конюшне и старому садовому павильону. Мортимер запирал её в девять, но после убийства засов оказался поднят. На крюке висел чужой дождевик: слишком короткий для Роберта и слишком широкий для Хелен.

В кармане лежали билет до Лондона, спичечный коробок из клуба Джулиана Вейна и клочок банковского ордера. На бумаге сохранились последние цифры суммы — восемьсот фунтов — и половина знака в виде воронова пера.

Джулиан признал дождевик, однако утверждал, что оставил его в гардеробной. В клубе он встречался с представителем угольной компании, пожертвовавшей деньги фонду сэра Генри. Часть пожертвования затем попала на избирательный счёт Джулиана.

— Это был законный заём, — сказал депутат.

Блейк поправил его: заём не указали в отчёте. Если ордер существовал, Джулиану грозил политический скандал. Но найденный клочок имел другой номер счёта. Хелен сверила цифры и сказала, что перевод ушёл фирме «Марстон».

У павильона Элис увидела следы узких ботинок. Они начинались у дорожки и обрывались на мокрой траве. Роуэн нашёл под кустом пару деревянных накладок на подошвы. Ими пользовались садовники, чтобы не проваливаться в рыхлую землю. Кто-то надел накладки задом наперёд, создавая впечатление, будто человек шёл к дому, хотя двигался от него.

В павильоне пахло фотохимикатами. На столе стояла переносная лампа Бэзила Трента, а под скамьёй лежала пустая кассета. Журналист устроил временную тёмную комнату, чтобы проявить снимок с галереи вдали от любопытных глаз.

Трент появился у двери и потребовал вернуть кассету. Роуэн спросил, где негатив. Бэзил ответил, что изображение испорчено. На его пальцах, однако, оставался свежий закрепитель, а в мусорной корзине не было стекла.

Роберт признался, что следил за журналистом. Он надеялся выкупить любую фотографию, на которой был виден у библиотеки. Долговая расписка находилась у сэра Генри, и племянник хотел украсть её во время суматохи. На павильонной двери осталась кровь с его ладони: он порезался, открывая щеколду ножом.

Клочок ордера подбросил Роберт. Он нашёл бумагу в кабинете и вложил в дождевик Джулиана, чтобы направить подозрение на депутата. Это была глупая попытка защиты, но она объясняла только одну улику.

Под лампой Роуэн заметил золотую пыль. Такая же покрывала край скрытого прохода. Трент прошёл им из библиотеки в павильон или получил пыль от человека, который прошёл. В любом случае негатив не был испорчен. Он содержал изображение, ради которого журналист предпочитал оказаться подозреваемым, лишь бы сохранить право торговаться.

Глава 13

Инспектор через воду

Томас Грей пришёл в Рэйвенхолл в половине третьего ночи, промокший до кожи. Он оставил автомобиль у затопленного моста, прошёл по железнодорожной насыпи и переправился через ручей на лодке мельника. Ему было тридцать четыре; в его лице не было ничего героического, кроме спокойствия человека, привыкшего не показывать усталость.

Грей осмотрел библиотеку, записал показания и без спора принял помощь Роуэна. Он не любил сыщиков-любителей, но ещё меньше любил упускать сведения из-за профессиональной гордости. Пуговицу он узнал сразу: такая отсутствовала на старом мундире, который висел в полицейском участке и мог быть доступен посетителям.

Элис принесла ему чай. Их первый разговор длился меньше минуты. Грей спросил, почему она выходила в зимний сад. Элис ответила, что собиралась покинуть дом через стеклянную дверь, но не смогла из-за дождя.

— Вы хотели бежать до смерти отца или после?

— До. После я решила остаться.

— Почему?

— Потому что живой он мог обойтись без меня. Мёртвый — нет.

Грей не улыбнулся, но перестал писать. Эта короткая пауза была первым знаком того, что он услышал не только показание.

К рассвету они составили список подозреваемых. Двенадцать имён, двенадцать мотивов, один запертый дом. Роуэн добавил внизу три вопроса: кто приготовил неправильную таблетку, кто налил бренди и зачем понадобился одиннадцатый удар, если тело всё равно должны были найти в десять?

В окне посветлело. С северной башни донеслась детская мелодия. Хью побледнел: музыкальный механизм не работал двадцать лет, с ночи пожара.

Глава 14

Ночь пожара

Прежде чем войти в детскую, Элис рассказала о пожаре. Ей было семь лет. Она проснулась от запаха дыма и увидела мать в красном платье возле часов. Беатрис держала младенца, а Нора пыталась открыть северную дверь.

Сэр Генри появился со стороны тайного прохода. Он вырвал ребёнка у жены, передал Норе и приказал никому не покидать комнату. Затем ударил Беатрис. Элис спряталась под кроватью и слышала, как мать говорила: «Роза не Ваша собственность».

— Я решила, что Роза — имя куклы, — сказала Элис.

После пожара сэр Генри объявил, что Беатрис погибла. Элис не видела тела. Доктор Кроу дал ей лекарство, и следующие дни сохранились обрывками.

Хью Белл прибыл утром ремонтировать часы. Он видел закрытую карету у северной двери и женщину под одеялом. Сэр Генри заставил его подписать, что пожар начался из-за неисправности механизма.

— Почему Вы соглашались получать деньги каждый год? — спросил Грей.

— Я считал их платой за молчание. Потом называл обслуживанием часов, чтобы можно было жить с собой.

Нора вывезла младенца через сторожку. Клара считала Розу мёртвой, Беатрис — отправленной в безопасное место. Маргарет, тогда компаньонка родственницы, помогла устроить ребёнка в школу. Именно она знала адрес с самого начала.

Питер нашёл в архиве пожарный отчёт. Время тревоги стояло десять одиннадцать, но главные часы остановились на без десяти десять. Одиннадцатый удар прозвучал после остановки — его вызвал падающий груз. Сэр Генри позднее превратил случайный звук в семейную легенду и новый механизм.

— Поэтому он выбрал десять часов для собрания, — сказала Элис.

— Он повторял сцену, в которой однажды победил, — ответил Роуэн.

Кроу признался, что увёз Беатрис в «Сент-Орфей» под именем Беатрис Роуз. Диагноз составил по приказу сэра Генри. Женщина не была опасна; её держали под сильными успокоительными, пока она не перестала требовать возвращения дочерей.

— Дочерей? — спросила Клара.

— Она считала Розу своей воспитанницей и Элис сестрой девочки по выбору, — объяснил врач.

Маргарет утверждала, что помогала Беатрис письмами. Нора возразить уже не могла, но в книге расходов стояли суммы: Маргарет получала деньги за каждую перехваченную записку.

— Я передавала часть, — сказала она.

— Какую часть? — спросила Элис.

— Ту, что не вредила твоей матери.

Роуэн услышал знакомое оправдание: человек скрывает правду ради защиты другого, но оставляет себе право решать, что тому полезно знать.

В стене у детской двери сохранилась борозда. Сэр Генри вставлял металлический клин, не позволяя открыть выход. Клин нашли теперь в часовом механизме дополнительного удара. Хью узнал собственную старую работу, переделанную недавно.

На металле была засохшая капля красного лака Трента. Журналист фотографировал клин и понимал его связь с пожаром. Поэтому требовал деньги не только за негатив Беатрис, но и за доказательство незаконного удержания.

Элис открыла дверь детской новым ключом. За ней пахло золой, хотя прошло двадцать лет.

— Отец повторил старую ночь, — сказала она. — Но кто-то решил закончить её иначе.

В пепле лежали аптечная бумага, золотая краска и следы свежего воска. Прошлое не сохранилось нетронутым; преступник недавно разложил среди него новые улики.

Глава 15

Пепел в детской

Северная детская сохранилась почти нетронутой. Потолок закоптился, у камина почернели доски, на стене под облупившимися обоями проступали нарисованные вороны. В шкафу лежала кукла без лица и пара детских туфель разного размера.

Питер Эшкомб рассказал, что пожар произошёл двадцать лет назад. Официально погибла первая жена сэра Генри, Беатрис, и ребёнок одной из служанок. Однако в семейном архиве отсутствовала страница метрической книги за тот год. Её вырезали недавно: на соседнем листе оставались свежие бумажные волокна.

Нора Финч стояла в дверях. Грей спросил, что она помнит. Экономка ответила, что была тогда молодой помощницей кухарки и видела, как Клара Вейн вынесла из огня маленькую Элис. Потом доктор Кроу объявил Беатрис погибшей, хотя тела никому не показали.

— А второй ребёнок? — спросил Роуэн.

Нора посмотрела на медальон в его руке.

— Его не было.

— На фотографии он есть.

— Фотографии умеют лгать раньше людей.

Она отказалась продолжать при остальных. Позднее, сказала Нора, она отдаст Роуэну ключ и назовёт имя матери. До вечера ей нужно убедиться, что старая шкатулка всё ещё на месте.

Когда все вышли, Элис задержалась у окна. Грей обнаружил на раме след золотой краски. Элис рассказала, что раму недавно реставрировали. Работал не Хью, а человек, присланный Кларой.

Под половицей Роуэн нашёл клочок аптечной бумаги. На нём сохранилось одно слово: «физостигмин».

Часть вторая

Глава 16

Утро без моста

К рассвету дождь ослаб, однако вода у старого моста продолжала прибывать. Из окон столовой было видно, как коричневый поток несёт ветви, доски и одну перевёрнутую садовую скамью. Рэйвенхолл оставался островом, хотя вокруг него не было моря.

Мортимер распорядился подать ранний завтрак. Серебро на столе блестело безукоризненно, но слуги двигались торопливо и старались не смотреть на пустое место во главе стола. Эдмунд Роуэн попросил оставить все двенадцать приборов. Ему нужно было увидеть, кто по привычке сядет туда же, где сидел накануне.

Роберт занял кресло дяди и заметил это лишь после того, как налил себе кофе. Он вскочил, опрокинув ложку.

— Суеверия никогда не помогали следствию, — сказал Блейк.

— Зато привычки помогают, — ответил Роуэн.

Джулиан Вейн сел возле телефона, хотя аппарат не работал. Клара выбрала место спиной к окну. Питер Эшкомб поставил стул так, чтобы видеть дверь для слуг. Хелен принесла стенографический блокнот и осталась стоять: прежде сэр Генри запрещал ей завтракать с семьёй. Элис молча придвинула ей свободный стул.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.