– Ах да! Мы с ней даже говорили о чем-то несколько лет назад. Правда, она скорее всего этого не помнит. Ибо она была королевой любого бала и каждый среди окружавшей ее толпы воздыхателей добивался ее! Мэгги неизменно бывала любезна даже с молодыми людьми, страдающими заиканием, плохо танцующими или происходившими из незнатных семей. Ко всем она относилась с почтением! Правда, иногда проявляла характер. Например, однажды я заметил, как она окатила холодным взглядом очень знатного молодого человека, грубо толкнувшего простолюдина. Черт возьми, мой мальчик, я все же немного знаю ее, как видишь! К тому же она тогда произнесла, что хотела бы еще раз увидеться со мной… Так что недаром мое сердце трепещет!
– Но не позволяйте ему вылететь, – посочувствовал дяде Чарлзу племянник, – из грудной клетки.
Дядя лишь усмехнулся, не придав значения этим словам, и сказал:
– Что ж, войдем?! Не будем уподобляться школьникам, робеющим у порога дома юной возлюбленной.
– Действительно, что нам стоит!
Джимми и сам горел от нетерпения узреть это бесподобное воплощение добродетели и красоты, расхваленное дядей, хотя сопровождал дядю Чарлза в первую очередь для того, чтобы уберечь его от стрел Амура. Но откровенно говоря, не знал, как их избежать. Конечно, вольно дяде тратить свое состояние как захочется. Вряд ли можно предположить, что найдется молоденькая и богатая женщина, которая согласится сочетаться узами брака с мужчиной дядиного возраста. Пусть даже столь привлекательным и знатным лордом! Правда, нередко заключаются браки по расчету. И женщина в таком случае подразумевала для себя определенную выгоду. Но если уж она сбежит от мужа, то вряд ли сможет рассчитывать получить взамен молодого лорда с блестящими перспективами на будущее. К чести Мэгги, можно было с уверенностью утверждать, что подобного фортеля она не выкинет. Став супругой лорда Чарлза, виконта Лэнгдона, Мэгги откроет себе доступ в аристократические дома не только Великобритании, но и всей Европы. И если сегодня ее наряды выглядят ужасно, то, будучи виконтессой, она позволит себе любые одежды.
– Дарби, – сказал лорд Чарлз своему слуге, – полагаю, мы на час-другой застрянем в этом доме. Может, ты пока заглянешь в ближайшую кофейню или полистаешь газеты и журналы вон у того киоска?
– Спасибо, милорд, я лучше обожду здесь, пока вы с сэром Джимми не закончите дела. А свежие газеты есть у меня и в экипаже.
Дарби приготовился ждать своего старого хозяина. Виконт был добр и снисходителен к своим слугам, хотя и родился в семье, принадлежащей к сливкам столичного общества. Он глубоко верил, что Бог требует от каждого возлюбить ближнего, как самого себя. И почитал священные заповеди, коль скоро жил по тем постулатам, которым молился.
Когда лорд Чарлз отвернулся, Дарби хмуро глянул на Джимми. Тот едва заметно кивнул.
«Так, – подумал Джимми, – этот малый охраняет дядю Чарлза. И при необходимости будет с ним рядом до своего последнего вздоха. Не так уж важно, придется ли ему сразиться с головорезом, противником в палате лордов или же с разъяренной красоткой».
Поднявшись на пару ступенек к парадной двери, лорд Чарлз возложил ладонь на плечо Джимми:
– О, если б ты был моим сыном! Мой кузен слыл святым человеком. И покуда был жив, я считал его не только твоим отцом, но и самым близким из всех родственников. После его смерти таковым стал ты. Поверь, я горжусь этим. И в случае моей смерти, если новая женитьба не принесет мне сына, то…
– Сэр, – прервал дядюшку племянник, – я буду танцевать на вашей свадьбе под колокольный звон и молить Господа, чтобы этот брак не стал пустоцветным! А вы должны всегда помнить, что воспитываете самую очаровательную дочь!
– Да. Но мы оба отлично понимаем, что дочь – это не сын в том мире, в котором нам приходится жить! Тем не менее я счастлив, черт побери! И если эта женитьба не принесет мне наследника, то им станешь ты, получив мой титул и большую часть богатства. Конечно, нельзя забыть и Арианну!
Лорд Чарлз нахмурился. Джимми знал, что Арианна недавно стала причиной немалых неприятностей для старого дядюшки.
– Я молюсь, чтобы до смерти увидеть ее замужем за порядочным молодым человеком, – проговорил лорд Чарлз. – Нет, не за тем, кого сама захочет… Говоря по правде, боюсь за дочь! Я вполне мог бы платить гораздо больше за ее образование. Не в том дело! Главное – Арианне нужна мать! Очень нужна! Я смог многому ее научить. Но не меньше осталось и того, в чем я не преуспел. Поэтому если только леди Мэгги примет мое предложение, то вскоре поймет, что из моих требований к Арианне было правильным, а что нет. И что еще надо предпринять, чтобы она поняла, какое место должна занять в этом мире. Видишь ли, Джимми, гораздо важнее заботиться о своем благополучии, нежели увлекаться азартными играми…
– Арианна слишком молода, дядя, – пожал плечами Джимми, – и пока витает в облаках. Дайте ей время!
Лорд Чарлз неожиданно остановился на верхней ступеньке лестницы и обернулся к племяннику:
– Молю Бога, чтобы дал время и мне!.. Виконт постучал тростью в дверь.
Она сразу же распахнулась, а на пороге возник мажордом и произнес с низким поклоном:
– Добрый день, лорд Чарлз и сэр Джеймс! Разрешите принять ваши пальто и проводить в гостиную. Лорд Ангус и барон Грэм с нетерпением ждут вас. Леди Мэгги тоже сейчас спустится.
– Спасибо, друг мой, – улыбнулся лорд Чарлз мажордому.
Он торопливо снял пальто, перчатки, цилиндр и передал слуге вместе с тростью.
Не дожидаясь, пока племянник тоже разденется, лорд Чарлз прошел в гостиную. Тем временем Джимми передал слуге свою одежду. Заметив на его лице хитренькую улыбочку, он тихо сказал:
– Прекрати ухмыляться, все в порядке. У дяди сердце взыграло! Запоздалая любовь!
– Что ж, сэр, порой любовь приходит не ко времени! Джимми кивнул и, пригнувшись, прошел через низкую дверь в гостиную.
Ангус и Джастин встали навстречу гостям, и все обменялись рукопожатиями.
– Извините, сэр, – умоляюще сложил ладони под подбородком Ангус. – Моя племянница вот-вот к нам присоединится. Как вам известно, женщины всегда чуть опаздывают! К тому же, лорд Чарлз, Мэгги волнуется перед первой встречей с вами. Наверное, в последний момент заметила неполадки в прическе.
– Но мы же с ней уже встречались! – возразил лорд Чарлз.
– Неужели? – оторопело спросил Ангус и покраснел.
– Миледи может и не помнить этого. Тем более что прошло много лет. К тому же в тот вечер ее плотным кольцом окружали молодые люди, жаждавшие получить хотя бы благосклонный взгляд.
В этот момент с порога донесся мягкий как шелк голос:
– Честно говоря, сэр, я действительно плохо помню тот вечер. Но сейчас, увидев вас, я вспомнила нашу встречу и очень рада снова вас видеть.
Джимми круто повернулся. Дама, о которой только что говорили, стояла в дверях гостиной в невероятно широкой юбке и бордовой атласной блузке г алой розой, приколотой на груди. Мэгги появилась бесшумно, и никто из мужчин не услышал ее шагов.
Тонкие, чуть изогнутые темные брови, большие, бездонные глаза, прямой нос, полные чувственные губы, невольно навевавшие мысли о страстности натуры, точеная фигура, высокая грудь…
Джимми признался себе, что появление прекрасной феи ошеломило его. Мэгги же, как бы не замечая Джимми, направилась прямо к лорду Чарлзу. Тот, в восхищении глядя на нее, тихо произнес:
– Дорогая моя, прошедшие со дня нашей первой встречи годы сделали вас еще краше!
– А вам они придали шарм! – тут же ответила комплиментом Мэгги. – Прошу всех сесть, джентльмены! – Только после этого она обратила внимание на Джимми и приветливо ему улыбнулась: – А с вами, сэр, мы действительно никогда не встречались!
Джимми взял руку Мэгги и поднес к губам. И тут же ощутил, будто сотни искр пронизали все его тело. Он выпрямился и взглянул ей в глаза.
– Позвольте представиться, леди Мэгги, – сказал он, гордо подняв голову. – Я сэр Джеймс Лэнгдон. А лорд Чарлз – мой любимый дядюшка.
– Очень мило, что вы приехали вместе! – улыбнулась Мэгги.
Но, скрестившись взглядами с Джимми, она поняла, что этот молодой человек приехал сюда все досконально выведать и, если это покажется необходимым, вырвать лорда Чарлза из плена ее чар.
Мэгги повернулась спиной к племяннику лорда, как бы подчеркивая, что этот молодой человек и его мнение мало что для нее значат. По правде говоря, так почти и было. Ибо Мэгги уже приняла для себя решение.
Джимми почувствовал, как его охватило раздражение.
«Девица жадна до денег!» – подумал он, с презрением еще раз окинув взглядом Мэгги. Правда, она этого не заметила, поскольку все ее внимание было поглощено лордом Чарлзом.
– Присаживайтесь, пожалуйста, милорд! – заулыбалась Мэгги гостю. – Вы предпочитаете чай или кофе?
– Кофе! Ведь это прекрасно! С удовольствием выпью чашечку.
Мэгги сделала знак рукой, и тут же в гостиной возник Клейтон:
– Что угодно, миледи?