– Да, – Эффи вздохнула и прошла по комнате, погладив мимоходом любимое дедушкино кресло. – Я, наверно, больше сюда не вернусь. Не знаю даже, что мне делать.
– А твой дедушка правда был Гриффин Трулав? – продолжал Максимильян. – В смысле – тот самый Гриффин Трулав?
Эффи пожала плечами, не понимая, что он имеет в виду.
– Наверно, да.
Она проверила, нет ли в дедушкином письменном столе других тайников. Может быть, она раньше чего-то не замечала? Хотя дедушка, наверно, позаботился, чтобы все важное внучка получила, но все же… Запустив руку за большой ящик в левой тумбе, она нащупала защелку, о которой не подозревала. Как только Эффи её сдвинула, маленький ящичек выдвинулся вперед между большими ящиками.
В нём лежали три письма: два с одинаковыми золотыми штемпелями и одно без. Все были адресованы Гриффину Трулаву. Эффи просмотрела одно. От какой-то Гильдии Мастеров – как видно, это их золотой штемпель – с сообщением, что ему на пять лет воспрещается применение магии. Дата – почти сразу после миротрясения. Значит, дедушка не шутил.
Второй конверт с золотым штемпелем прислали недавно. «В вашей заявке на звание волшебника отказано». На третьем конверте не было ни штемпеля, ни адреса, ни подписи. Два слова: «Ты поплатишься». Это походило на угрозу. Эффи спрятала третий конверт в карман накидки.
– Ух ты! – повторил Максимильян, понюхав благовония из коробочки. – А библиотека где?
– Наверху. Там теперь, наверно, пусто. Не уверена, что я смогу…
– Пойдем, – решил Максимильян. – Хоть попрощаешься.
Они вместе поднялись по деревянной лестнице, вошли в черную дверь с окошком из синего стекла и полированной костяной ручкой. Вот она. Комната, полная книжных полок без единой книги. Что может быть печальнее для любителя книг! Каждая полка хранит память о книгах, которые на ней когда-то жили. Кое-где дерево выгорело вокруг стоявших томов, в других местах они были отмечены полосками пыли.
Казалось, сами полки вздыхают и вздрагивают, тревожась, куда подевались их жильцы и когда вернутся.
Эхо детских шагов отражалось от стен комнаты, когда они вдвоем медленно обходили опустевшее книгохранилище.
– Жутко здесь, – сказала Эффи. – Мне не нравится.
– Можно тебя кое о чем спросить? – начал Максимильян.
– О чем?
Эффи погладила одну полку.
– Как ты думаешь, твой дедушка знал, что все вот так случится?
– Ты о чем?
– Ну, мог он предвидеть, что твой отец захочет продать книги? Сумел же он устроить, чтобы волшебные вещи достались тебе. Он не оставил тебе какие-то инструкции, не говорил, что делать?
Эффи решила пока не рассказывать Максимильяну, что вещи попали к ней случайно – что у неё и кольца бы не было, если бы его мама её не догнала.
– Он оставил кодициль. Но отец его забрал и уничтожил. Я…
Максимильян неловко помялся.
– А ты не думаешь, что дедушка мог что-нибудь для тебя спрятать? Что-нибудь важное?
– Например, что?
– Не знаю. Может быть… А если воспользоваться очками?..
Снова надеть очки Максимильяну хотелось с той минуты, как он их снял. Это желание было сродни ноющей боли или голоду. Он столько раз читал про эти или такие же очки, но примерить их даже не мечтал. Однажды он прочитал, что люди пытались создать такие же, но цифровые, а не магические, однако попытка не удалась. Цифровым было далеко до волшебных очков с их возможностями.
Эффи достала из ранца старые дедушкины очки. Ей сразу вспомнился дедушка в этих очках, и опять захотелось плакать, потому что он умер и с ним никогда уже больше не поговорить. Сначала Эффи сама надела их – в первый раз, чтобы проверить, что в них видно, но мир просто расплылся, как всегда бывает, когда меряешь чужие очки. И ещё ей показалось, что мозги у неё чуточку перекосились.
– Ничего не вижу, – призналась она, снимая очки. – Ты вроде бы говорил, что они волшебные и дают тебе какую-то особую силу?
– Так и есть, – ответил Максимильян. – Но, как я говорил, нужно самому иметь подходящие способности: внутренний потенциал – иначе они не сработают. Дай мне.
Максимильян надел очки. Да, все видно, и даже яснее прежнего. Энергетический уровень Эффи составлял примерно половину обычного – это хорошо. Были ещё какие-то показания, не понятные мальчику. С ними пришлось бы долго разбираться. Максимильян никому бы не признался, но в душе он обрадовался, что Эффи в очках ничего не увидела. И радовался, что видит сам: значит, он и в самом деле настоящий ученый.
Максимильян не раз читал, что каждый человек обладает какой-то врожденной магической способностью, оставшейся с тех пор, когда мир был более волшебным, – и каждый раз он надеялся, что окажется не воином, не магом и не целителем, а ученым. Пожалуй, в первый раз в жизни он почувствовал себя незаурядным человеком. Мало того – он был нужен Эффи. Нужен, чтобы рассказать о том, что увидел.
– Ну что? – спросила она.
– Все как раньше. Энергии у тебя стало намного больше, но надо бы тебе поскорее поесть. Гм… ну, да, в очках эти комнаты ещё интереснее. Я вижу, какие книжки на каких полках стояли – это пригодится, когда мы будем их возвращать. Правда, я ещё не знаю, как за это взяться…
– А какие-нибудь тайники ты высмотрел?
– Не спеши, – сняв очки, Максимильян протер их найденной в футляре тряпочкой. – Так-то лучше. Ты их захватала пальцами. Хорошо, давай посмотрим. За полками ничего не спрятано, под полками тоже, и над потолком… Ага! Вижу! Вон там, под столом, съёмная дощечка. Думаю, под ней что-то есть.
Эффи опустилась на колени и отковырнула паркетину. Да, под ней кое-что было. Коричневый свёрток, прямоугольный, как книга. Значит, одна книга ей все-таки достанется? На ощупь пакет оказался и мягким, и твердым. Эффи встала, забыв даже отряхнуть колени.
– Разворачивай уже! – поторопил Максимильян.
Эффи снова захотелось остаться одной. Но без Максимильяна она не нашла бы свертка, так что пришлось разворачивать у него на глазах. Внутри был слой пузырчатой пленки, потом оберточной бумаги и ещё раз пузырьки, и ещё бумага, потом слой простой ткани, а затем – шелковой. Она как будто в одиночку играла в «Передай посылку».
Последний слой Эффи разворачивала очень осторожно. Вот оно! Светло-зеленая твердая обложка с золотыми буквами заглавия. «Драконий луг». В книге триста страниц, на вид она очень старая и в то же время новая, как ни разу не читанный антикварный том. Обложка в идеальном состоянии, листы до сих пор белые и хрустящие. Открыв книгу, Эффи увидела надпись, сделанную рукой дедушки его любимыми синими чернилами.
«Ефимии Седецим Трулав, последней читательнице этой книги».
Почему-то от этой надписи у Эффи мурашки побежали по коже. Значит, дедушка хранил эту книгу специально для неё. Ну, конечно! Он же говорил ей искать Драконий луг. Но откуда он мог знать, что она будет последней читательницей? Как это понимать? И почему он так запрятал подарок и никак не облегчил ей поиски? Не сказал, где его найти? Это ведь Эффи случайно повезло, что её оставили после уроков с мальчиком, которому подходят очки. Тут дело даже не в магическом мышлении – совершенная случайность.
Внизу вдруг послышался шум. Заскребли металлом по металлу, потом зажужжала дрель. Видно, кто-то пришел, чтобы поменять замок. Эффи с Максимильяном на цыпочках спустились по лестнице и подошли поближе, чтобы все слышать.
– Да, приятель, – Эффи сразу узнала ворчливый голос. – Вывезем всё завтра утром. В девять часов, приятель. Сегодня замки, завтра вещи.
Это вернулся человек из дома призрения.
Вот, значит, как! Сегодня у неё последний шанс спасти что-то из дедушкиных вещей. Но что взять? Гриффин уже устроил так, чтобы самое важное, волшебное и ценное, она получила. Не считая только книг, которые забрал Леонард Левар. Кроме только этой, «Драконий луг», которую Эффи чуть не упустила.
Под звук дрели Эффи обошла гостиную, последний раз рассматривая картины, глобусы и карты. Черная книга! – вдруг вспомнилось ей. – Та, с которой не расставался Гриффин, занимаясь переводами. Для него она была особенно важной. Где же она?
На письменном столе книги не оказалось, не было и на столике у кресла для чтения. Эффи вспомнилась так и не решенная задачка на магическое мышление. Дедушка чаще всего пользовался тремя лампочками… Верхним светом в библиотеке, лампой рядом с креслом и ещё в винном шкафу. А ведь он довольно редко пил вино. Может, была другая причина так часто включать там свет?
Эффи прошла на кухню и открыла шкаф. И там, за пыльной бутылкой Помероля, лежала черная книга. Раз Гриффин её спрятал, значит, это важная книга. Эффи положила книгу в ранец.
Вернувшись в большую гостиную, она пересмотрела все сувениры и артефакты. В её ранец поместилась бы ещё пара небольших предметов. Максимильян разглядывал карты и схемы на стенах. Эффи готова была уже спросить у него, что ей взять, – ведь он, как видно, кое-что смыслил в таких вещах. Очки он не снимал. На мгновение Эффи стало досадно, что те ей не подходят и она не может увидеть того же, что и он.