– Исчезли, – сказал Александр. – Пойдёмте со мной. Я всё вам расскажу.
5
Он повёл гостей по лестнице на второй этаж.
– Сколько лет твои родители здесь живут? – спросила Ребекка.
– Уже больше десяти, – ответил Александр. – Они переехали сюда примерно после моего рождения. Сейчас мне двенадцать.
Он открыл дверь в комнату, которая была не только скромнее обставлена, чем весь остальной дом, но и казалась гораздо меньше других помещений. И потолок казался ниже.
– Это моя комната, – пояснил Александр, жестом приглашая Ребекку и Джо сесть на красный плюшевый диван. – Я не позволил родителям забивать её вещами, хотя далось им это с трудом. А мне нравится, что она не такая большая, как другие комнаты. Там я часто чувствую себя каким-то потерянным.
– А что это за милый камушек у тебя на шее? – полюбопытствовала Ребекка.
– Мне его родители подарили, – сказал Александр. – В тот день, когда я видел их в последний раз. Это берилл.
Глаза Ребекки вспыхнули.
– Какой красивый! Откуда он?
– Родители рассказали, что нашли его во время одного из своих путешествий и привезли мне как талисман. Якобы он должен принести мне счастье.
– И как? – спросил Джо. – Приносит?
Александр пожал плечами.
– Пока что нет. Во всяком случае, родителей он мне не вернул.
– У меня тоже есть такой недействующий камень на счастье, – сказала Ребекка и вытащила из сумки маленький драгоценный камень в жёлто-золотую полоску.
– Тигровый глаз, – взяв его в руки, поразился Александр. – Красивый.
– Но бесполезный, – засмеялась Ребекка.
– А что означает название Амарак? – спросил Джо.
Александр снова пожал плечами.
– Насколько я знаю, ничего. Родителям понравилось слово.
Джо покачал головой.
– Амарак – просто так не придумаешь. За этим наверняка что-то кроется.
Александр собирался возразить, но тут откуда-то раздался стук. Положив тигровый глаз на стол, Александр встал. Он подошёл к стене с книжными стеллажами и откинул в сторону дверцу, за которой оказалось отверстие примерно метр на метр.
– Что это? – с любопытством поинтересовался Джо.
– Комнатный лифт, – сказал Александр, ухватив канат, скрытый в отверстии. – Прежде на этом лифте поднимали еду из кухни. Не нужно было бегать туда-сюда.
Он потянул канат, и в отверстии показался контейнер размером с коробку, в какие упаковывают вещи при переезде. Там стоял поднос с тремя стаканами.
– Круто! – восхитился Джо.
Александр закрепил канат за крюк так, что контейнер раскачивался на уровне отверстия, а затем, вынув из него поднос с напитками, поставил его на столик рядом с диваном.
– И для Эйнштейна так проще, чем постоянно носиться вверх-вниз по лестнице, – пояснил Александр.
– Так как его всё-таки зовут? – спросил Джо. – Эйнштен или Эйнар Штейн?
– Вообще-то Эйнар Штейн, – сказал Александр. – Эйнар – скандинавское имя, его мать родом из Швеции. Но мои родители всегда звали его только Эйнштейн, и поскольку он не возражает, то и я его так зову.
– И он твой слуга? – сделав большие глаза, спросила Ребекка.
– Он нанят в наш дом, – ответил Александр. – Пожизненно. Так с ним договорились мои родители. Вся его семья погибла в кораблекрушении. Вероятно, он и сам бы там погиб, если бы как раз в это время не помогал при раскопках в Аксуме, в Эфиопии. Там он с моими родителями и познакомился. Услышав, что стряслось с его семьёй, они предложили ему остаться у них. С тех пор из благодарности он возится со мной и ведёт хозяйство.
– А почему он такой мрачный? – спросил Джо. – То есть я хочу сказать, добровольно ведь никто не станет таскать такие старомодные шмотки, разве нет?
– Мы мало с кем общаемся вне дома, – пояснил Александр. – Думаю, со временем от этого становишься слегка с приветом.
– А почему ты не ходишь в школу? – спросила Ребекка.
– Я пробовал, – сказал Александр. – Но у меня как-то не вышло. Занятия для школьников моего возраста казались мне слишком скучными. Тогда я стал учиться на класс старше, но там одноклассники очень болезненно реагировали, если я знал больше их. Кроме того, там сложилась компашка, которая часто доставала меня, поэтому я в конце концов решил остаться дома.
– А кто тебя учит?
– Эйнштейн. Он прекрасный учитель. Ну, может, ему бы чувства юмора побольше, но у каждого свои недостатки.
Александр налил лимонад в стаканы.
– Давно твои родители пропали? – спросила Ребекка, пригубив напитка. Он оказался не очень сладким и хорошо освежал.
– Сегодня ровно год. – Александр опустил взгляд. – Я учил уроки у себя в комнате, когда они зашли и сказали, что должны на несколько дней уехать. Мама обняла меня, и я удивился, что у неё слеза на щеке. Почему она плачет, если уезжает всего на несколько дней? Отец тоже держался как-то необычно, говорил какие-то странные вещи. Я ничего не понял, и когда они вышли из комнаты, просто продолжил заниматься, не ломая над этим голову. – Тут он вздохнул. – Следующие несколько дней Эйнштейн был ужасно заботлив. Каждый раз, идя за покупками, он приносил мне какой-нибудь сюрприз. Именно поэтому я стал что-то подозревать и спросил его, когда мама с папой вернутся домой. А он ответил, что они не вернутся никогда. – Александр запнулся. – Якобы у них какая-то секретная миссия, которая продлится, видимо, всю их оставшуюся жизнь. Эта миссия, мол, жутко опасна, и они ни за что не хотели подвергать опасности и меня. Поэтому скрепя сердце они решили оставить меня в Амараке.
– Что за чушь! – Голос Джо заставил Александра вздрогнуть. – Опасная миссия! Никакие родители не станут оставлять своего ребёнка. Что это ещё за суперопасная миссия такая?
– Ты не знаешь моих родителей, – возразил Александр. – Они не просто какие-то там археологи, а самые лучшие. Они обнаружили артефактов больше всех на свете.
– Арте… что? – спросила Ребекка.
– Предметы исторического значения, – объяснил Александр. – Легендарные вещи такие, обычно есть только очень расплывчатые их описания. Часто эти легенды – просто выдумка, но иногда за ними кроется нечто большее. Мои родители – крутые специалисты по нахождению таких артефактов.
– Что по-прежнему не объясняет, почему они оставили тебя, ничего не рассказав, – пробурчал Джо.
– Если это опасно, то наверняка как-то связано с одним из их открытий, – предположила Ребекка. – А чем они занимались в последнее время?
– Многим, – сказал Александр. – Они всегда вели десяток проектов одновременно, это необходимо, потому что иногда годы проходят, пока поиск какой-нибудь древности увенчается успехом.