– Нет. Вроде как из спецов высшего класса, хотя я и не успела понять, в каких именно случаях его используют. Но больше всего меня насторожил третий. Тот светловолосый с татуировками. Я не смогла его прочесть.
– Как это? – нахмурился Нибель. – Чип?
– Если и чип, то тот, с которым я ни разу не сталкивалась. Но скорее всего это не чип. Сам этот человек… просто не такой, – скомканно объяснила я. – И он единственный, кто смотрел на меня с интересом.
– Возможно, чисто мужским. – Хозяин рассеянно погладил дряблый подбородок.
– Может быть. Я могу видеть то или иное, выводы делаете вы.
– И все же ты уверена, что у лонгийцев есть двойное дно. Альге послал Бакара для совершения сделки, весьма выгодной сделки! Но помимо этого пытается добиться чего-то еще. Возможно, за моей спиной.
Я потянулась как кошка и встала за спиной Нибеля, мягко массируя его напряженные плечи.
– Этот Ядгар Альге может быть опасен для вас?
– У нас нет причины воевать друг с другом… Но если он захочет, сможет причинить большие неприятности и мне, и всему Трейду. Он влиятелен в Лонге… Собственно, в его руках сосредоточена большая часть власти на этой планете.
Я склонилась к уху хозяина.
– Что вам бояться планетного царька? Ваши владения простираются на несколько миров. Даже если он поссорится с Ньюландом или уничтожит его, у вас еще будут другие миры Трейда. Что одна Лонга против них?
Руки мужчины легли поверх моих ладоней.
– Не надо, не успокаивай меня. Немного тревоги мне сейчас не помешает. Это не захудалая окраинная планетка. Если бы у Независимых миров была бы планета-столица, ей бы безусловно стала Лонга. И пока Альге властвует там, он влияет на все Независимые миры. Скорее правительства Токсаны и Маврики откажутся от меня, чем пойдут на ссору с Ядгаром. И только идиоты с Ньюланда могут считать, что с ним можно играть.
– А что он вам предложил, этот Альге?
– Не твое дело. – Голос Нибеля не изменился. В отличие от его эмоций.
Я поспешно убрала свои ладони с его плеч и отошла в сторону. Хозяин не любил, когда я лезла в его дела, хотя по роду моих обязанностей я знала о них больше остальных. Опасное знание, абсолютно не применимое для меня. Даже реши я использовать полученную информацию против хозяина, едва ли справилась бы самостоятельно. Эсперы обладают весьма неплохим интеллектом, но неискушенны в сложных интригах. Наш разум обычно так перегружен чужими ощущениями и мыслями, что ему просто не хватает времени и ресурсов для оценки событий. Эсперы слишком полезны, чтобы не вызывать интереса власть имущих. И, будем честны, изрядно тупы, чтобы завоевать власть самим. Поэтому они – просто орудие в чужих руках, не более.
Лонгийцы вернулись через пару дней, и после долгих переговоров и обсуждений, на которых мне тоже приходилось торчать, изображая из себя этакий элемент декора, мой хозяин и Бакара наконец нашли устраивающее всех решение. Я уже тогда понимала, что Нибеля поймали на крючок его жадности, но не предполагала, сколь страшными окажутся последствия.
Лонгийцы достаточно часто появлялись в нашем доме по тому или иному поводу. Кажется, заключенная сделка требовала постоянного контроля с обеих сторон и обсуждения хода событий. Тихий дом в Токсане на несколько недель превратился практически в военный штаб. Нибель, обычно старавшийся держать меня подальше от чужаков, в эти дни почти постоянно нуждался в своем эспере. Все эти встречи и переговоры… Я была нужна ему здесь и сейчас. В свободное же время сидела в своей комнате, наслаждаясь редким одиночеством, и старалась не привлекать внимание. Однако лонгийцы не были глупы и вскоре узнали о моем даре. Стоило ли говорить, сколь сильно изменилось их отношение ко мне?
Впрочем, Юрий Цехель, тот самый светловолосый телохранитель, что сопровождал Бакара, отношение не изменил. Он, как мне казалось, знал о моем даре всегда. И приехал из-за меня. Или даже ради меня.
Однажды мы столкнулись в библиотеке. Он зашел туда в тот момент, когда я искала книгу для того, чтобы скрасить вечер. Просто подошел и перегнулся через плечо, чтобы посмотреть, что я держу в руках.
– Братья Гримм? Ты не выросла из таких историй? – Тягучий, раскатистый низкий голос заставил меня вздрогнуть и сжаться.
Разве он не знает, что неприлично разговаривать с чужими рабами? Если я отвечу ему, это будет нарушение всех правил.
Я потупила глаза, жалея, что он загородил мне выход.
– Тебе нравятся древние истории с Земли? – продолжал допытываться этот странный тип. – Почему ты не отвечаешь? Ты не умеешь говорить?
– Вот это вряд ли. Эспер, не умеющий говорить, бесполезен. Хотя то, что она читает, пусть даже такую ерунду, уже чудо. Обычно эсперы тупы как пробки, и их хозяева не тратят время на то, чтобы обучать их чему-то сложному.
Карим Ли, тот самый военный, что всюду сопровождал торговца Баккара, и доверенное лицо Ядгара Альге. Явно раньше сталкивался с эсперами, это видно по тому, как снисходительно-брезгливо он относится ко мне. В его памяти мелькает образ толстого старика с обиженно оттопыренной губой и глуповатыми глазами навыкат. Тот эспер… Карим презирал его и в то же время боялся.
«Ты все равно не спрячешься от моего Лена, Карим. Ты должен перестать бояться эмпатов, тебе, возможно, не раз еще придется иметь с ними дело».
Я вздрогнула. Какое же влияние оказывает этот Альге на Ли, раз слова господина до сих пор так ясно звучат в голове Карима?
Его было легко читать, этого вояку. Он не умел скрывать свои чувства и мысли. Так и сейчас, находясь рядом со мной, он разрывался между неприязнью и любопытством. А еще отчего-то злился на Юрия. Считал, что тот отвоевывает у него доверие Альге. О, эта ревность и обида раздирала его, как и желание узнать тайны Цехеля. Становись в очередь, Карим.
Судя по слегка удивленному взгляду Юрия, я опять выпала из реальности. Надеюсь, хоть слюну не пустила. Покраснела и немного склонилась, надеясь, что он поймет мою просьбу меня пропустить.
– Так почему же она не говорит, Карим? – капризно повторил Цехель, тепло улыбаясь мне одними глазами. Это странно. Чувствовать человека, но не понимать его.
О чем ты думаешь, Юрий? Как ты ко мне на самом деле относишься?
– Видимо, потому, что ей приказал хозяин. Перестань приставать к чужой рабыне. Нибелю это может не понравиться, а Бакара сказал, что мы должны быть предупредительны с токсанцем.
– Не понимаю я ваших правил, Карим, – улыбнулся Юрий, разводя руками, отчего побрякушки на его запястьях мелодично зазвенели. – Что такого, чтобы просто поговорить с симпатичной девушкой?
«Союзник», — раздраженно подумал Ли. Значит… этот человек, Юрий, родом с одной из планет Космосоюза? Интересно, почему он тогда служит Альге? Неужели из-за своих способностей? К такому, как он, ни один эмпат не найдет подхода. Какими еще талантами он может обладать?
– Ты как хочешь, а я пойду. – Ли пожал плечами. – Не хочу, чтобы в моей голове лишний раз кто-то рылся.
Юрий беспечно улыбнулся, и я поняла, что он отлично знает о своей способности к защите от эмпатического дара.
Он здесь ради меня. Я не могу этого знать, у меня нет ни одного по-настоящему весомого довода для подозрений, но отчего тогда так уверена в этом?
Выдержать внимание этого страшного человека было сложно. Я проскользнула мимо него и побежала не оборачиваясь, как будто боясь, что он может меня преследовать. Конечно же, он этого не сделал. Страх мой, иррациональный и глупый, прошел только через несколько часов, а до этого я сидела в своей комнате как мышка, не в силах даже играть в свои любимые «стрелялки».
Нужно было поговорить об этом с Нибелем. И не потому, что я так уж сильно ему предана, но если лонгийцы затевают интригу, в которой учтен фактор наличия эспера у господина, то последствия могли быть самыми непредсказуемыми. И для меня в том числе. Не уверена, что хотела бы, чтобы в моей жизни происходили слишком крутые перемены. Жизненный опыт подсказывал, что подобные перемены редко сулят удачу. Конечно, я все еще мечтала о другой жизни, в которой была бы свободна, но мое сегодняшнее положение, когда обо мне заботились, было не самым худшим, что со мной могло случиться.
На следующий день лонгийцев не было, поэтому разговор о Юрии Цехеле пришлось отложить. А затем мои подозрения чуть поутихли, и я уже начала корить себя за излишнюю мнительность.
Не о чем было волноваться. Лонгийцы добились своей цели в Трейде, вынудив ньюландцев пойти на уступки, Нибель расширил бизнес, а благодаря помощи Альге заодно смог подтопить нескольких своих конкурентов. Бакара, а с ним вместе и Цехель должны были вскоре улететь, но перед своим отлетом решили обсудить еще один «важный вопрос» с моим хозяином. Правда, не здесь, на Токсане, а на космостанции Эйдо, где в данный момент был пришвартован их корабль. Спускаться на землю они в этот раз не стали.
Эту территорию можно было считать нейтральной, и не было ничего страшного в том, чтобы встретиться на Эйдо со своими партнерами по бизнесу. Судя по возбуждению Нибеля, поступившее ему предложение действительно стоило того, чтобы сорваться в последний момент на встречу, которая не была обговорена заранее. Да и чего ему бояться, если он был хозяином сектора, пусть и одним из многих, а лонгийцы – всего лишь чужаками?
Господин улетел на переговоры, оставив меня на Токсане. Привычное дело. После одной из попыток меня похитить, перехватив на космическом корабле во время полета на Маврику, он старался не выпускать свою «игрушку» с планеты. Собственно, я три года даже поместье не покидала. Не было более безопасного места для меня, чем этот дом на далеком от городов побережье. По крайней мере так казалось. Это был мой мирок, маленький, но уютный. Вскоре он был разрушен.
В ночь 17 апреля 1321 года от Пакта Свободы, благодаря которому Независимые миры отделились от Космосоюза, Нибель покинул Токсану. Ранним утром 18 апреля того же года на его дом напали. Систему защиты поместья взломали как орех, прежде чем охрана успела что-либо понять. Поэтому несанкционированный боевой катер без опознавательных знаков смог сесть на взлетную площадку дома без особых проблем, а не был встречен массированным ракетным ударом, как должно было бы быть. Катер был пятиместным, охраны в поместье – около десяти человек, не так уж мало даже с учетом того, что часть людей Нибель забрал с собой. Но внезапность оказалась на стороне чужаков, да и действовали они более профессионально. Мне сложно судить об этом. Я плохо разбираюсь в таких вопросах, а ночь была и так насыщена событиями, чтобы ломать себе голову, как легко захватчики смогли проникнуть в хорошо укрепленный объект.
Я проснулась в третьем часу ночи от странного беспокойства, заставившего меня выйти на балкон. Внизу было удивительно шумно для столь позднего часа, во дворе отчего-то горел свет. Кого-то искали?
Глухой взрыв этажом ниже. Чей-то крик, скорее злости, а не боли, но уже на моем этаже. Эхо чужой растерянности и гнева согнало с меня остатки сна. Я растерянно стояла у приоткрытых створок балкона, не зная, что делать. В таких случаях за мной всегда приходил кто-то из телохранителей Нибеля и уводил в безопасное место. Но сейчас никто не пришел. Должна ли я сама выйти и поискать кого-нибудь? Нет. Безопаснее было остаться тут и ждать, пока опасность утихнет. Я зашла обратно в свою комнату и, укутавшись в спешно накинутый халат, спряталась в самое безопасное место. В шкаф.
В моих комнатах нет замков. Рабам не полагается закрываться от своих хозяев, поэтому, чтобы попасть ко мне, не нужно было взламывать дверь. Ее просто открыли, и в комнату зашли два человека. Я не могла их видеть, но чувствовала вполне. Одного распознать не смогла, но вкус его мыслей, наполненных яростью и весельем, показался мне незнакомым. Второй же… Это ощущение, что он вызывал у меня, – замешательство и страх, – я не успела забыть. Юрий Цехель.
– Ты уверен, что это ее комната? – негромко спросил незнакомый лонгиец.
Я услышала звук открывающейся балконной двери. Но меня уже там нет.