С экрана, как и в первый раз, после гонок, к светящейся горловине пролетели три человека.
– Мне не совсем ясно, я выиграл игру?
– Победа здесь неважна. Главное – ты ликвидировал двух персонажей, а спецназовец, его судьба в данной жизни – быть военным. Полетаем? Есть один хороший пилот, он мне подходит по всем параметрам.
– Что значит – подходит?
– Все, что здесь происходит, я тебе объясню позже. Допустим, завтра. Если тебе удастся снова попасть сюда. – Внимательно посмотрев на меня, он предложил мне еще одну игру.
– Можно, – согласился я.
– Тогда пойдем, найдем нашего персонажа.
Экран перенес нас на аэродром.
– У тебя будет тренировочный полет. Выжми все, на что способна машина. Пойдем послушаем, что говорит наш персонаж.
Мы подошли к группе пилотов. Дословно слышали их разговор. «Парни, сегодня я покажу высший пилотаж на своей машине, хотя и немного староватой». – «Виктор, тебе бы лучше на тренажерах потренироваться, повышая свое мастерство. А твои выкрутасы в небе плохо кончатся – погубишь себя и машину». – «На тренажерах у меня не захватывает дух, как в небе, и все-таки как пилотировать – мое дело».
– Вот Виктор и есть наш пилот.
Я всегда в играх плохо управлял самолетами, вертолетами и решил отказаться от игры.
– Нет, я не буду в нее играть.
Мой отказ не удивил Морсона.
– Хорошо, желание твое. Но нам придется все-таки посмотреть последний полет нашего аса.
Виктор уже сидел в кабине вертолета и запускал двигатель. Прошло немного времени, и он начал свой полет. Взлетев в небо, вертолет Виктора выполнял повороты, зависал в воздухе. Потом пошел резко вверх и стал переворачиваться вверх колесами. В нормальное положение он уже не встал. Штопором пошел вниз, врезаясь в землю. Взрыв. Мы вернулись к экрану. Виктор тоже последовал за ушедшим до него персонажем.
– Как тебя звать, друг? – провожая взглядом Виктора, спросил он меня.
– Сережа, – назвал я свое имя.
– Ты хорошо поиграл, Сережа. Меня величают Морсоном. Твой сон исполнился. И теперь ты здесь. Я думаю, мы с тобой скоро увидимся. Мы могли бы еще поиграть, но тебе пора просыпаться. Я жду тебя.
– Сережа, пора вставать, – сквозь сон слышал я, медленно пробуждаясь. Пытаюсь вспомнить все подробности. Но мой сон не возвращается ко мне в моей памяти. Придя со школы и занимаясь своими домашними делами, увидел по телевизору выпуск новостей. И мой сон вновь всплыл воспоминанием: погибшие сотрудники ДПС, катастрофа вертолета. Я вспомнил все детали увиденного сна.
– Мама, а я это видел все во сне, – сказал я.
– Что ты видел во сне?
– Как погибли полицейские, катастрофу вертолета. Я даже сам сидел за рулем автомобиля. Это было как компьютерная игра, только во сне.
В комнате находился мой дядя, пришедший в гости. И он не упустил случая высказать свое мнение о подрастающем поколении.
– Тебе надо меньше играть в компьютерные игры. Дети растут возле компьютера, книги им не интересны. В футбол во дворе не играют. Им построили хороший стадион, нам такой и присниться не мог. А они целыми днями сидят у компьютера, играют. Какая психика это выдержит! Сны ему уже начинают сниться. Ты, мать, скоро поведешь его к психиатру, – высказал он свое мнение о состоянии моего здоровья.
Странно дядя говорит: два часа игры на компьютере для него – целый день. Хожу в школу, да и во дворе постоянно гуляю. Книжки я не читаю – так у нас их нет. К психиатру меня скоро поведут… Ты бы лучше себя к наркологу отвел, любитель пива!
День тянулся, я с нетерпением ждал наступления ночи. Поиграв перед сном, я лег спать, в мыслях улетая в глубину моря. Мой сон головокружителен, я лечу вниз, врезаясь в тихую гладь воды.
– Я вижу, тебе здесь очень понравилось – играть в мои игры. Я тоже большой любитель поиграть, – Морсон стоял возле шаров, глядя на экран.
– Я смотрел вечерний выпуск новостей по телевизору. Там показывали очень похожие происшествия, которые все я видел здесь и даже принимал в них непосредственное участие.
– Я тебе обещал все объяснить… или почти все. Ты помнишь условие – я выбираю себе персонажей. Они мне нужны – зачем, ты узнаешь позже. Все, что ты сейчас видишь на экране, – реальная ваша жизнь. И не моя вина, что она полна происшествий, заполняющих пустоту вашего бытия. Придет твое время, ты узнаешь многое. А пока для тебя игра во сне. Там, на экране, реальная жизнь! Для тебя – сон. И, как говорят в вашем мире, вещий сон. Неплохо для мальчика играть во сне в любимые игры, не так ли? – спросил меня он.
– Я не против. Мне нравится.
«Зачем отказываться от сновидений?» – подумал я.
– Отлично! Мы продолжаем играть. У нас сегодня выбор огромный. Ограбление банка! Не желаешь участвовать?
– Ну, я не знаю, в качестве кого.
– Выбор твой – охранник, полицейский, налетчик. Только одна маленькая деталь: выживет один полицейский.
– Я выбираю сотрудника полиции: не очень интересно играть за обреченных.
– Начинаем.
Налетчики начали движение. На экране появились трое парней, сидящих в машине и обсуждающих свой налет: «Врываемся одновременно. Коля бежит к кассе. Я стою у выхода и снимаю охранника. Дима валит посетителей на пол. Все просто, как семечки щелкать». Налетчики начали выходить из машины.
– Задачу ты свою знаешь: кроме упомянутых персонажей больше никто не должен пострадать. По крайней мере от твоих действий.
– Я помню вчерашнюю игру.
Я положил руки на шары. Начало ограбления я не видел – в это время я сидел в полицейской машине. Их было двое, они молча слушали радио. Мой полицейский сидел за рулем. Прошло секунд тридцать, по рации передали об ограблении банка. Я взял управление машиной и полицейским на себя. Прошли поворот, банк оказался перед нами. Других экипажей не было. Врезаюсь в двери банка, заехав прямо в зал. Грабители не растерялись и открыли огонь. Мой напарник был убит. Полностью управляя телом полицейского, выскочил из машины и тремя выстрелами ликвидировал одного стоящего у входа. Мог потратить и два патрона, но решил действовать на все сто процентов на поражение грабителя. Падая на пол, стреляя, обезвредил стоявшего в центре зала. Третий налетчик так и не понял, что остался один, пытался попасть в меня, но на том месте, куда он стрелял, меня уже не было. Я не понимал, что мне помогало – мое умение играть в игры или тренированное тело полицейского. Стрелял в него уже стоя, прячась за банкомат. В него тоже выпустил три патрона.
– Отлично. Хороший результат. Все пять персонажей на месте, куда они давно стремились.
Охранник пришел сюда первый. Стоя возле шаров, смотря на экран, видел, как с него вылетают трое налетчиков и один полицейский, полетев в знакомую мне горловину.
– А мне интересно, что там находится, почему все улетают туда?
– Пойдем я тебе покажу.
Мы с Морсоном направились к горловине.
– Первое твое появление здесь я рассматривал, как случайность. Но прилетев сюда второй раз, ты дал мне понять, что твои полеты нужны и тебе и мне. Я даже заинтересован больше, чем ты. Сегодня я тебе объясню, но не все, отвечая на твой вопрос.
Мы шагнули внутрь горловины. Оказались в большом зале, где стояло огромное количество шаров. Зал разделяла полоса на два сектора. В одном находились мы с Морсоном, в другом – похожий на Морсона человек, только смуглый. Он стоял у шара и молча им манипулировал. Экран также разделяла полоса.
– Ты, наверно, понял: наше строение делится на два сектора – мой и Ландвера, – Морсон кивнул в сторону смуглого. – Мы с ним готовим грандиозную игру. Знать ее детали тебе пока рано. Придет время, я тебя с ней познакомлю. Персонажи, которых я выбираю, уходят во вторую половину моего сектора. Там у меня хранилища. Пока все, к сожалению! У нас есть дела. А твое тело потребует пробуждения. Не будем отвлекаться. Мне сегодня нужно еще пять персонажей. Тебе предстоит поиграть. Завтра ты узнаешь больше. Для тебя у меня есть хорошая игра – гонка в «Формуле-1». Скажу честно: как бы ты ни старался, в гонке до финиша ты не доедешь. Нашему пилоту суждено выехать на последний свой старт в жизни. Задание твое прежнее – никаких пострадавших, кроме моего пилота. Играть будем здесь, в зале такое же управление, как ты видишь, здесь есть.
Я проделал знакомую процедуру и оказался за штурвалом болида. Стартовал я плохо, меня обогнали почти все. В гонки «Формулы» я не большой любитель играть, мне больше нравилось уходить от погони, делать резкие развороты. Решил отдать на некоторое время управление хозяину болида. Пилот выругал себя за неудачный старт и быстро начал исправлять свой промах. Получалось у него неплохо – обошел уже двоих за полминуты. Манера вести машину у моего пилота была агрессивной и очень опасной. Другие участники тоже были агрессивны и не скрывали своего желания выиграть любой ценой гонку. И кто-то из них должен был погибнуть, мне стало ясно. Вероятно, на кону был большой куш, если они все безголово неслись к финишу. Больше я не стал брать управление машиной, отдавая пилоту возможность самому пройти свой путь самоуничтожения. Закончилось все, как и говорил Морсон. Разогнавшись слишком быстро, он не успел войти в поворот и ударился в заграждение. Вероятно, он бы выжил, но его болид загорелся. Полет гонщика в хранилище я смотрел с Морсоном.