Потом привыкаешь и делаешь все довольно-таки спокойно. Вам никогда не было интересно, насколько меняется умерший, спустя год?
– Никогда не задумывался об этом, – скривившись, ответил психиатр.
– Некоторые из них меняются, некоторые нет. Некоторые сильно разлагаются, некоторые не очень. По некоторым вовсю ползают черви, питаясь гниющей плотью, а по другим – нет. Даже если при жизни человек имел лишний вес, спустя год все соки уходят, вода испаряется из тела, масса мышц сокращается и человек – всего лишь скелет, обтянутый кожей. Вы можете мне не поверить, но пару раз я находил трупы людей в неестественном состоянии. То есть, их похоронили заживо, и они, очнувшись в могиле, пытались выбраться. Но полтора метра под землёй никогда не дают такой возможности. И они медленно и мучительно умирали…
То, что вас интересует, произошло на сельском кладбище.
Кладбище находится в 10 километрах от города, и до него вполне можно добраться на автобусе.
Эта девушка приворожила моё внимание.
В тот день было несколько похорон сразу. Но её пришла проводить такая толпа, что было очень сложно протиснуться. Девушку звали Анжела. На вид лет двадцать с небольшим. По традиции, молодых незамужних девушек обычно хоронят в свадебном платье, чтобы она смогла выйти замуж на том свете.
Но почему-то… её хоронили в черном!
Как я потом выяснил: она была актрисой. Получила главную роль в фильме «Чёрная дама». В интернете писали, что Анжела безумно хотела эту роль и её утвердили.
Немного потолкавшись среди скорбящих, я услышал, что она была милой, доброй, безотказной (так обо всех покойниках говорят), и много работала, чтобы получить эту роль.
Анжела с друзьями пошла в кабак праздновать получение роли. Пьяные мужики в ресторане начали бузить, и один с ножом кинулся на обидчика. Тот увернулся, но разгневанный смутьян, потерявший способность соображать, летел, на подругу Анжелы. У всех были считанные секунды. Единственное, что смогла сделать Анжела – шагнуть вперед и заслонить подругу собой. Нож вошел ей в грудь и она умерла на месте.
Хоронили актрису в игровом костюме. Пышное черное платье, сверху обшитое гипюром, и черная шляпа с вуалью из фатина.
Эта девушка просто поразила меня. Создавалось впечатление, что она играет роль лёжа в гробу. Столько в ней было чувств. В мертвом теле не может быть столько эмоций! Казалось, что она не умерла вовсе.
Но ведь, такое впечатление создается у многих, кто смотрит на покойников.
Анжела завладела всеми моими мыслями. Я словно сошёл с ума. Каждый день просыпался и начинал утро просмотром фильма с её участием. Любовался её прекрасными чертами, изучал о ней статьи в интернете. Каждую минуту думал о ней. Потом пугался собственных иллюзий, ловя на мысли, что Анжела мертва.
Она лежит в гробу и разлагается!
От этой мысли я сходил с ума ещё больше.
Потерял интерес. Аппетит. Начал терять заказы. Стал реже выходить из дома и как умалишённый просматривал фильм за фильмом по несколько раз.
Это продолжалось около месяца. Пока не пришло решение: я хочу её увидеть!
Этим же утром, на рассвете, я с трудом раскопал её могилу. Унылая полная луна тускло торчала на небе, иногда стыдливо прячась за облаками. Но даже, когда небо посветлело, она не желала уходить, раздражая, как навязчивая гостья. Мне показалось это странным. Ведь обычно мне нравилось смотреть на луну. Но сегодня хотелось её сбить, как дразнящую мишень в тире.
Был конец ноября и местами уже лежал снег. Земля была промёрзшая и влажная, что создавало некоторые трудности. Но желание увидеть Анжелу оказалось сильнее.
То, что я увидел, повергло в шок.
Она ни капли не изменилась с момента своей смерти.
Это точно! Ведь я каждый день разглядывал её фотографии.
Обычно старался не касаться покойников, но иногда приходилось.
Здесь, я не выдержал и дотронулся до руки девушки. Конечность была холодной, но не трупной. Я попробовал слегка приподнять её руку и пришел в замешательство. Рука, хоть и с трудом, но поддалась вполне свободно. Я осторожно поднял вторую. Обе кисти безжизненно повисли в моих руках. Я легонько помотал ими в воздухе и резко отшатнулся, отпустив конечность, словно прикоснулся к гремучей змее.
До меня начало доходить.
Если Анжела ни на день не изменилась, температура тела ниже человеческой, но выше, чем у покойника, а суставы не «окоченели», руки имеют гибкость, то…
Означает ли это, что она… не мертва?!
Чтобы это проверить, я осторожно повернул её голову вправо. Влево. Осторожно запустил руку под шею и попытался приподнять. Тело спокойно поддалось и я, взяв девушку на руки, переложил её на гравий.
Выбравшись из могилы, я присел возле Анжелы на корточках и принялся рассматривать. Повторюсь, ранее, я просто фотографировал покойных, и тут же закапывал, наводя полный порядок на могиле. Но здесь у меня зародились сомнения. Выражение лица с последнего момента, когда я видел Анжелу, немного изменилось.
Я осторожно приоткрыл ей один глаз и принялся рассматривать. Радужка была орехового цвета. Приоткрыл второй. Теперь глаза девушки без интереса смотрели в ноябрьское небо. Разумеется, не двигаясь. Но трупного эффекта кошачьего глаза и изменения цвета не было!
Стало не по себе, и я, немного потрогав щеки, создал подобие улыбки её лицу. Несмотря на все мои попытки, выглядела она жутковато. В пышном черном платье, с откинутой вуалью от шляпки, она лежала на спине, и с легким намеком на полуулыбку созерцала утреннее небо безжизненным взглядом. Плечи мои невольно передернулись от этой картины.
Я слегка приподнял Анжелу и оттащил к ограде. Провозился я с ней минут двадцать, не меньше. Наконец, усадив и создав интересный образ, добился нужного мне ракурса. Принявшись фотографировать, с удовольствием любовался качеством фотографий и отблеском от вспышки в её глазах.
Я увлекся и не заметил, как наступило утро.
Понял это, когда услышал, как какая-то женщина орет: «Ты что делаешь, ирод!»
Не успел ни испугаться, ни удивиться. Просто обернулся и увидал женщину средних лет, в черном платке, легкой куртке, резиновых сапогах, и с метровой лопатой в руке. Это все, что я успел разглядеть! Этой самой лопатой она мне и зарядила по голове. Но… Прежде, чем потерять сознание, я увидел кое-что странное…
– Что? – переспросил психиатр.
– Она – мёртвая девушка… на её лице больше не было улыбки. Я повернул её так, чтобы она смотрела вдаль. А она смотрела прямо на меня. Прямо в глаза.
Я замолчал.
Док тоже молчал.
Наконец он спросил у меня:
– Ну, с тобой-то мне все ясно. А куда ты девушку дел?
– Я её никуда и не девал.
– Что ты хочешь этим сказать?
– Я очнулся у соседской ограды, прислоненный спиной к холодной железяке. Руки крепко привязаны за спиной, к могильной ограде, так, что если мне вздумалось бы уйти, то только вместе с ней. Спустя какое-то время прибежала сумасшедшая, огревшая меня лопатой, вместе с какими-то пьяницами. Ещё через некоторое время появилась полиция. Меня забрали в ментовку, камеру отобрали в качестве улики. Ну и сейчас я здесь. Прохожу, как вы это называете, лечение. Признан психически больным. Но это не так.
– А с девушкой что?
– С какой девушкой? – переспросил я.
– Ну, с мертвой.
– Наверное, она все-таки была не совсем мертва, – предположил я вполне спокойно.