– Ярик прав, не стоит слишком загоняться. Все-таки у нас отличный капитан. – За такой ответ сама себя хотела шлепнуть кувалдой по лбу, чтобы у меня раз и навсегда отпало желание болтать чушь.
– Эй, а как же я? Ты разбила мое несчастное сердце на кусочки. – Артист погорелого театра был превосходен в роли несчастного влюбленного, от чего мне было не по себе. Андрей допивал свою газировку с довольной улыбкой на губах, а Ярослав откинулся на спинку стула, обнимая свою девушку. Если я не ошибаюсь, то ее зовут Ангелина. С этой девушкой мы пересекались не так часто, как с парнями. Чаще всего она обитает в своей девчачьей компании, лишь изредка появляясь за нашим столиком, чтобы просто поглазеть за Ярославом – лишь бы никто из нас не положила на него глаз, и не дай Бог, не увела его у нее.
– Друг, ты уж прости, но, кажется ты не в ее вкусе, – в шутливой форме ответил Андрей. Всех присутствующих пробрало на смех, а меня смутило. Пальцы Ильи поспешно отдалились от меня и больше не прикасались. Легкий холодок коснулся теплой кожи, по рукам расползались мурашки. Я поерзала, стараясь отделаться от неприятного ощущения. Рони это заметила, сначала внимательно посмотрела мне в глаза, а когда поняла, что все нормально, то приободряюще улыбнулась. Я лишь улыбнулась в ответ.
День почти подходил к концу. На город плавно спускались сумерки и легкий холодок.Все оказалось не так уж плохо, раз я смогла спокойно вытерпеть общество школьников, то это прогресс. И можно смело подметить, что моя хандра более менее сходит на «нет». Я почти совсем не устала, может, еще посмотрю старый фильм, выпью кофе и поиграюсь с Шоколадкой.
Медленно направляясь к дому, я услышала характерный звук входящего сообщения. Замерзшими пальцами провела по экрану, чтобы разблокировать телефон и поскорее вошла в диалоги.
«Сень, можно я приду к тебе сегодня вечером? Ужасно соскучился по своей подруге».
От присланного СМС Ильи сердце гулко забилось о ребра, пальцы умудрились согреться, а вот голова была не особа довольна таким извещением. После сегодняшнего происшествия в школьной столовой, его странной реакции,мне не по себе находиться с ним наедине, может это все ради поддержки, а я зря себя накручиваю, но все равно шестое чувство мне подсказывает, что здесь что-то не ладное.
Глава 5
Сердце забилось слишком часто, когда раздался повторный звонок в дверь. Надеяться на то, что Илья прекратит и просто так сдастся совсем неразумно. Он всегда упорно добивался любой поставленной перед собой цели, даже если на кону стояло то, что дорого ему.
– Я знаю, что ты дома. Прошу, просто открой эту дверь, иначе я ее выломаю. – Он продолжал колотить дверь. Даже через кусок так называемого деревом, я слышала стук его сердца и сбивающееся дыхание.
Мне казалось, что если я решусь на этот шаг, то случится то, что изменит мою жизнь. Хотя хуже уже явно не будет, так ведь? Мне нечего терять. Именно с такой позицией я распахнула несчастную дверь перед другом. Его темные волосы были в полнейшем беспорядке, кажется кто-то слишком часто поправлял и без того идеальную прическу. Илья делал это, если сильно нервничал, всегда в детстве, когда он шел сознаваться маме в том, что написал контрольную на «двойку» или просто напроказничал, он безумно волновался. В голову не приходит не одной причины, из-за который он может так волноваться.
– С тобой все в порядке? Почему ты так нервничаешь? – Илья потер костяшки пальцев и протиснулся сквозь меня в гостиную, казалось бы, совсем маленькую по сравнению с этим парнем.
– С чего ты взяла, что я нервничаю? – В воздухе буквально витала напряженность. Какими бы серьезными не были обстоятельства, он может об этом рассказать, я постараюсь понять и принять.
– Слушай, я знаю тебя не первый день и прекрасно изучила все твои «особенности». Так что да, у тебя на лбу крупными красными буквами написано «Я НЕРВНИЧАЮ!» – Вот это да, выдала. Повышать голос я не привыкла, но сейчас все было сказано на эмоциях. Вдохнув поглубже я продолжила. – Просто попытайся собраться с мыслями и объяснить какого черта здесь сейчас произошло. Было бы не плохо, если происходящее в школьной столовой тоже было бы как-то оправдано.
Илья поставил локти на колени и опустил взгляд к полу.Неловкое молчание повисло между нами. Его грудь вздымалась от каждого вдоха и выдоха. Я присела напротив, уставившись на свои неухоженные ногти рук, пытаясь сдерживаться, чтобы опять не накричать.
– Прости. Я не хотел так себя вести, правда. – Тихий, но довольно громкий голос, чтобы его услышали, прорвал оболочку нависшей тишины. – Я ужасно сожалею, что произошло, но ты не должна закрываться хотя бы от меня, ты всегда можешь на меня рассчитывать. Я не могу смотреть на тебя, когда ты грустишь, плачешь, до сих пробирает дрожь от твоих страданий в больнице, поверь, мне так же больно, как и тебе. Мне безумно хочется, чтобы ты… Черт, нет, все не так. Прости, что побеспокоил, спокойной ночи. – Парень резко поднялся с дивана и пулей пронесся мимо меня, лишь громко хлопнув входной дверью и оставляя шлейф родного аромата.
«Мне безумно хочется, чтобы ты....», какое продолжение должна была получить выкинутая им фраза? Прокручивая в голове уже в сотый раз все, что он сказал, я окончательно запуталась. Его недосказанность пугала еще больше, чем те случайные касания пальцами моих рук, а тем более реакция на слова Андрея. Может правда лежит на поверхности, а я опять пытаюсь проникнуть куда-то вглубь, ищу загадку там, где ее на самом деле нет?
Добавился еще один ряд вопросов, на которые я не могу получить ответы. Порой мне кажется, что моя жизнь – это одна сплошная головоломка, бесконечный лабиринт испытаний, из которого мне просто нет выхода.
Я слишком устала. Боль пульсировала в висках слишком сильно. Подхватив Шоколадку, я выпила две таблетки обезболивающего и прилегла на кровать, укутываясь в теплое одеяло. Как бы все плохо или чересчур хорошо не сложилось – я должна узнать, что происходит, если даже причиной его поведения являюсь я сама.
***
Занятия тянулись слишком долго, каждый учитель-предметник решил устроить нам контрольные, несмотря на то, что сейчас лишь первое полугодие, точнее его конец. А значит, что скоро каникулы.
За весь учебный день я не смогла найти Илью, он как будто в землю провалился. Игнорирует мои сообщения, а на звонки вообще не отвечает, постоянно переключается на автоответчик.
«Я волнуюсь, где ты? Может, все-таки ответишь и объяснишь, где тебя носит?!»
Мое тысячное сообщение вновь улетело в пустоту.
– Сень, ты бледная, да и нервная, что-то случилось? – Рони подсела ко мне на литературе.
– Ну, я плохо спала. А вообще Илью найти не могу. Он не отвечает на сообщения, игнорирует звонки, да и ведет он себя крайне странно. Вчера выкинул такое, что я даже не знаю как это можно назвать. Может, ты знаешь, где он? – Последней моей надеждой оставалась подруга, конечно, есть еще и родители, но было бы не вежливо втягивать сюда его мать с отцом.
Мои родители поддерживали дружные отношения с семьей Ильи, до тех пор, пока мы не попали в аварию. Почти каждое воскресенье мы собирались у них на даче, обменивались интересными новостями, мамы готовили всякие вкусности, папы болтали о своем, а вот мы с Илюхой развлекались, как могли. Это еще слабо сказано, чуть ли не каждая наша затея заканчивалась маленькой травмой, но нас это не останавливало, даже добавляло адреналина в кровь, чтобы в следующий раз приготовить что-нибудь «ужасно веселое». Родители закрывали глаза на наши выходки и предоставляли свободу действиям. Все это было до, сейчас больше никогда не будет как прежде.
– Нет, он мне ничего не писал. Может, спит как всегда. – Рони прикрыла глаза, потерла ладошки и предпочла отвернуться в противоположную сторону, будто избегая разговора. Прозвенел звонок, и мне пришлось полностью сосредоточиться на теме урока, хотя как это вообще может интересовать, когда твой друг неизвестно где пропадает и не отвечает на сообщения.
Нервозность правила мной на протяжении сорока пяти минут от начала урока. Я то и дело теребила пальцы, поправляла волосы, крутила в руках ручку, чтобы хоть немного понять, о чем ведет речь Анна Павловна. Ладошки слегка вспотели от волнения, а во рту пересохло.
Словно по команде прозвенел долгожданный звонок. Мне хотелось все же еще раз спросить Рони об Илье, но ее макушка красных волос мелькнула в дверном проеме и скрылась в толпе ребят. Теперь я точно ничего не понимаю.
Последним уроком на сегодня оказалась физкультура. Учитель задержал меня на перемене на несколько мучительно долгих минут, объясняя какие зачеты мне придется сдать, чтобы получить оценку за полугодие. Еще бы, видели бы вы его лицо, когда он пытался выразить свои соболезнования, лучше бы вообще молчал. А то от его перекошенной в скорби физиономии все яйца бы вмиг стухли, если бы они, конечно, у меня были. Я вот не понимаю к чему все это, зачем лезть из кожи вон, лишь бы напомнить человеку о том, что произошло несколько недель назад. Может, так им хочется надавить на «больное»?
– Хорошо, Денис Михайлович, я все сдам, простите, но мне нужно идти. – Взмахнув своим хвостом, я побежала в раздевалку. Все девчонки давно переоделись и ушли домой, поэтому все пространство потного помещения было в моем распоряжении. Раздался стук в дверь, когда я надевала блузку, одновременно застегивая молнию на юбке.
– Да, зачем стучаться то? – Проворчала я.
В ответ тишина. Дверь скрипнула, а потом захлопнулась, и послышался звук тяжелых шагов, явно не женских. Я чувствовала, что неизвестный надвигался прямо ко мне. Сердце бешено колотилось о ребра, а дыхание сперло от страха. Холодные пальцы неизвестного коснулись участка разгоряченной кожи на шее. Я вздрогнула, и тогда они продолжили блуждать по моему плечу, пояснице, затем вернулись к шее и аккуратно прошлись по затылку. Касания обжигали, посылая короткие импульсы по телу. Кислорода совсем не хватало, в эти минуты я понимала рыб, выброшенных на берег, дышать было невозможно. Я крепко сжала руки в кулаки и крутанулась на месте в сторону незнакомца. Взгляд застыл на груди парня. Черная футболка идеально сидела на спортивном теле, подчеркивая идеальные изгибы.
– Неужели не узнала? – Знакомый голос заставил содрогнуться всем телом и наконец-то вдохнуть полной грудью. – Обидно, мы же не первый день друг друга знаем.
Я подняла взгляд выше, чтобы заглянуть в серо-зеленые глаза и убедиться в своей правоте. Опустив голову, он смотрел прямо на меня.
– Ты с ума сошел? Какого черта так пугать? И где ты был весь день? Почему не отвечал на звонки? – Возмущение, смешанное с адреналином, бурлило в венах. Так хотелось ударить его чем-то тяжелым, но зная, на что я способна, даже и пробовать не нужно, Илья первый уложит меня на лопатки. На лице этого парня показалась улыбка.
– Не все сразу. Я отвечу на все твои вопросы, если позволишь мне проводить тебя до дома. – Я совершенно не узнаю человека, который стоит прямо передо мной. Улыбка отличалась от той, которую я привыкла видеть, во взгляде появился какой-то задорный огонек, вместе с нежностью и заботой, или мне это только кажется. Что-то настораживало, пугало и одновременно манило, ведь нет ничего страшного в том, чтобы разрешить другу проводить тебя.
– Хорошо, но ты ответишь на все мои вопросы. – Как бы мне не было страшно, он остается моим другом и я не должна сомневаться в нем.
– О'кей, – ответил Илья. Он помог мне собрать оставшиеся вещи и вышел, заранее предупредив, что будет ждать на улице.
Глава 6
Я все еще была взвинчена и слишком зла на Илью, чтобы позволить ему сесть рядом с собой. Неужели каждому под силу вот так взять и просто исчезнуть, а потом раз, и вновь появиться, делая вид, будто ничего особенного и не происходило. Нервная дрожь все еще «сотрясала» мои и без того уже расшатанные нервы, заставляя до боли прикусывать нижнюю губу. Илья сел на переднее сидение такси, рядом с водителем и всю дорогу молчал, уставившись в окно на кружащиеся в медленном вальсе красивые снежинки. Сколько бы ни длилась осень, она все равно рано или поздно подходит к концу и на ее место приходит зима. Температура заметно понижается и с каждым днем становится все холоднее и холоднее. Я же устроилась на заднем сидении, прямо за водителем такси, чтобы было удобнее наблюдать за другом. Потирая обледеневшие пальцы, я изредка кидала взгляды на Илью. Он выглядел весьма расслабленным и совершенно спокойным; левая нога закинута поверх правой, тыльная сторона ладони подпирает красивый, едва ли не «острый», подбородок, изредка подминая нижнюю полную губу, да и мыслями он был, явно не со мной, где-то далеко.
Машина остановилась около ворот моего дома, Илья вежливо поблагодарил таксиста, сунул ему несколько бумажек, отказавшись от сдачи, и подхватил меня под локоть, направляя к входной двери.
– А теперь я могу уже задавать вопросы? Я выполнила твое условие, так и ты свое, будь добр, выполни, – упираясь ногами в замерзшую землю, я остановилась в нескольких метрах от лестницы, ведущей к входу. Илья обратил внимание на мою упрямость. Он остановился прямо напротив меня, сложив руки на груди, выглядел он даже устрашающе.
– Ты все верно сказала, упрямая, только вот я выполню свое обещание, если ты зайдешь в собственный дом и наконец-то согреешь свои ледяные руки. Мне совсем не хочется варить тебе супы и заваривать малиновый чай, изредка проверяя температуру, – его широко расставленные ноги, приподнятые напряженные брови и прищуренные глаза, словно угрожали, предупреждали о неповиновении и его последствиях, если я не сдамся. Громко вздохнув, я, словно маленький ребенок, потопала внутрь, изредка оглядываясь на объект моей раздраженности. Я схватилась за ручку двери и резко дернула ее в свою сторону, распахивая ее куда шире, чем положено.
– С Днем Рождения! – В темноте комнаты послышался радостный вопль и громкий хлопок. Я нащупала рукой выключатель и наконец включила свет. Вся гостиная была в буквальном смысле завалена шариками, самых разных цветов. Рони стояла прямо передо мной с огромным тортом в руках; на нем красовались небольшие, из белой глазури, две цифры – один и восемь. Стоп! А какое сегодня число?
– Ты не рада? Я зря, что ли тащил тебя домой, чуть ли не с силой? Обижаешь, я даже торт Веронике помогал готовить, – Илья обошел меня с правой стороны, вставая рядом с подругой.
– Черт, ребята, спасибо огромное. Я, правда, совсем забыла, вот дура. Спасибо, спасибо огромное, – глаза защипало от подступающих слез, все вмиг расплылось. Друзья налетели на меня с объятиями, будто соревнуясь, кто сильнее обнимет. Рони не сдавалась и протиснулась ко мне совсем близко, почти вплотную, ну а Илья обнял нас всех вместе, чмокнув обеих в макушки.
– Ну, все, все, телячьи нежности кончились, иначе все сейчас расплачемся, не так ли, Илья? – Рони ткнула своим тонким пальчиком другу в грудь и опять повернулась ко мне. Тот задорно рассмеялся и потрепал ее по щеке. – А, ты, сейчас идешь наверх и переодеваешься, я тебе помогу. Мы едем в клуб, все-таки восемнадцать лет бывает раз в жизни, нужно отметить, – не дав сказать мне и слова, чтобы возразить, Рони потащила меня наверх в комнату, напоследок крикнув Илье, чтобы он сварил кофе.
В моей комнате творилось непонятно что, будто после моего ухода на учебу тут прошелся сильнейший ураган, переворошивший весь мой гардероб. Вероника оставила меня тут одну, а сама скрылась за дверью в ванной комнате. Я решила проверить телефон на наличие пропущенных звонков и сообщений. Буквально час назад звонила бабуля. Странно, я не слышала звонка.