– Не указывай, что мне делать и как мне жить, ты не мой папочка!
Я развернулась в противоположную сторону, пытаясь сбежать от него, но я оказалась слишком медленной. Илья подхватил меня и перекинул через свое плечо.
– Прекрати сейчас же! Какого черта ты делаешь? – Я колотила его спину, лишь бы он меня отпустил. – Пусти меня, поставь на землю, иначе я буду кричать! Да, стой же ты!
Я почти сорвала голос, когда дверь моего дома закрылась, и я вновь стояла на твердой земле.
– Ты с ума сошел? Что там было?! – Крикнула я.
– Да я спас тебя, дура! Он же такой же озабоченный, как и половина, мужиком в том клубе! – Ярость плескалась в его серо-зеленых глазах. Кулаки сжимались и разжимались.
– С чего тебе знать, какой он?!
– Да у него на лице написано, что он планирует забраться тебе в трусы!
Его гневное лицо покрылось красными пятнами от злости.
– Вау, молодец! А ты не думал, что я достаточно взрослая для таких вещей? И какого хрена ты лезешь в мою личную жизнь? Может, я этого и хотела!
Меня возмущало то, что он возомнил себе, будто имеет право распоряжаться моей жизнью.
– Да я люблю тебя, дура! Давно люблю! – Илья разжал пальцы, засовывая их в волосы. Такого я точно не ожидала.
Ступор.
Я моментально протрезвела, продолжая сверлить взглядом друга. Дальше все произошло слишком неожиданно, я даже не успела толком ничего понять. На мои губы обрушились с поцелуем. Илья требовательно сминал их, пытаясь проникнуть языком. На секунду я потеряла самообладание и позволила себя поцеловать. Я быстро отстранилась, грубо толкнув его в грудь и отвесив звонкую пощечину.
– Ты ненормальный! Теперь я все поняла, это тебе очень хочется залезть мне в трусы. Так чего же ты ждешь? Давай, пользуйся моментом, – отстранившись от меня, будто от еще одной пощечины, Илья помрачнел в лице. Глаза потускнели, стали какими-то безжизненными.
– Просто протрезвей и подумай над тем, что я тебе сказал, – тихо сказал он.
– Я трезвая, а ты сумасшедший! Я не хочу тебя видеть, проваливай из моего дома. Проваливай! – Изо всех сил крикнула я. Илья последний раз на меня посмотрел и ушел, просто ушел, даже не хлопнув дверью.
– Ненавижу! – Выкрикнула я. Глаза наполнились слезами. Громко рыдая, я опустилась на пол. В нашей дружбе фундамент дал трещину, самую настоящую, глубокую. Своим признанием Илья подписал приговор, все мои дружеские чувства к этому парню всколыхнулись, потемнели и потускли. Теперь ничего не будет, как прежде.
Глава 8
Все мы идем на жертвы
Я иду по краю пропасти, балансируя на носочках, широко расставив руки в стороны. Прямо там, в самом низу господствует непроглядная тьма, стоит хоть раз взглянуть в пропасть и уже не захочется отводить взгляд, она как будто манит, зовет, соблазняет, подталкивает на грех. Ветер трепал мои волосы, с каждым разом все яростнее бросая их мне прямо в лицо. Прядь попала на глаза, закрывая вид, я тут же попыталась ее убрать. Мои пальцы едва коснулись волос, и я потеряла равновесие.
… Я падала в пропасть, стремительно приближаясь ко дну, подол моего легкого платья взмыл вверх, крик застрял где-то внутри, я практически не соображала, мне хотелось быстрее попасть туда, чтобы раз и навсегда забыться.
Ужасный приступ тошноты подкатил к горлу. Я поднялась на ноги, хватаясь за тумбу, голова болела, а перед глазами, будто пелена стояла. Противная рвота бурным потоком окатила чистую раковину в кухне, до туалета я бы просто не добежала, слишком далеко. Меня рвало и рвало, казалось, что от моего вчерашнего ужина, да и самого желудка, просто ничего не осталось. Живот скрутило. События вчерашнего дня смутно всплывали в голове, лишь усиливая и без того сильную головную боль. Я прополоскала рот холодной водой, развернулась спиной к крану и медленно сползла на пол, ноги едва держали меня. На меня навалилась какая-то усталость, слабость, оцепенение, да еще этот противный привкус горечи во рту. Фу!
– Да я люблю тебя, дура! Давно люблю!
– Ты ненормальный! Теперь я все поняла, это тебе очень хочется залезть мне в трусы. Так чего же ты ждешь? Давай, пользуйся моментом
– Просто протрезвей и подумай над тем, что я тебе сказал.
– Я трезвая, а ты сумасшедший! Я не хочу тебя видеть, проваливай из моего дома. Проваливай!
– Ненавижу!
Криками никогда ничего не решишь, наоборот, мы делаем только хуже. Никто не пытается даже понять друг друга, у каждого свое мнение, слишком поспешное, на этот счет. Все считают, что вот так, вдоволь накричавшись, подбирая самые отвратительные слова, можно решить проблему. Нет, вы глубоко заблуждаетесь… Кто-то должен пойти на жертву, и этим кто-то оказался Илья. Друг, который дорог мне, как брат. Вы и представить не можете, каково мне сейчас. Как в одном человеке могут одновременно править злоба, вина, сожаление, обида и предательство? Взрывное вещество получается. Бомба, готовая вот-вот взорваться, стоит лишь выдернуть чеку и все, она взорвется, разрушая все на своем пути.
Звонок в дверь вынудил меня подняться и посмотреть, кто пришел. Молодой человек стоял на пороге моего дома с конвертом в руках. Он любезно поздоровался, вручил мне белоснежный, совсем как снег на деревьях, конверт и, пожелав отличного дня, удалился. Морозный воздух пробрал до костей, отрезвляя помутневший разум.
Я положила конверт на журнальный столик в гостиной и пошла в ванну. Избегать своего отражения в зеркале вошло в привычку, нечему удивляться. Я скинула свое платье, которое подарила мне Рони, и встала под горячий поток воды.
***
Телефон уже по «швам трещал», через каждые несколько минут приходили сообщения и уведомления о пропущенных звонках. У меня лопнуло терпение и я решила проверить.
Рони:
Сеня, ты куда ушла? Что вообще случилось?
Почему ты не отвечаешь?
Где ты?
Ты дома?
Ответь, я волнуюсь!
Это как-то связано с Ильей?
Сень, не игнорируй…
Напиши, как только прочитаешь!
И еще целая куча. Прошла лишь ночь, а такое ощущение, будто я неделю на связь не выходила.
Илья:
Прости, я виноват. Я не должен был все вывалить вот так.
Я больше не мог этого скрывать.
Мне казалось, что ты сама обо всем уже догадалась.
Прости, я безумно беспокоюсь, боюсь, что разрушил нашу дружбу своими признаниями.
Дай знать, если больше не хочешь видеть меня, я пойму.
Сердце сжималось от его извинений, но мне было безумно стыдно признаться самой себе, что он мне когда-то был симпатичен, но я так не могу, он мой друг. Нельзя рушить дружеские отношения этим! Я просто не готова, да и не знаю, может, никогда не буду готова, он не тот человек, с кем я бы захотела построить отношения. Он добрый, заботливый, умный, красивый, ответственный, но он не для меня.