Он снова замолчал, ожидая ответа. Этот новый вид общения давался девушке тяжело, и лишь с третьей попытки она сумела донести до него своё имя.
– Меня зовут Диана.
– Рриа?ну, – чудовище повторило её имя вслух. – А меня зовут Аруо?г.
Его имя звучало раскатисто, как гром, заполняло собой всю комнату и резонировало от стен. В самом ли имени было дело, или в том, кто его произносил, но оно казалось грозным и давящим. Представившись, Аруог отпустил Диану и, не сказав больше ни слова, покинул комнату.
Она беспомощно взглянула на свою служанку, которая на радостях принялась тараторить что-то, одновременно помогая девушке подняться с постели. Вместо привычной кровати у окна комнаты возвышался песчаный холм, огороженный четырьмя камнями, а поверх песка слой за слоем были настелены мягкие водоросли. Они ещё выглядели зелёными и свежими, но Мирми тут же собрала их и понесла к выходу.
Диана хотела последовать за ней, но служанка испуганно остановила её и знаками дала понять, что ей нельзя было выходить из комнаты. Когда Диану кивнула, Мирми выплыла, оставив её в одиночестве. Диана медленно прошлась по комнате, рассматривая каждый уголок, как настоящую диковину.
Вместо обычного окна верхняя часть каменной стены, выходившей на улицу, была испещрена сквозным витиеватым узором, походившим на дикие цветы и травы, сплетающиеся в хаотичном танце в поле на ветру. Этот узор плавным овалом опускался к кровати и заканчивался на расстоянии чуть более метра от пола. Возле кровати стояла каменная тумба без дверцы, а на ней лежали принадлежности, которыми обычно пользовались подводные жительницы. Среди них зеркальце, совсем непохожее на то, что используют на поверхности, гребешок для волос, набор браслетов из ракушек, и шкатулка с заколками и прочими аксессуарами.
Диана выложила на тумбу все заколки и выбрала ту, что была украшена жемчугом. Каждая жемчужинка на ней была подобрана с невероятной точностью. Словно вылитые в одной и той же форме, жемчужины игриво переливались на утреннем солнце, проникавшем в комнату через резное узорчатое окно. Диана зачесала волосы назад и заколола их на затылке, оставив им лишь немного свободы, отчего они еле заметно покачивались вместе с окружающей водой.
У стены напротив кровати располагалось нечто похожее на диван или софу, а в углу комнаты возле софы красовался необычный музыкальный инструмент, состоявший из множества пластин, сделанных из различных камней и минералов. Сбоку от него на подставке лежали две длинные увесистые палочки, которыми, как догадалась Диана, нужно было бить по пластинам. Она взяла палочку с подставки и осторожно ударила по одной из пластин, но звук показался ей совсем некрасивым и искаженным. Она ударила ещё раз, и ещё раз, однако не смогла понять, что хорошего было в этом музыкальном инструменте.
Когда служанка вернулась и увидела Диану с ударными палочками в руках, она, перепугавшись, поспешила водрузить их назад на подставку. Диана знаками попросила показать ей, как пользоваться инструментом, но Мирми лишь покачала головой – она не могла научить её. Затем служанка поманила Диану к софе.
Они сидели молча глядя друг на друга. Минуты шли, но Мирми ничего не говорила, лишь озадаченно озиралась, словно пытаясь обнаружить что-то неочевидное или решить какую-то сложную задачу. Потом она, наконец, кивнула и дала знак Диане, чтобы та слушала её внимательно. Мирми показала рукой на себя и произнесла:
– Уи ир Мирми*.
*Меня зовут Мирми.
Диана догадалась, что это означало. Затем служанка показала на Диану и продолжила:
– На ир Рриану*.
*Тебя зовут Рриану.
Она повторила это несколько раз, и Диана кивнула в знак понимания.
– Ог ир Мирми и Рриану*, – сказала служанка, показывая на себя и на Диану.
*Нас зовут Мирми и Рриану.
Так Диана начала учить певучий и необычный язык, на котором говорил весь подводный мир. Время пролетело незаметно, солнце вошло в зенит, и комната погрузилась в тень. Мирми, наконец, дала знак – занятие было окончено.
– Ог ами уи иг, ана*, – попросила служанка.
*Подожди меня здесь, госпожа.
Вернувшись, Мирми держала в руках поднос с тонкой каменной палкой, на которую были нанизаны свежие очищенные креветки и что-то, завёрнутое в водоросли.
– Наи ир уирп*, – сказала служанка, показывая на креветки.
*Это называется креветки.
Диана брезгливо взяла тяжёлую каменную шпажку с подноса и покрутила её в руках, взвешивая все за и против. С одной стороны рыба была свежая, но с другой – сырая. Двумя пальчиками она сняла со шпажки креветку, положила её в рот и стала разжёвывать. Вкус был пресным и, девушка с трудом смогла проглотить свою первую порцию подводной еды. Затем она сняла с противоположной стороны шпажки свёрток из водорослей и приоткрыла его, заглядывая внутрь. Обнаружив внутри красную рыбу, она снова прикрыла её листком и откусила небольшой кусочек. Нежное филе красной рыбы таяло во рту, а водоросли придавали ему пряность. Диана доела этот свёрток с большим удовольствием, чем креветку. Однако, как только она собиралась взять ещё что-то со шпажки, её желудок пронзила резкая боль, а к горлу подступила тошнота. Диана положила почти нетронутую шпажку назад на поднос и покачала головой – больше она съесть ничего не может.
Мирми испуганно придвинула поднос к Диане.
– На риг маа, ана*, – умоляла служанка.
*Возьми ещё, госпожа.
Но Диана уверенно отказалась: съешь она ещё хотя бы кусочек, и содержимое её желудка неизбежно вырвалось бы наружу. Трясясь от страха, служанка взяла поднос и понесла назад. Из соседней комнаты донёсся рёв, и Мирми, взвизгнув, уронила поднос на пол.
Словно вихрь, Аруог ворвался в комнату, в глазах его и во всех чертах читался гнев.
– Аалу! На эёри наа, мир уи маиму! * – закричал Аруог.
*Не смей вольнодумствовать! Ты будешь делать то, что я тебе говорю!
Но Диана не поняла, что он ей сказал, и потому не сдвинулась с места, неотрывно глядя прямо в глаза этому взбесившемуся чудовищу. Когда Аруог бросил взгляд на Мирми, стоявшую у входа, та скрылась ненадолго и вернулась с ещё одним подносом. Аруог взял его и пихнул Диане, продолжавшей смотреть на него равнодушно, даже не думая забирать поднос у него из рук. Аруог схватил руку Дианы и положил на шпажку с креветками, с силой сжимая её кисть, чтобы она, наконец, поняла, что должна взять её в руки.
Диана поморщилась от боли и вырвала руку из хватки Аруога, поднимая при этом шпажку с подноса. Заметив самодовольное выражение лица её новоиспечённого супруга, она с отвращением фыркнула и бросила шпажку с креветками на пол. Из глотки Аруога вырвался наполовину рёв, наполовину рык, он схватил Диану за волосы и прижался головой к её лбу.
– Проклятая Наземная! Хочешь голодать? Бесполезно! Если будет нужно, я свяжу тебя и накормлю силой! Ты поняла меня? Поняла? – кричал Аруог прямо у неё в голове.
Диана не отводила от него глаз, стараясь не показывать своего страха, и передала ему лишь одно слово, только одну мысль: «Тошнит».
Аруог сначала посмотрел на неё в замешательстве, потом осознал, что именно она имела в виду, и секунду спустя отпустил её волосы. Он вернул пустой поднос Мирми, приказал ей отдать эту еду рыбам и выплыл из комнаты. Оставшись в одиночестве, Диана обессиленно легла на софу и с ужасом представляла, какими непростыми будут её дни в этом подводном царстве.
Ночь третья
Наутро третьего дня Мирми принесла Диане одежду, сделанную на заказ и выглядевшую очень необычно. Это было почти невесомое светло-зелёное платье, и материя, из которого оно было пошито, разлеталась в разные стороны при малейшем движении воды. Сначала Диана хотела надеть его поверх своего купальника, но Мирми неодобрительно покачала головой, и Диане всё же пришлось раздеться. Застегнув пуговицы на спине, Мирми опустилась ниже и хлястиками привязала неравномерные многослойные и многоуровневые полы платья к ногам Дианы, чтобы оно не поднималось во время движения. Мирми, довольная результатом своих трудов, ненадолго покинула комнату и вернулась с большим зеркалом. Увидев своё отражение, Диана ахнула: из зеркала на неё смотрело совсем незнакомое подводное существо невероятной и в то же время непривычной красоты. Подхваченные потоком волосы подводной девушки непринуждённо развевались, то поднимаясь, то едва касаясь её плеч. Платье облегало и подчёркивало каждый изгиб её тела, а тонкая материя, словно бушующий зелёный огонь, плясала у её ног. Её грудь, свободная от лифа, выглядела вызывающе, а тонкий материал предательски передавал каждое очертание. На шее у девушки в отражении были ровные ряды жабр, которые поднимались и опускались в такт её дыханию. Чем дольше Диана смотрела в зеркало, тем больше ей всё это казалось сном, невероятной историей, которая лишь привиделась ей за миг до пробуждения.
Она заметила движение у двери и, наконец, оторвала взгляд от зеркала: у входа в комнату стоял Аруог. Он внимательно изучал каждый сантиметр её тела, будто впервые его увидев. Пригвождённая к полу этим тяжёлым и требовательным взглядом девушка не могла даже шелохнуться. Лишь её одежда и волосы продолжали весело хвататься за невидимые волны, без устали покачиваясь в разные стороны. Аруог подплыл к её тумбе, вынул из шкатулки перламутровую заколку, украшенную жемчугом, и заколол Диане волосы.
– Ойи Гаанэ. На иги аиму ми аиру, * – сказал Аруог, уже покидая её комнату.
*И всё равно Наземная. Приходи на обед в столовую.
Диана не поняла из его речи ни слова и вопросительно посмотрела на Мирми. Служанка показалась ей немного расстроенной, возможно, она ожидала лучшей реакции от своего господина. Диана улыбнулась и взяла Мирми за руку, чтобы немного приободрить её.
Аруог украл Диану и заставил выйти за него замуж, она находилась в подводном мире против своей воли, и ей не пристало искать его одобрения или восхищения. Его реакция была ей безразлична, и потому досада служанки выглядела вовсе не уместно.
Когда Мирми, наконец, взяла себя в руки, она попыталась убедить Диану немного позавтракать, но девушка решительно отказалась. К удивлению служанки, господин не был зол или расстроен, услышав об этом.
– Инаан лиаи аиму*, – сказал он безучастно.
*Во время обеда поест.
Время обеда наступило слишком быстро, так как весь день Диана увлечённо изучала подводный язык, Оагин Эёл, на котором говорили все подводные племена. У него была не только устная, но и письменная форма, однако до освоения письма им ещё было очень далеко. Когда они только начали изучение, язык показался Диане довольно лёгким для понимания, но чем больше слов она узнавала, тем сложнее становилось между ними различать. Впоследствии, она догадалась, что проблема была в её наземном происхождении, так как её органы слуха были не в состоянии улавливать полутона, служившие основным отличием в некоторых словах.
К обеду Мирми отвела её в просторную столовую, Аруог уже сидел за столом, но еда лежала нетронутой. Он нахмурился, когда встретился с Дианой взглядом, а она демонстративно отвернулась. Он указал на место возле него, и Мирми послушно подвела Диану к стулу по правую руку от Аруога.