– Анна, я устал и мне надо выспаться, и то, позже мне еще ехать в контору – с этими словами Михаил удалился в спальню, мысленно чертыхаясь в сторону Марии, эту маленькую провокацию явно устроила она. И так уже дошло до того, что сегодня Мария стала настойчиво требовать остаться жить с ней и бросить Анну. Даже начала скандалить и открыто предъявлять свои права на него. Ей хотелось уже в открытую, на глазах у всех, гордо прогуливаться под руку с Михаилом, демонстрируя всем – этот мужчина принадлежит мне, мне, а не какой-то там дурочке, ничего не смыслящей ни в любовных , ни в других делах. И пусть эта клуша, эта безмозглая курица, сидит на своем насесте, и скажет спасибо, что ей определяют приличное содержание.
Страшная буря бушевала в душе Анны. Неужели все слухи и намеки соседей и знакомых правда, и муж поступает с ней бесчестно? Неужели черная зависть людей к их любви сделала своё дело? Какое мучительное испытание преподнесла ей жизнь. Она разрыдалась, и целые ручьи слёз текли по щекам, снимая напряжение и облегчая её страдание. В ней всё сильнее крепло подозрение, что муж разлюбил её, и она снова заплакала, испуганно размышляя над своей разбитой жизнью.
В это время кухарка уже встала и возилась с самоваром, дворник возился с дровами у печи, а нянька готовила кашу дочери хозяев. И тут Анна случайно услышала их разговор, судачили о хозяине и его шашнях с купчихой Марией, той самой, колючие взгляды которой приводили Анну в непонятное смятение во время прогулок в городе. Прислуга жалела хозяйку и крайне нелицеприятно отзывалась о купчихе-разлучнице, но выражали уверенность, что хозяин перебесится и жизнь у них с хозяйкой наладится. Эти разговоры еще больнее ударили по расшатанным нервам Анны, она вспыхнула и быстро удалилась в свою комнату.
Глава 7
Прошло уже две недели, после злополучного утра, между Михаилом и Анной не было никакого объяснения, сама же Анна больше не спрашивала, куда идет муж, и дожидаться ночами его перестала. Ей стоило немалых усилий изображать такое ледяное равнодушие, но очень старалась сохранить достоинство. Через свою подругу Надю она навела потихоньку справки об этой купчихе Марии, и узнала много неприятного для себя, особенно, что уже вот с полгода как муж обманывает её и постоянно бывает у своей любовнице почти открыто. Михаил же наоборот был рад такой свободе, что не надо даже обманывать и отчитываться перед женой. Бывали минуты, когда он чувствовал себя несколько неловко, но совесть его уже заглохла благодаря колдовским чарам Марии.
Но Мария не была удовлетворена, и обдумывала план, как окончательно увести Михаила из семьи. Она еще больше ненавидела молодую женщину, от которой никак не хотел уходить муж. Это еще больше возбуждало в купчихе ярость и ненависть, она уже уверяла себя в том, что это Анна украла у неё семейное счастье с Михаилом, и что именно она, Мария, во чтобы то ни стало должна быть его женой. Чтобы помучить любимого, она прекратила свидания, и запретила ему приезжать к ней. Да, пытка была мучительна для обоих, но к удивлению Марии, Михаил вдруг сам объявил ей, что уезжает по торговым делам в Москву на восемь дней. Купчиха была огорошена, волна страха потерять любимого охватила её.
– Да что же это такое! – в сердцах пробормотала она – это что же! Чары ослабели, или эта курица что-то предприняла? А может она тоже к колдунье ездила? Хороша же бабка, за деньги и той и другой удружит. Ну нет! Не бывать такому!
И снова Мария отправилась к колдунье. Та встретила её, ухмыляясь.
– Вижу, ты хочешь замуж за своего возлюбленного.
– Я заплачу тебе десять золотых, но пусть Михаил станет моим полностью! И потом, как будет сделано дело, заплачу тебе еще! На этот раз я привезла с собой его исподнее бельё, нестиранное. Наколдуй на него покрепче.
Старуха помолчав, задумчиво ответила – Что ж, пусть так, – и повела гостью в соседнюю комнату. Там тоже была печь, стол и табуреты, большая занавеска отделяла еще какую-то каморку.
Здесь она разожгла огонь в печи, зажгла свечи и бросила пучок трав в жаровню с углями, из которой сразу же повалил густой дым. Колдунья разложила исподние штаны Михаила, взяла с полки флакон с водой и окропила их, потом взяла щипцами жаровню и стала ходить вокруг стола, окуривая бельё и бормоча заклинание, затем подошла к печи и запела непонятные слова в поддувало. В трубе завыл, загудел ветер, и раздались гулкие шаги. Старуха зашла за занавеску и вернулась оттуда в сопровождении мужчины.
Мария с удивлением узнала в нем Михаила. Он стоял бледный, дышал тяжело, а глаза его светились огнем. Старуха схватила Марию за руку и подвела к Михаилу. Затем сунула им в руку каждому по черной свече наподобие венчальной, взяла кочергу и встала напротив этой пары. Снова она гнусавым голосом запела непонятную молитву и водила перед ними кочергой крест накрест, словно осеняла каким-то чертовым крестом и благословляла.
За окном поднялась буря, ветки деревьев хлестали в окно вместе с дождем, со стороны кладбища двинулись огоньки в сторону дома, они словно собрались вместе, в огромный светящийся рой и кружили в непонятном танце. Гром грохотал так, будто в крышу бухали огромным колом, стены дома сотрясались, и пол ходил ходуном под ногами Марии. Непонятный одуряющий запах гнили окружил женщину, и стал так усиливаться, что у той закружилась голова, перед глазами всё поплыло, и будто подхваченная вихрем, она вдруг рухнула на пол.
Очнулась Мария уже в кресле, старуха терла ей виски водкой и улыбалась.
– Ну вот, извозчик уже заждался, забери этот горшочек и воду в бутылке, бельё его никогда не стирай, а заверни и спрячь подалее в сундук. Да не показывай никому, особливо ему. Да не забудь отблагодарить меня, как обещала – провожала колдунья Марию за дверь.
Только на воздухе Мария стала приходить в себя, словно после кошмара:
– И откуда появился Михаил? Неужели это был нечистый? А какой смрадный запах, даже платье мое пропахло – размышляла она, добравшись до дома. Там она с большим удивлением обнаружила на своём пальце медное кольцо, а шнурок с крестом исчезли. Дома Мария сразу спрятала штаны глубоко в сундук, заметив при этом, что от штанов также шел запах гнилостного разложения. Спала она тяжелым глубоким сном, и наутро поздно встала. Она еще не могла полностью оправиться от того мрачного действия в доме колдуньи.
Вечером неожиданно явился Михаил, его торговые дела как-то быстро уладились, и он первым делом поспешил к своей любовнице. Мария с ужасом увидела на пальце Михаила медное кольцо, такое же как и у неё. Немного смутившись, она налила в бокалы вина и незаметно плеснула туда колдовской воды. Они выпили, спустя некоторое время Михаил вдруг побледнел и склонился над Марией, его глаза горели страстью.
– Я хочу, чтобы ты стала моей женой, я люблю тебя. Счастливая Мария прильнула к его губам горячим поцелуем, и в этот момент странный запах гнили снова пахнул ей в лицо.
На следующий день Михаил вернулся домой и без обиняков заявил жене, что уходит от неё к другой женщине. Никакие слезы, и горькие обвинения супруги его не взволновали. Он слушал все её причитания с застывшим взглядом, и в сердце его была холодная пустота. При этом он не испытывал ненависти к Анне, но и жалости в его душе тоже не нашлось места. Соседи, знакомые и прислуга безмерно жалели Анну и находили весьма странным поведение Михаила, не иначе как тут вмешалась нечистая сила. Эти бесконечные пересуды вызвали у молодой женщины нервный срыв, и она слегла в горячке. Признаков серьезной болезни приехавший доктор не нашел, а только общее нервное расстройство, и посоветовал чистый воздух, желательно морской. Переговорив с друзьями, родители Анны решили отправить её с дочкой в Крым, в надежде, что морской воздух и климат крымских субтропиков окажут на неё благотворное влияние, помогут укрепить её пошатнувшееся здоровье. А может и Михаил за время отсутствия супруги всё-таки остепенится.
В Ялте Анна с дочкой и прислугой остановились на даче у Ольги, подруги матери Анны, и за хлопотами и суетой переезда, её волнения, горечь и стыд отошли на задний план. Она впервые увидела море и пальмы с кипарисами, вдыхала этот необыкновенный густой воздух, в котором смешались запахи морской соли и необычных для средней полосы России цветов. Друзья как могли развлекали Анну, они вместе ходили в горы на лошадях, катались на лодках в бухте, взбирались на Ай-Петри и в Алупке посетили парк графа Воронцова, к тому времени, по неизвестной причине, оставленному хозяевами, что уже приводило его в некоторый упадок и заброшенность.
По вечерам они с подругой, женой банкира Ольгой, важно прохаживались по набережной Ялты, отдыхали на скамеечках под магнолиями, или пили чай на веранде, в блаженствующей неге теплого воздуха, окрашенного лучами солнечного заката и благоухающего садовыми цветами. В этом доме было уютно, просто, и дышало радушием.
Всё было ново для Анны, она никогда раньше не уезжала от дома так далеко. Чувства ожидания чего-то необычного, хорошего сопровождало её постоянно. Но всё-таки блаженство её часто омрачалось, горькая обида на мужа, не оставляла Анну. Комок сжимал её горло, не в силах сдержаться, она тихо плакала в своей комнате.
Однажды вечером, она подошла к окну, открыла его, прислонилась и задумчиво смотрела на глицинии, сиреневым облаком висевшие рядом над балконом. Сумерки уже окутывали город, недалеко на башне пробили часы, и тут она заметила у ограды неясную в полумраке женскую фигуру. То была местная татарка, известная своими правдивыми гаданиями на картах и на кофе. Татарка внимательно разглядывала Анну, а та, вдруг смутившись, отпрянула от окна.
Ольга, у которой остановилась Анна с дочерью, конечно замечала подавленное настроение своей приятельницы, и всячески старалась развеселить её. Однажды она с мужем организовали пикник на берегу озера в горах, куда они приехали верхом на лошадях. У Александра, мужа Ольги, был день рождения, и он решил отпраздновать его торжественно.
Сначала все гости отправились в Бахчисарай, где остановились в гостинице. Первые день осматривали дворец хана, и пили вино у местных виноделов. Во второй день отправились в горы, там разбили свой маленький лагерь на берегу речки. Установили шатры и палатки для отдыха гостей, а в центре поставили большой обеденный стол. День был солнечный и яркий. Анна в своём голубом кисейном платье с кружевами выглядела веселой и очаровательной. Дочь Леночка шустро бегала и играла с другими детьми на поляне.
Место было живописное. Внимание Анны привлекли, видневшиеся вдалеке остатки крепости Мангуп, последняя цитадель византийского княжества Феодоро, разоренного и сожженного турками в далекие мрачные времена. И вся компания решила совершить прогулку к этим развалинам. На берегу остались только няньки с детьми, да кое-кто из прислуги.
Среди гостей нашелся человек, хорошо знавший историю Крыма, и княжества Феодоро в частности. По дороге к крепости он рассказал много интересных фактов об этом православном княжестве, существовавшем здесь задолго до нашествия турок-сельджуков Османской империи. В Крыму были обширные византийские владения, но к тринадцатому веку, они оказались разделенными, и южная береговая часть стала принадлежать генуэзцам, а южная горная часть от Балаклавы до Алушты осталась за династией византийской империи, в том числе ветви Палеологов. Центром княжества стал город Мангуп. Здесь гости с удивлением узнали, что боярская династия Ховриных с их потомками Головиных и Третьяковых, это часть семьи феодорийских правителей Гаврасов, переселившихся в Москву после захвата княжества турками. А генуэзские крепости на самом деле выстроены феодоритами, а не генуэзцами. Но османы, захватившие южный берег Крыма, подошли к Мангупу и начали его осаду, вскоре крепость пала. Анна с неясным волнением внимательно слушала рассказ историка. От жары все уже страшно устали, хотелось пить, и тут на пути им попался родник, путешественники жадно припадали к живительной влаге, утоляя свою жажду. Здесь они расположились отдохнуть и перекусить тем, что благонамеренно прихватили с собою. Затем снова пустились в путь.
Так в разговорах, путешественники подошли к развалинам городища. Осматривая руины базилики и крепости, им трудно было поверить что это не простое поселение, а столица крымского княжества Феодоро. Все подошли к караимскому некрополю, перед их взором открылись сотни надгробий последних жителей пещерного города. Ольга с удивлением отметила, что надписи сделаны на каком-то древнем языке. Историк сказал, что это древнееврейский. Затем подошли к трехэтажной башне-донжон цитадели. Это были остатки дворца последних князей Феодоро, здесь даже частично сохранились оконные и дверные наличники. Вся компания снова расположилась на отдых. И историк стал рассказывать местные легенды Мангупа о двух влюбленных, разлученных насильно. Как несколько веков их души переходили из жизни в жизнь много поколений, разыскивая друг друга, пока однажды душа влюбленного не вселилась в тело будущего князя Феодоро, который узнал свою возлюбленную в нищенке у стен крепости.
– Души снова возродились? – все с недоверием отнеслись к такому изложению легенды.
– О, я слышала о таком учении индусов. – Воскликнула Ольга – Наши души много раз воплощаются в человеческом теле, и могут встречаться вновь, а может быть и встречались в прошлом.
– Когда это ты, дорогая, успела познакомиться с такой литературой? – удивленно вскинул глаза её муж – вот что значит отпускать жену в Лондон одну. Надеюсь, ты не увлеклась там Теософическим обществом?
Присутствующие дружно засмеялись, и стали подтрунивать над Ольгой. Та зарделась и тему переменили. Подошли к скалам, где были казематы и винодавильни. В центре самого большого грота стояла колонна, кто-то ударил по ней и раздался барабанный звук. Анна была очарована, и особенно её взволновала легенда о влюбленных. А смех и остроты присутствующих её немного раздражали. Она невольно отстала, и свернув в какой-то коридор, оказалась в просторной комнате. Ледяной ветер пахнул ей в лицо и страх сковал её, а сердце замерло, когда она услышала приближающиеся шаги в сопровождении металлического звона. Затем в нескольких шагах от неё появилась темная тень, Анна увидела смертельно бледное лицо своего мужа. Он протянул к ней свои руки, но они были закованы в цепи, тяжелые кандалы крепила цепь и на его ногах. С мучительной болью смотрел он на свою жену, его рот беззвучно открывался. Он что-то пытался ей сказать, но она не слышала его слов. У Анны начала кружиться голова, она словно валилась в бездну, хотела бежать, но ноги будто связаны, хотела закричать, но рот будто заткнут тряпкой, ей казалось, что её насильно тащат куда-то. Мертвенно-бледное лицо Михаила склонилось над ней, от него шло зловонное дыхание, а костлявые пальцы впились в её руки как железные когти, и голос злорадно шептал: – Наконец-то здесь я замучаю тебя, чтобы ты своей смертью больше не мешала нашей любви с Марией.
Но это словно был другой Михаил, не тот несчастный, коего она только что видела в другой комнате. Другой, жестокий, хищная улыбка искажала его лицо, глаза горели адским огнем, зловонный запах разложения заполнил всю комнату, а рядом разгоралось адское пламя. Анна в отчаянии с трудом прошептала – «Господи, спаси!». Призрак отпрянул, ненависть исказила его лицо, фигура вдруг расплылась непонятной противной массой и Анна рухнула на пол, теряя сознание.
Занятые разговорами, друзья не сразу заметили отсутствие Анны. Но заметив, что её нет, встревожили и принялись искать её.
– Как, когда она отделилась от нас? Здесь же немудрено заблудиться! – причитала Ольга.
Вся компания бегала в поисках Анны, звали, кричали, но ответа не было. Кому-то из них удалось заметить в полумраке тело женщины, и он громко стал звать всех. Анна была в обмороке. Её вынесли на воздух и привели в чувство. Все решили, что жара, трудный переход в горы повлияли на состояние Анны, и она потеряла сознание. Тогда было решено, что пора возвращаться в лагерь. Они еще долго спускались к берегу реки, так как Аня была слаба, но держалась стойко и старалась не быть совсем уж обузой для своих компаньонов. Как только они прибыли на место, Анна рухнула на покрывало в палатке и с дрожью рассказала Ольге о своём видении. – Ты знаешь – задумчиво произнесла Ольга, – в твоем видении что-то есть. Ведь не зря все судачили о колдовских чарах, что Мария применила к Михаилу приворот особой жестокости с призывом покойных. А они, говорят, не так-то просто отпускают свои жертвы из мертвых когтей. Здесь есть местные гадалки среди татар, надо бы тебе сходить к одной из них.
– Недавно, у нашей ограды я видела татарку, она как-то странно смотрела в мою сторону, когда я стояла у открытого окна.
– Да, здесь есть одна, она особенно славится своими гаданиями. Я разузнаю, где она живет, и мы вместе сходим к ней. Однако как повлияло на тебя это путешествие в пещеры, по-видимому, там действительно особенная атмосфера. Недаром рассказывают, что в тех развалинах многие видят разнообразные картины как и своей жизни, так и странные видения прошлых событий или даже, говорят, якобы свои прошлые воплощения согласно учениям индусов. – Ольге явно нравилась эта теория.
Ужин завершился фейерверком, все были возбуждены, бурно обсуждая свой поход к цитадели, и затем выдвинулись в Бахчисарай в гостиницу на ночевку.
Глава 8
Следующие несколько дней главной темой их разговоров было то страшное видение Анны в пещерах. И обе еще больше уверились в своих подозрениях, что Мария привязала Михаила к себе с помощью колдуньи. Но жестокость, с которой действовала Мария, просто поражала. Это же надо, дойти до такого грехопадения, что даже с помощью мертвых стала привязывать к себе мужчину, да еще и женатого, брак которого с Анной был благополучен настолько, что пара служила примером для окружения.
Анна сходила в собор, там она заказала службу о здравии Михаила, поставила свечи к иконам, долго и страстно молилась у иконы Богородицы, прося её заступничества за себя и непутевого мужа. Ольга тем временем наказала горничной, чтобы та пошла на набережную в поисках той самой татарки. Саму её та не нашла, но нашлись люди, подсказали ей где гадалка живет.
Вечером того же дня подруги отправились по нужному адресу переговорить с ясновидящей. Татарка жила недалеко от центра, в одиноком домике у моря. Их встретил мальчик лет двенадцати, который довольно сносно говорил по-русски и был переводчиком между гостями и бабушкой. Женщина усадила гостей на скамью и осведомилась о цели визита, при этом очень внимательно разглядывала Анну, та бегло изложила о своих несчастиях и о происшествии на развалинах.
– Мы наслышаны о ваших познаниях в магии и гадании, и я пришла просить у вас помощи, коя будет щедро оплачена мною – закончила Анна.
Всё это время татарка внимательно слушала своего внука, пристально смотрела на женщину и качала головой.
– Плохо, очень плохо, а есть ли у вас собою какая-либо вещь от мужа?
– У меня есть только его портрет в медальоне – она смущенно глянула в сторону Ольги, зардевшись от своей слабости – и еще его носовой платок, случайно прихватила с собой.
Гадалка в это время заварила кофе и подала чашку Анне.