– Что так долго, Катриэль? – недовольно произнёс элв.
Голос у него был тихий, но в то же время властный. Настоящий высокомерный аристократ, привыкший считать себя лучше всех. Неудивительно, что элва выросла такой стервой.
– Я только пришла. Меня Эшфорт допрашивал, – пробормотала я, стараясь не таращиться на нового отца.
Всё никак не могла понять: похожи мы или нет?
Губы алара Орэйо скривились, делая его лицо более некрасивым и даже уродливым.
– Как ты позволила этому случиться?
«Как будто у меня был выбор».
– Этого больше не повторится, – уклончиво отозвалась я.
– Я недоволен. Неужели ты забыла, кто ты?
– Нет, но…
– Ты обязана была напомнить этому бастарду его место, Катриэль.
«Опять бастард. Для таких снобов происхождение Эшфорта как бельмо на глазу. Теперь понятно, отчего они с Катриэль терпеть друг друга не могли».
– Хорошо, – покорно закивала в ответ.
А у самой сердце сжималось от страха.
«Если алар поймет, что я не Катриэль, если почует замену? Он же отец и должен как никто знать свою дочь».
– Я разговаривал с Артэо.
Кивок. На большее я не решилась.
– Он сказал, что, пока ведется расследование, тебя не выпустит из академии.
Еще один кивок.
– Ну ничего. Завтра прибудет фокр.
– Завтра? – растерянно переспросила я. – А как же…
– Завтра, – жестко перебил меня элв и глазами еще сверкнул. – Он-то точно в этом разберётся.
«Уже страшно. Интересно, что скажет папочка, когда узнает, что его любезная дочурка замешана в этом деле? Явно не обрадуется».
– Хорошо.
– И отвечай на образор! – велел отец напоследок.
Я только и успела в сотый раз кивнуть, как зеркало вновь покрылось рябью и образ эва пропал.
– Боже, – прошептала я, дрожащими руками отодвигая от себя волшебный предмет.
– Всё прошло просто отлично! – с воодушевлением воскликнула Фея.
«Убила бы!»
Но проклятое зеркальце вновь затренькало, заставив меня испуганно подскочить на месте.
– Господи, а это кто?
– Катя, – сморщилась Фея, пригрозив мне пальчиком. – Прекрати поминать всуе! Во-первых, твоя религия этого не одобряет. Во-вторых, так здесь не принято. Ты же не хочешь, чтобы тебя поймали и посадили в тюрьму?
– За что? – быстро спросила я, сморщившись от очередной трели образора.
– За похищение чужого тела!
– Что?!
Хорошо, что я сидела, а то непременно свалилась бы от такой наглости.
– То, – отозвалась Фея совершенно спокойно. – Ты же заняла чужое тело? Заняла. Настоящая Катриэль мертва? Мертва. Вот и делай выводы.
– Но я-то тут при чем?! Я её не убивала, – совершенно справедливо возмутилась в ответ.
– Чем докажешь?
– Конфетами. Отравленными.
Фея хмыкнула и чуть подалась вперед.
– И где эти конфеты?
Я открыла рот и закрыла, подозрительно на неё взглянув:
– Это ты их забрала?
– Вот еще. Делать мне больше нечего – за конфетами какими-то гоняться.
– А где Нэнна? – тут же резко спросила я.
– За служанками не слежу, особенно за такими.
– Какими? – тут же уцепилась я.
– Ненадежными!
– Так это она пыталась меня отравить?