Пикулиана. Сто исторических миниатюр памяти великого мариниста

Глава 1

Пикулиана. Сто миниатюр к 100-летию великого мариниста

Его книги разошлись полумиллиардом экземпляров. Его имя знали все – от адмирала до школьника. Его романы глотали ночами, спорили о них, ненавидели и обожали. Валентин Пикуль – это не просто писатель. Это эпоха, которую пытались запретить, замолчать, но так и не смогли.

К 100-летию со дня рождения классика русской исторической прозы выходит «Пикулиана» – сто миниатюр, написанных человеком, который знал Пикуля и его авторский стиль, почерк и дух. Тем, кто услышал от него: «Я не могу написать всё. Ты – напиши». Тем, кто в 2023 году координировал Год 95-летия Валентина Пикуля в России и увидел: интерес к нему не просто жив – он огромен.

Это не просто сборник исторической прозы, а разговор с мастером. Это сто взглядов на человека, который учил нас гордиться своей историей – ярко, броско, без пошлости и скуки. Россия хочет знать о себе. Пикуль это знал. Пришло время продолжить.

Предисловие

В 70-е годы ко мне не раз обращались с просьбой разобрать романы Валентины Пикуля для разобрать романы Пикуля, сделать историко-литературный анализ его прозы для Комиссии по прозе Союза писателей России. Тогда это было модно – «разбирать» Пикуля. Искать несостыковки, тыкать носом в факты, которые он «неправильно» подал. Я не скрывал его ошибки, не защищал, но и не топил, поскольку знал о том, что такое неблагодарный труд исторического писателя.

Он жил обособленно, в Риге, и временами мне удавалось увидеть его в прибалтийских домах творчества. В 1982 году он сказал мне:

«Я не могу написать абсолютно всё. Для этого у меня нет времени и сил. Моя задача – начать, а продолжить это дело новых поколений, тех, кто придёт за мною. Ты – напиши».

Тогда я не понял. Подумал: красивая фраза. Мастер устал, отмахивается. Но шли годы. Пикуль умер в 90-м. Не дописал «Барбароссу». Не успел «Аракчеевщину». Не создал «Приму» о Павловой. А в 2023 году меня попросила Антонина Ильинична Пикуль – вдова писателя, возглавить Год Пикуля в России, стать координатором. Тогда я увидел полные залы. Ветеранов армии и флота, Героев и офицеров при исполнении, школьников, которые читают «Мальчиков с бантиками». Тех, кто взахлёб перечитывает «Реквием каравану PQ-17». Страну, которая хочет знать о себе. Хочет – ярко. Хочет – броско. Хочет – увлекательно. Так, как умел только он.

Пикуль не был кабинетным червем. Он был юнгой на Соловках. Прошёл войну. Горел. Его били – после «Нечистой силы» жестоко избили. За ним следили. Его травили. А он писал. Полумиллиард тиражей. Ненависть либералов. Обожание читателей. И одиночество – потому что такие, как он, всегда одиноки.

«Пикулиана» – это сто миниатюр памяти великого романиста. Которые я писал так, чтобы он мог гордиться своею великой Родиной – Россией, её народом, её армией и флотом

.

Глава 2

ПИКУЛИАНА

К 100-летию великого мариниста

Нью-Йоркская симфония гардемарина Римского-Корсакова

Миниатюра

Адмиралтейскому оркестру – с восторгом

1. Берег

Осень 1863 года.

Клипер «Алмаз» вошёл в гавань Нью-Йорка на рассвете, когда город ещё спал, окутанный лёгкой дымкой, похожей на фату. Для девятнадцатилетнего гардемарина Николая Римского-Корсакова это зрелище было подобно декорации к ещё не написанной опере. Каменные массивы Манхэттена громоздились над водой, как исполинские серые утёсы, пронизанные тысячами окон, в которых ещё не зажглись огни. Над всем этим возвышались шпили церквей, тонкие и острые, словно гарпунёры, застывшие в вечной погоне за небом.

Две недели назад они покинули негостеприимную Англию, и теперь, после свинцовых вод Атлантики, этот Новый Свет казался Николаю нарисованным акварелью. Воздух был пропитан запахами угля, соли и чего-то ещё неуловимо чужого – возможно, прелой листвы клёнов или дыма бесчисленных фабричных труб, которые уже начинали свой утренний кашель.

– Смотри, Корсаков, – капитан-лейтенант Павел Зеленой, старший офицер, тронул его за плечо, кивая на берег. – Америка. Небось, почище Кронштадта будет?

– Впечатляет, Павел Алексеевич, – тихо ответил Николай, поправляя тугой воротник сюртука. – Но какой-то необжитой величиной дышит. Словно всё здесь временное, построенное на скорую руку и на один день.

– Верно подмечено, – усмехнулся Зеленой. – Дух предпринимательства. Им не до уюта старых парков, им подавай прибыль.

На рейде их уже ждали. Фрегаты «Александр Невский» и «Пересвет» стояли на якоре, приветствуя подходившие корабли эскадры. Андреевские флаги плескались на ветру, который флотские называют «вестом», и это было единственным знакомым, родным пятнышком в чужой бухте.

Через несколько дней, когда суматоха первоначальных стоянок, салютов и официальных визитов стихла, началось самое удивительное. Нью-Йорк принял русских моряков с восторгом, граничащим с помешательством. Газеты, которые гости разбирали с помощью переводчика, гардемарина князя Мещерского, пестрели заголовками: «Русские варяги в гостях у дяди Сэма», «Морские исполины России охраняют покой города!». Репортёры караулили у трапов, готовые записывать каждое слово матросов.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.