– Я знаю, какой это корабль, – сказал Аллан в сильном волнении. – Я слышал, как работники на моей яхте говорили о нем вчера. Его занесло сюда в темную ночь. Это старый, жалкий купеческий корабль, Мидуинтер. Его купили на сломку корабельные маклеры. Подъедем взглянуть.
Мидуинтер колебался. Вся прежняя страсть к морской жизни побуждала его принять предложение Аллана, но ветер спадал, и Мидуинтеру казалось подозрительным неспокойное течение воды в канале:
– В такое место опасно въехать в шлюпке, особенно когда оно неизвестно, – сказал он.
– Какой вздор! – возразил Аллан. – Светло как днем, а этой шлюпке нужно только два фута глубины.
Прежде чем Мидуинтер успел ответить, течение понесло шлюпку в канал прямо к разбитому кораблю.
– Спустите парус, – спокойно сказал Мидуинтер, – и возьмемся за весла. Мы теперь быстро приближаемся к кораблю, хотим мы этого или нет.
Оба так привыкли управлять веслами, что успели направить шлюпку на более спокойную сторону канала, ту, которая была ближе к островку Каф. Когда они тихо приблизились к разбитому кораблю, Мидуинтер передал свое весло Аллану и, выждав удобную минуту, ухватился лодочным крюком за руслени корабля. Через минуту шлюпка стояла безопасно под наветренной стороной корабля.
Лестница, используемая работниками, висела над русленями. Мидуинтер поднялся по лестнице с веревкой во рту, прикрепил один конец веревки к кораблю, а другой спустил к Аллану в лодку.
– Прикрепите эту веревку к лодке, – сказал он, – и подождите, пока я посмотрю, все ли безопасно на корабле.
С этими словами он исчез за бортом.
– Подождать? – повторил Аллан, изумленный необыкновенной осторожностью своего друга. – Что это значит? Вот еще! Стану я ждать! Куда один, туда и другой!
Он зацепил конец веревки за переднюю банку шлюпки и, поднявшись на лестницу, через минуту стоял на палубе.
– Уж нет ли здесь чего страшного? – с насмешкой спросил он, встретившись со своим другом.
Мидуинтер улыбнулся.
– Ничего, – отвечал он, – но я хотел удостовериться, одни ли мы на корабле. Я обошел и осмотрел все кругом.
Аллан прошелся по палубе и сделал критический обзор всему увиденному, с носа до кормы.
– Дрянной корабль! – сказал он. – Французы вообще лучше строят корабли.
Мидуинтер прошел через всю палубу и молча посмотрел на Аллана.
– Французы? – повторил он через некоторое время. – Разве это корабль французский?
– Да.
– Почему вы это знаете?
– Работники, чинившие яхту, сказали мне. Они знают.
Мидуинтер подошел ближе. Его смуглое лицо показалось Аллану необыкновенно бледным при лунном сиянии.
– Говорили они, какой торговлей занимался этот корабль?
– Да, торговлей строевым лесом.
Когда Аллан ответил на этот вопрос, худощавая смуглая рука Мидуинтера схватила его крепко за плечо, а зубы Мидуинтера вдруг застучали, как у человека, вдруг охваченного сильным холодом.
– Вам сказали, как называется этот корабль? – спросил он голосом, вдруг понизившимся до шепота.
– Кажется, сказали, только я забыл. Потише, мой любезный! Ваши длинные когти уж чересчур крепко ухватились за мое плечо.
– Не назывался ли он…
Мидуинтер замолчал, отнял свою руку и отер крупные капли пота, выступившие у него на лбу.
– Не назывался ли он «La Gr?ce de Dieu»?
– Вы как это узнали? Точно, этот корабль называется «La Gr?ce de Dieu».
Одним прыжком Мидуинтер вскочил на борт.
– Шлюпка!!! – воскликнул он с ужасом, голосом, раздавшимся далеко в ночной тишине и заставившим Аллана тотчас броситься к нему.
Нижний конец небрежно прикрепленной веревки висел в воде, а впереди корабля, на полосе, проведенной лунным сиянием, виднелся уже вдалеке небольшой черный предмет. Лодка неслась по течению.
Глава IV
Тень прошлого
Оба друга – один, стоя под темной тенью борта, другой, смело выступив на желтый свет луны, – обернулись и молча посмотрели друг на друга. Через минуту врожденный оптимизм Аллана позволил пошутить над сложившимся положением. Он сел верхом на борт и залился веселым смехом.
– Это моя вина, – сказал он, – но теперь горю не поможешь. Вот мы сами попались в ловушку, и лодку доктора поминай как звали! Выйдите из темноты, Мидуинтер, я совсем вас не вижу, а хочу знать, что нам теперь делать.
Мидуинтер не отвечал и не шевелился. Аллан сошел с борта и, взобравшись на фор-кастель, внимательно посмотрел на пролив.
– Одно верно, – сказал он, – при течении с этой стороны и при подводных скалах с той мы не можем выбраться отсюда вплавь. Вот это видно с этого конца корабля. Посмотрим, что будет с другого. Пробудитесь же, товарищ! – весело закричал он, проходя мимо Мидуинтера. – Пойдем посмотреть, что нам покажет корма.
Он пошел, засунув руки в карманы и напевая комическую песню.
Его приглашение не произвело, по-видимому, никакого впечатления на друга, но от легкого прикосновения его руки Мидуинтер вздрогнул и медленно вышел из тени борта.
– Пойдем! – закричал Аллан, перестав петь и оглядываясь.
Мидуинтер последовал за ним, все еще не говоря ни слова. Три раза он останавливался, прежде чем дошел до кормы. В первый раз для того чтобы сбросить шляпу и откинуть волосы со лба и с висков, во второй раз для того чтобы ухватиться за рым-болт, находившийся под рукой, потому что он зашатался от головокружения, но последний раз (хотя Аллан находился в нескольких ярдах впереди) для того чтобы украдкой оглянуться с тайной осторожностью человека, полагающего, что чьи-то шаги звучат за ним в темноте.
– Нет еще! – прошептал он сам себе, устремив глаза в пустое пространство. – Я увижу его на корме, держащегося рукой за замок каюты.
На корме не было сора, наваленного в других частях корабля. Тут единственным предметом, видневшимся на гладкой поверхности палубы, была низкая деревянная постройка, в которой была сделана дверь в каюту и которая закрывала каютную лестницу. Руль и нактоуз были сняты, но вход в каюту и все, что к нему принадлежало, оставили нетронутым. Люк остался, и дверь была заперта.
Аллан подошел прямо к корме и посмотрел на море через гакаборт: никакой лодки не виднелось на спокойной, освещенной луной воде. Зная, что зрение Мидуинтера лучше, чем его, он позвал:
– Подите сюда и посмотрите, не виднеется ли какого-нибудь рыбака, который услышал бы наш крик.
Не слыша ответа, он оглянулся. Мидуинтер дошел за ним до каюты и остановился. Он позвал опять, громче, и нетерпеливо поманил его рукой. Мидуинтер услышал зов, поднял глаза, но не тронулся со своего места. Он стоял там, как будто дошел до борта корабля и не мог идти дальше.