1 2 3 4 >>

Юлия Абрамкина
Она – Варгульф

Она – Варгульф
Юлия Абрамкина

Хроника Ночи #1
Ночью на улицах Лондона не так безопасно, как кажется на первый взгляд. Ночь выпускает в мир людей сверхъестественных существ, обитающих за тонкой магической завесой параллельного измерения. Вампиры и вервольфы, Фейри, варлоки и нимфы пробираются сквозь коридоры рун и наслаждаются ночной жизнью в урбанистическом мире. Роберту Дайсону, едущему на конференцию в Лондон, попадает под колёса волчица, которая на его глазах превращается в девушку. Глория не желала этого знакомства, но с первых минут их встречи она больше не могла не думать о нём. Судьбоносная встреча на ночном шоссе меняет много жизней и в конечном итоге приводит Роберта за завесу параллельного измерения, где он становится союзником альянса Фейри и вервольфов в столкновении с повстанцами Двора смешанных кровей в войне не на жизнь, а на смерть.

Юлия Абрамкина

ОНА – ВАРГУЛЬФ

Пролог

Она не спит незвездной ночью,
Бредёт по лужам нагишом.
Ей холод ночи нипочём,
Она наденет шкуру волчью,
Которую, вновь скинет днём.
Её душа – леса и ночь,
В них жизни суть, мечты и грёзы,
Ей не страшны зимы морозы.
Она все сможет превозмочь,
Своей души метаморфозы.
Она не спит, а зверем мчит,
Под чёрным небом бесконечным,
И в будущем, и в прошлом вечность.
Она ей рану бередит
Воспоминанием безупречным.

Глава 1

Их создала ночь

«До свидания ночь. Ты к утру уже так постарела, ты покрылась морщинами первых забот и зевак. Умираешь? Но это не смерть, а свобода от тела.»

    Аль Квотион, «Словоточие»

Ночь уже давно вступила в свои права, накрывая землю чёрной мантией, усыпанной мириадами созвездий. Тихая ночь, безлюдное шоссе, умиротворяющее шуршание осенней листвы под шинами автомобиля. Магнитола издавала удовлетворяющие композиции классической скрипки, которая так романтично трогала струны его души. Удовольствие от поездки нарушало лишь навязчивое стаккато из сообщений, которые слала секретарша на его телефон. Работа, забота, всё обычно, всё так привычно и монотонно, всё так надоедливо. Жизнь по плану в ежедневнике, никакого разнообразия, никакого форс-мажора, ибо даже на него Роберт не найдет времени. Его работа – это и есть вся его жизнь.

Он взглянул на часы, что прямо-таки кричали о его финансовом положении, стрелки давно перевалили за полночь. Поездка затянулась. Дорога в Лондон забрала больше времени чем он рассчитывал, всему виной пробитое колесо, к тому же автомеханики уж очень сильно тряслись над его «Мерседесом-Майбахом» S-Класса, в надежде отхватить побольше чаевых от ночного путешественника.

Роберт устал. Долгий рабочий день, плюс запланированная двухчасовая дорога из Саутгемптона в Лондон превратилась во все пять. Из-за надоедливых сообщений, что приходили на телефон он еле плёлся по ночному шоссе. Благо дело, немного расслабляла музыка в комфортном салоне седана, который был частично отделан деревом. Он любил классику, не потому, что в его возрасте уже не положено увлекаться модерном или техно, он всегда предпочитал привычную роскошь чем нынешнее аляповатое искусство. Не то, чтобы Роб был стар, сорок – ещё не старость. В сорок мужчина только начинает жить – так по крайней мере он думал.

Роберт Дайсон – сорок лет, высокий кареглазый шатен с острыми скулами и выразительным подбородком, легкая седина в стильной стрижке, всегда начисто выбрит, но иногда отращивал короткую бородку, которая лишь добавляла выразительности его поистине английским чертам лица. Ас в делах государственной экономики, сделал себе хорошую репутацию на этом поприще. Данная поездка предполагала его участие в международной конференции по внедрению очередной реформы экономики в ближайших государствах, которая должна пройти завтра в «Ланкастер-Хаус», ранее известном, как «Стаффорд-Хаус». Роберт приготовил отличный доклад, для выступления перед международной публикой и, как раз, в данный момент, секретарь вносила последние коррективы и заметки, чем, и отвлекала его от дороги.

Вот и первые форс-мажоры, подтрунил себя Роб: сначала секретарь не успела вовремя внести правки и теперь в спехах причесывает материал, чтобы утром выслать доклад почтой, затем он пробил колесо – чем не жизнь вне плана своего ежедневника. Вполне-таки обычная человеческая суета. Он улыбнулся собственным доводам и это его расслабило.

– Интересно, что еще приготовила мне эта поездка? – произнес он вслух, как ответ на его вопрос смартфон издал очередной короткий сигнал и затих. – Снова разрядился. День явно не мой.

Дайсон потянулся к лежавшему на пассажирском сидении портфелю, доставая зарядное устройство. Он отвлекся всего на секунду, но этого хватило. Глухой толчок в бок и автомобиль занесло. Портфель упал на автомобильный коврик, из него полетели документы, а Роберт уже со всей силы жал на педаль тормоза. Рычаг ручника, выключить магнитолу, аварийка – Роб быстро соображал, что ещё он должен сделать по правилам.

Стресс мешал сосредоточиться, он пришел в себя, когда уже выскочил из машины и поскользнулся на тонком покрове снега. Дайсон оглянулся по сторонам, пытаясь понять откуда взялся снег, и сразу же увидел природную черту, разделяющую всё ещё ярко-цветущую осень, и где белый покров уже успел перекрасить природу в зимние тона. Снег падал и часть его тут же таяла, создавая скользкую кашицу на мокром асфальте, наверное, это и стало первопричиной аварии, но Роберт считал иначе. Он кого-то сбил. Совесть и страх одновременно взывали к его разуму. Как он мог быть на столько беспечным чтобы расслабиться за рулем, да еще и ночью? За плечами больше двадцати лет водительского опыта и все испортил чертов разряженный телефон, хотя нет, не телефон, это он позволил себе вольность, отвлечься от дороги, вот судьба и сыграла с ним в злую шутку.

Тьма ночи сгустилась в одночасье. Тяжелые снежные тучи заслонили полную луну и все небо. Снег покрывал скинутое осенью золото скудным и непостоянным белым покрывалом. Дайсон не спеша шел к месту аварии, в свете задних фар отчетливо виднелись следы заноса на побелевшем шоссе.

– Только бы это был не человек. Молю, Господь, только не человек…

Тревога снедала, пока он в нерешительности совершал каждый шаг. Единственная мысль немного успокаивала раздёрганные нервы – в этом месте, на дороге, которая зигзагами блуждала посреди леса вдали от города и цивилизации неоткуда взяться человеку, неоткуда взяться пешеходу. Лес черной стеной стоял по обе стороны шоссе, как будто подтверждая его не озвученный довод. До Лондона оставалось миль двадцать, приблизительно полчаса при умеренной езде, но по-видимому высшие силы не склонны к тому чтобы он прибыл к своему пункту назначения до утра.

– Вот тебе, ещё один форс-мажор, Роберт. Ты же так хотел разнообразия – получай, не стесняйся…

Он часто говорил сам с собой, всему виной одинокий образ жизни. Образ жизни вне работы. В бизнесе нет друзей, он прочувствовал это на своей шкуре.

Вот он и на месте. Нерешительный шаг вперед, ещё, и ещё один. В далеком свете автомобильных фар невозможно было рассмотреть кто или, что лежит на обочине. Петляющие заносы на снегу поддали адреналина в кровь, но сердце Дайсона пропустило удар, когда в поле зрения попала его жертва, лежащая черной бесформенной грудой на краю дороги.

– Боже праведный…

Паника комом подступила к горлу, сдавливая грудную клетку, словно железными клещами. Он согнулся пополам, опёршись руками об колени. Холодный ветер скользнул по лёгкому шелку чёрной рубашки, хлопая полами кашемирового пальто. Крупная дрожь раз за разом проносилась по мужскому телу, и ему показалось, что этот холод пронизывает его насквозь, до самой души.

– Храбрись, Роберт, это твоя вина, тебе и быть в ответе за содеянное.

Сознание барахлило из-за полученного стресса, он так боялся подойти поближе, хотя страх не был уделом его характера. Никогда. То, что лежало у него в ногах вернуло Роба к реальности. Он был глубоко-верующим человеком, и сейчас от этого было ещё хуже, ведь он причинил вред, сотворил грех, возможно убил…

Снег по-прежнему густо сыпал, поддаваясь кутерьме разбушевавшегося ветра. Первый снег в этом году, да и как-то рано зима запускала свои лапы к умиротворённой осени, ведь на календаре всего лишь середина октября. Первый снег всегда тает и этому тоже не суждено залежаться. Вот бы и этот кошмар растаял, словно его и вовсе не случалось. Пока белое покрывало мирно укрывало почти голые деревья, сухую траву на обочине, опавшую листву и расползающееся пятно крови под гигантским чёрным волком.

Роберт пошатнулся от неожиданности, от шока, от страха. Перед ним лежал волк – дикий зверь, его жертва. Чувство облегчения только на секунду отпустило нервный узел между лопаток:

– Слава богу, это не человек…

Роберт склонился над животным исполинских размеров, напрягаясь всем телом. К своему успокоению он услышал тяжелое дыхание зверя. Волк был жив. Пока жив и он собирался сделать всё возможное, чтобы это животное не погибло по его вине.

Но что, что ему делать дальше? Нет детальных инструкций, как нужно правильно поступать в подобной ситуации, а если и есть, то Роберт о таких не слышал.

Дайсон изо всех ног бросился к автомобилю. Отключил ручник, передача заднего хода, педаль газа в пол и через считанные секунды он уже на месте аварии. Он выскочил из «Мерседеса» на ходу снимая черное пальто от «Армани» и бросая его на заднее сидение. Ему пришлось попотеть, чтобы затащить волка в автомобиль и уложить сверху на пальто. Не было времени на глубокие рассуждения, но Роберт давал себе отчет, что страх за жизнь животного уже начал граничить со страхом за собственную жизнь. Пока что волк был без сознания, но, когда он вернет себе самообладание было лишь вопросом времени. Роберту нужно было гнать на полной скорости, чтобы зверь не очнулся и не растерзал его прямо за рулем.

Это было абсурдом. Он должен был положить животное в багажник. Что-то всплывало в памяти из правил безопасности, но Роб нарочно проигнорировал эти знания. Ему было плевать на безопасность.

Перед тем, как повернуть в Лондон, Роберт поверхностно осмотрел волка. Из видимых повреждений была лишь ссадина возле левого глаза, но он не спешил с выводами, ведь, что он вообще понимает в вопросе медицины или ветеринарии.

Снова за руль. На всех парах в город, пока ещё возможно разрешить этот вопрос без жертв. Стрелка спидометра начала клониться вправо меньше чем через минуту. Безрассудно гнать на такой скорости, но худшее и так уже случилось, так что формальности не важны, важно только успеть приехать в город, пока волк жив, и пока не очнулся. В планах было найти побыстрее круглосуточную ветеринарную клинику, и Роб суетливо истязал навигатор, в поисках адреса нужного заведения, а дальше… а дальше наступит утро, оно прогонит тьму ночи и его мрачные мысли, может тогда он сможет трезво и рационально осмыслить ситуацию.

Роберт взглянул на часы, стрелки ютились возле отметки в четыре утра. Прежде он любил смотреть на часы. Золото «Ролекса» и его классический шик радовали глаз, и не важно какое время они показывали, но это было прежде, сейчас вся эта ерунда с надутым понятием роскоши его только злила, и раздражала. Нынче он отдал бы сотню таких, лишь бы спасти этого волка. Сказать откуда у него взялась такая тяга к правильности он не мог. Возможно это было уделом его набожности или всему виной коктейль, из гормонов который катался по его кровеносной системе.

Петляющая дорога осталась позади, а первые лучи утреннего солнца впереди освещали очертания Лондона. Он как будто вырывался из лап ночного кошмара с диким зверем на заднем сидении. Мужчина то и дело оглядывался назад, вслушиваясь в мирное дыхание волка. Ночь отступала, полная луна уже исчезла с неба, уступая место дневному светилу, что вот-вот должно было вынырнуть из-за горизонта. Сердце Роберта уже почти нашло успокоение в образе приближающегося города, как с заднего сидения послышался звук, он был похож на всхлипывание. Дайсон дал по тормозам, да так, что автомобиль с визгом занесло и он остановился в поперек дороги. Он замер, в нерешительности взглянуть назад, ибо звуки, которые доносились из заднего сидения походили скорее на стон, или плачь человека, нежели на скуление или рык волка.

Тело сковал страх. Роб хотел помолиться, но слова заученной наизусть молитвы выветрились из головы. Зеркало заднего вида – промелькнуло в сознании, и он тут же последовал импульсу мозга, ища ответ в нём. Уведенное застало Роберта врасплох, и он оглянулся назад, встречаясь с глазами, которые отливали ярким янтарем. В этих глазах плясали золотые прожилки, которые переплетались с темно коричневыми нитями, а самое главное, что эти глаза принадлежали не волку, не зверю, которого он всего несколько минут назад уложил в бессознательности на заднее сидение авто, эти глаза принадлежали человеку.

Завернувшись в его черное пальто, скрывая свою наготу, поджав ноги под себя дрожала перепуганная молоденькая девушка. На первый взгляд, она была совсем юной, лишь приглядевшись можно было понять, что этот нежный бутон, только начинает своё цветение. Восемнадцать, от силы двадцать лет, не больше и не меньше. Юная и непорочная, она ютилась на кожаном сидении кутаясь в кашемир от «Армани», со всей силы отстраняясь от Роберта. Худое тело с фигурной проступью мышц, что частично было видно из-под его пальто. В глаза бросались, уже успевшие потемнеть несколько синяков и запекшаяся кровь на левом виске и её длинных волосах, отливавших красной медью.

– Кто ты?… – только и сумел выдавить из себя Роберт, хотя на самом деле у него была тысяча не озвученных вопросов.

1 2 3 4 >>