Горчица и мед

Объяснив другу вкратце ситуацию, Давид попросил Сергея как можно скорее забрать его и отвезти домой. По завершению разговора, парень начал расспрашивать девушку о вчерашних событиях, но , к сожалению, она пришла на смену сегодня утром. А информацию, на чье имя был зарегистрирован номер отеля, не стала рассказывать, оправдываясь конфиденциальностью.

Уже несколько раз за утро Давид закатывал от недовольства глаза, пытаясь таким образов сдержать гнев. Его раздражало все: отсутствие конкретики, недоступный телефон Алины, то положение в которое он попал. Но больше всего вызывал ярость тот факт, что вся сложившаяся ситуация как-то связана с Кирой.

Чувство гнева перекрывало другое. Это было беспокойство за свою девочку, что с ней могла произойти похожая ситуация, а может и хуже.

Как только его мобильный набрал нужное количество заряда, чтобы выключился экран, Давид сразу же начал его исследовать. Но ничего не находил. Не было ни пропущенных звонков от Али, ни сообщений, ничего, что могло бы показать ее волнение. И это пугало.

“... Она могла тоже пропасть! … Серый, постарайся быстрее. Что-то тут явно не чисто…”

В их квартиру Давид попал спустя минут сорок. Дверь была не заперта. Дверные замки целы. Все выглядело как и прежде, но в глаза бросались прибитые к двери разорванные документы и фотографии. Под разбросанными на кровати вещами Давид нашел телефон жены. Он был выключен. Спальня, которая прежде принадлежала Алине была пуста, вещевые полки пустовали.

Через некоторое время, в телефоне Алины Давид обнаружил чат с неизвестным номером, а в переписке фото, где он и Кира вместе общаются около его работы, а после вместе целуются в салоне его авто, далее были фотографии более обнаженного характера, которые Кира сделала в номере отеля. Только на первых снимках можно было хорошо разглядеть лицо Давида, после девушка постаралась тщательно скрыть тот факт, что он находился без сознания.

Но этого было достаточно, что нежная натура Алины поверила в происходящее.

– Нам нужно срочно найти ее, – сказал он Сергею, который все время находился рядом. – Раздобудь записи видеокамер с работы и отеля, а также проверь мой автомобильный видеорегистратор. Надеюсь у тех, кто сделал это не хватило мозгов до конца убрать за собой следы. – Сказав это, Давид подорвался с места и направился к выходу.

– А ты куда? – поинтересовался друг.

– Сначала к матери Алины, потом поеду к Горгену. Нужно найти ее, я не могу так просто ее потерять. Она должна знать правду.

***

Вечером ранее

Забежав в первый попавшийся на пути салон сотовой связи, Алина купила новый недорогой телефон и сим карту. Набрав маме сообщение, о том, что временно не будет выходить на связь, якобы уехала со школьной группой на сборы в горы, и так же солгала, что прежняя сим карта перестала действовать, поэтому пришлось сменить номер. Далее девушка вызвала такси и отправилась на вокзал.

Первый ближайший рейс. Душный салон автобуса. Затекшая спина от шести часовой езды. Чужой город.

Забив в поисковике местную карту, Аля начала искать ближайшее место где можно переночевать, а завтра уже решать, что делать дальше.

Не многие заведения уже работали по среди ночи, но ей все удалось отыскать круглосуточный мотель.

Миниатюрная гостевая комната, с одной кроватью и мини холодильником вместо прикроватной тумбы, отдельная душевая с наборами пробников гелейдля душа, небольшой деревянный шкаф, и вентилятор, стоявший в углу. Гораздо лучше, чем девушка себе представляла. Заперев входную дверь, Алина стянула с себя всю одежду и отправилась в душ. Бремя боли и преданности легло на ее плечи, и ей отчаянно хотелось смыть с себя всю эту грязь. Вместе с каплями воды по ее щекам текли горькие слёзы.

– Почему так больно? – говорила она сама себе, ударяя кулаком о запотевший кафель.

Ее ведь и раньше бросали парни, но внутри так не сжималось. Ком в горле никогда не давил так сильно, что хотелось кричать.

Отверженная.

Обманутая.

“... Я же с самого начала, думала что все так и будет. Но нет же, глупая, повелась на чувства, а они растоптали меня…”

– Почему, Давид? … – его имя на ее устах, до дрожи родное.

Спустя двадцать минут пребывания в душе, Алина все же решила дать себе отдохнуть. Как и раньше от стресса у нее сильно замерзли ноги, хотя на дворе и стоял конец июня. Но прежде холодные стопы грел в своих объятья Давид. А теперь даже не спасают плед и одеяло.

Вдох. Выдох. Снова вдох.

Чтобы немного успокойся Аля начала считать удары своего сердца. Вначале казалось, что оно хочет выпрыгнуть из груди. Но позже постепенно пульс приходил в норму, а вместе с ним и сон.

Утром она проснулась разбитой. Тяжелая томная голова. Небольшие синяки под глазами. Яркость веснушек на миловидном личике будто померкла. В ванной ее встретило отражение совсем другого человека. Эта Алина совсем не была похожа на прежнюю жизнерадостную девушку. В зеленых глазах читалась тревога, а на душе пустота.

Собрав волосы в небрежный пучок, она умылась, набрала полные ладони льняной воды и опустила в них свое лицо. Таким способом девушка надеялась хоть немного избавиться от кругов под глазами.

Несколько жадных глотков воды и желудок начал напоминать ей о том, что пустует мо внешнего времени.

Переодевшись, Аля спустилась к стойке для постоятелей, для того , чтобы продлить свое пребывание еще на одну ночь. Ее сердце говорило ей бежать как можно дальше. Но разум твердил, что долго в таком состоянии она не протянет. Сначала нужно поесть, а после составить план.

В ближайшем кафе Алина заказала себе небольшую тарелку салата с курицей и стакан крепкого зеленого чая. Пока девушка ожидала заказ, ее взгляд упал на улицу. За стеклом город уже ожил, здесь было гораздо меньше машин, чем там где она жила раньше. Менее суетливые люди, больше зелени, меньше многоэтажек. На миг мелькнула мысль, что может стоит здесь остаться, найти съемную квартиру, временно устроиться на работу, а после того как получиться забрать оставшееся документы со школы, то можно будет поискать работу по профессии.

“... Интересно, что бы на счёт этого ответил Давид? Давид… Постарайся больше о нем не думать. Наши пути разошлись. Точка…”

– Ваш заказ, – вернул ее в реальность голос официанта, – приятного аппетита.

– Спасибо, – кивнула Алина, и попыталась натянуть улыбку.

Предательская слеза вновь сползла по ее щеке. Невозможно отпустить боль за одну ночь. Говорят, что время лечит, но его прошло ничтожно мало. Оставив еду нетронутой, Алина вышла в уборную. Темные ресницы уже не могли сдерживать слезы, да нос раскраснелся. Хоть и мысленно она уговаривала себя перестать думать о нем, образ Давида ненароком всплывал в ее мыслях. Нутром Алина понимала, что ей бы хотелось услышать от него хоть какие-то объяснения. Но хватило бы у нее на это сил?

Немного успокоившись, девушка вернулась в зал. Она с силой заставила себя проглотить несколько вилок салата, а после запила все большим количеством крепкого чая.

“... На Давиде жизнь не останавливается…– сказала девушка сама себе.

Да пусть сейчас он и был центром ее вселенной, может со временем ей удастся его забыть?