Оценить:
 Рейтинг: 0

Ее шикарный босс-2: вопреки

Год написания книги
2019
Теги
1 2 3 4 5 ... 10 >>
На страницу:
1 из 10
Настройки чтения
Размер шрифта
Высота строк
Поля
Ее шикарный босс-2: вопреки
Юлия Бузакина

В наследство от родителей Кате Соловьевой досталась только привлекательная внешность – и ни гроша за душой. Судьба сводит ее с Александром Ярцевым – олигархом, сколотившим состояние на производстве оружия. На свет появляется маленькое чудо – прекрасный мальчик. Казалось бы, счастье пришло в дом. Но у главы семьи свои скелеты в шкафу. Чтобы сохранить семью, Александру придется окунуться в прошлое и вступить в войну с собственным братом – одним из самых опасных и влиятельных людей Приморья.

Юлия Бузакина

Ее шикарный босс-2: вопреки

Пролог

Автор предупреждает: все события в книге вымышлены и не имеют ничего общего с реальной действительностью.

В промозглый декабрьский вечер у сырого берега бухты залива стоял мужчина. Засунув руки в карманы распахнутой дубленки, он мрачно всматривался в серую мглу. Ветер безжалостно трепал густую копну его черных, как смоль, волос, бил по идеально очерченным скулам и квадратному подбородку, и заставлял хмурить широкие, вразлет брови.

Он был потрясающе красив в этой застывшей позе. Ледяные волны лениво лизали носки его тяжелых ботинок, длинная дубленка была распахнута, мускулистую грудь обдавали нестерпимо колючие порывы ветра, но он не чувствовал холод.

Его называли одним из самых опасных и богатых людей Приморья. Его интересы простирались отовсюду – ни одна промышленность не обходилась без его негласного участия. Когда-то он начинал с предпринимательской деятельности, а сейчас занимал пост мэра в маленьком приморском городке.

Его путь процветающего бизнесмена и политика начался с одного единственного миллиона рублей, который он украл у родного брата. Деньги он пустил в нелегальный бизнес. Брата Олег Ярцев потерял, но смог встать на ноги. Он всегда был одиночкой. Не связывал себя обязательствами, не заводил семьи. Единственной его страстью была власть, и он карабкался вверх, ловко убирая с пути неугодных и соперников.

Сейчас, спустя тринадцать лет, Олег Ярцев мог собой гордиться. Но его путь к богатству и влиянию не был усыпан лаврами. Этот путь был тернист, кровав и щедро посыпан пеплом предательства. Выдержка и умение выживать, безжалостно уничтожая противников, окупились сторицей. Теперь деньги текли к нему полноводной рекой, и в будущем сентябре он планировал участвовать в губернаторских выборах. По-настоящему новых людей в Приморской политике не наблюдалось давно, и Ярцев решил разбавить их ряды своим присутствием. Он устал довольствоваться родным городом и нацелился на покорение Владивостока.

На сегодняшний день у Олега Дмитриевича были связи и возможности. Не хватало только поддержки со стороны чеченской диаспоры, которая контролировала торговые порты. С чеченцами всегда ладил его старший брат, а вот самому Олегу подобраться к ним никак не удавалось. Сотрудничать те отказывались наотрез. Впрочем, Олег прекрасно обходился и без чеченцев – кровавые бойни остались в прошлом, криминальные авторитеты переоделись в дорогущие костюмы, занимали важные посты и вели бизнес. Но лакомый кусок с прибыли от приходящих в порт товаров из Китая и Азии бередил требовательную душу Ярцева. Ему хотелось доли и оттуда.

Олег стоял и смотрел на подмерзшие ледяные воды залива. Сегодня он потерпел поражение. Переговоры с Бакаром Тураевым, который занимал большую должность в администрации края, не дали никакого результата. От Бакара зависела львиная доля успеха в будущих губернаторских выборах, и теперь грудь Ярцева сдавливала глухая ярость. Если бы Тураев не был такой заметной фигурой, Олег уже бы давно убрал его со своего пути.

– Олег Дмитриевич! – послышался голос начальника охраны у него за спиной. – Машина подана, Олег Дмитриевич! Елена Васильевна попросила передать, что она озябла совсем в машине вас ждать.

– Уже иду, – недовольный тем, что его отвлекли от размышлений, буркнул он.

Затем тяжело вздохнул и пнул носком ботинка отколовшуюся от кромки льдину. Видимо, придется все же аккуратно убрать Тураева с пути. Ему не хотелось пачкаться накануне выборов, но другие механизмы воздействия на строптивого чеченского ставленника просто не работали. Подмять под себя непокорных чеченцев и порты – вот его давняя цель, ноющая занозой в груди. Похоже, пришло время новой негласной войны. То, чего он не мог получить с помощью переговоров и подкупов, Олег Ярцев добивался силой. Правда, на этот раз придется быть осторожным, чтобы не замарать руки. Ну, ему не впервой. Поди не мальчик уже, сто раз через это проходил. Отступать некуда, впереди Владивосток, а там, глядишь, и Москва близко.

Глава 1

Вода. Темная, страшная, холодная. Кое-где покрытая льдом, она поблескивает в свете полной луны и вызывает дикую панику. По спине капельками стекает холодный пот. Катя знает – ее брат там, спрятанный под толщей льда и воды. Он не умер, нет. Он жив и ждет не дождется, когда она подойдет к воде, чтобы схватить ее за руку и утянуть за собой, в жуткую ледяную пучину. Она понимает – надо бежать, но почему-то стоит у спуска к реке и не может двигаться. Сильный холод пробирается под длинную шубу, сковывает тело и не дает свободно вздохнуть.

У нее за спиной город, в котором она родилась и выросла. Город потонул во мраке, его больше нет. Нет ничего. Нет прежней Кати. Нынешняя Катя – всего лишь тень. Ее лицо изрезано острым ножом, она чувствует нестерпимую боль и единственное ее желание – уйти под воду и перестать дышать. Она делает неуверенный шаг вперед, к черной и страшной воде. Затем еще один. Вот из воды к ней тянется рука. Будто сотканная из черной жидкости, она впивается Кате в скулы и с силой тянет за собой. Она больше не может дышать. Она бьется в истерике, ей больно, но избавиться от цепкой хватки никак не получается. Рука отнимает у нее жизнь – медленно и уверенно, с садистским наслаждением выпивая ее до самого дна.

В ушах пронзительно звенит. Снова и снова, несмотря на невозможность дышать, в голове звенит трель.

Катерина резко подскочила в постели и открыла глаза. Сотовый телефон на тумбе отчаянно вибрировал вызовом. Дрожащими руками молодая женщина схватила телефон, сглотнула ком, застрявший в пересохшем горле, и посмотрела на экран. Фотография мужа, красивого и уверенного в себе, с любовью в глазах улыбалась ей с экрана.

– Алло, – приветствие получилось хриплым и едва слышным. Правую часть лица свело болью.

– Катюша, привет. Что с голосом? Ты спишь, что ли? – бодрый, веселый голос Саши на другом конце провода. – Просыпайся, соня! Я в аэропорту уже.

– Ох, я все проспала, да? Прости, прости!

Накануне она обещала ему, что приготовит роскошный завтрак, ведь сегодня их третья годовщина свадьбы. И вот, проспала встречу.

– Да ладно, все в порядке. Я такси возьму. Постарайся к моему приезду окончательно проснуться. Я привезу тебе булочки из нашей кофейни.

– Уже бегу приводить себя в порядок.

– Поторапливайся. Через полчаса я буду дома, – он посмеивался с ее оплошности вместо того, чтобы обидеться, и за это она любила его еще сильнее.

– Бегу со всех ног в ванную комнату, – ей с трудом удалось улыбнуться, и она положила трубку. Осторожно подвинулась и взглянула на маленькое сокровище, сопящее под теплым одеялом на соседней подушке. Из-под одеяла торчали непослушные черные кудряшки. Маленький Сашенька спал таким же крепким сном, как еще недавно его мама.

Катя соскользнула с постели и бросилась к комоду. Достала оттуда коробочку с золотыми запонками. На запонках были выгравированы две заглавные буквы – А и Е. Буквы причудливо переплетались, создавали узор и невольно притягивали взгляд. Александр и Екатерина, крепко держащиеся друг за друга – вот что означал этот символ, созданный ювелиром на заказ.

Правую щеку опалило новой волной боли. Катя вздрогнула и схватилась за скулу. Тут же вспомнила свой кошмар, не давший услышать будильник. Чувство, будто ее кто-то душил на самом деле, никак не хотело отпускать. Молодая женщина медленно подняла голову и посмотрела в зеркало над комодом. Нет, с лицом все было в порядке. Лишь тонкий, едва заметный шрам у самого уха напоминал о прошлом. С этим шрамом хирург ничего не смог сделать. Именно это место отдавало сильными болями, облегчить которые терапии удавалось лишь на время.

Уже три года они с Сашей жили в Германии. Гамбург с его уютной двухкомнатной квартиркой на втором этаже старинного пятиэтажного строения стал их первым общим домом. Здесь родился их сын, и Кате казалось, что в мире нет места прекраснее.

Нет, так было не всегда. Первый год после переезда стал настоящим кошмаром. Не желая терять время на адаптацию к новой стране, уже на следующий день после перелета Катя сидела в кабинете у пластического хирурга. Начались обследования, анализы и подготовка к первой операции.

Через две недели она легла под нож, взяв с мужа обещание, что он не станет приходить в клинику до тех пор, пока ей не разрешат поехать домой.

Ярцев был категорически против, но Катя твердо стояла на своем – только разговоры по телефону. Она не могла позволить, чтобы он видел ее некрасивой. Ей было достаточно и того, что они прожили вместе полтора месяца после трагедии.

Саша уступил скрепя сердце.

Первые дни после операции давались очень тяжело. Перевязки, антибиотики и обезболивающие средства облегчали страдания лишь на время, отечность спадала медленно, и Катя была в отчаянии. Чужая страна, уютная, но все же больница, очень вежливый персонал, и ни слова по-русски доводили ее до истерики. В отличие от мужа, Катя совсем не понимала немецкий язык. Она ненавидела Германию.

«Все, достаточно! Я приеду. Мне плевать, как ты сейчас выглядишь. Я хочу быть рядом с тобой! – громыхал в трубке муж. – Это невыносимое испытание – находиться в одном городе, и не иметь возможности поддержать тебя своим присутствием!»

«Не смей! Приедешь, когда мне разрешат отправиться домой!» – упрямилась Катя.

Ярцев снова уступил. Она не знала, что в первые дни после операции он не находил себе места. Он не мог есть, не мог спать. Каждые три часа он звонил ее лечащему врачу, требуя полного отчета о ее состоянии, и за всю историю работы клиники не было клиента настырнее.

На шестой день появились первые улучшения, и Катя начала успокаиваться. В ее сердце затеплилась надежда на возвращение прежней привлекательности. Она понемногу приходила в себя.

Для ускорения периода реабилитации ей назначили физиотерапию и массаж. Косметологические процедуры, контурная пластика – чего только не делали с ее лицом, чтобы исправить нанесенные повреждения. Порой она так уставала, что хотелось лезть на стену. Но рядом был Саша, и она не имела права сдаваться.

Всю свою бешеную энергетику Ярцев направил на Катю. Он вцепился в нее мертвой хваткой и тянул вперед, не давая отчаиваться. Если бы не его безумная упертость и твердое намерение добиться ее полного исцеления, Катя бы не дошла до конца.

Саша не сдавался. Он следил за ее образом жизни. Он заставлял ее правильно питаться и много гулять на свежем воздухе. Он заставлял ее учить немецкий язык, который доводил ее до слез и совсем не давался.

Он вломил в ее восстановление столько денег, что Катя боялась даже об этом думать.

За первый год совместной жизни Ярцев многое дал своей жене. Он лепил из нищей, сломленной нанесенными увечьями девчонки новую женщину – роскошную и уверенную, себе под стать, и Катя, приоткрыв рот от восторга, беспрекословно подчинялась новшествам.

«Я не согласен на меньшее». Теперь этот его девиз сопровождал Катю по жизни, и она обожала своего мужа. То, что он старше и опытнее, давало ему бесспорное преимущество в ее глазах. За первый год их брака он заменил ей всех – Саша стал требовательным родителем, любящим мужем и самым лучшим другом.

Постепенно Катя выздоравливала. Она распускалась во всей красе осторожно и медленно, страшась оступиться и снова упасть на самое дно. Но рядом, у нее за спиной, стоял Саша. Он был ее каменной стеной и поддержкой.

Она не знала, как у них получился ребенок. Врачи отчаянно рекомендовали ей повременить с беременностью, и они с Сашей всеми силами следовали рекомендации. Как получилось, что спустя десять месяцев после переезда из России у нее под сердцем оказался малыш, до сих пор оставалось загадкой.

«Я не стану тебя осуждать, если ты примешь решение, о котором говорит наш лечащий врач». Эти слова давались Ярцеву с трудом – они хотели ребенка. Но рисковать Катей еще раз лично для него было невыносимо.
1 2 3 4 5 ... 10 >>
На страницу:
1 из 10