Поскольку налоговый потенциал характеризуется обеспеченностью региона налогооблагаемыми ресурсами, по нашему мнению, целесообразно отметить, что он объемлет лишь часть финансовых ресурсов, определяющих финансовый потенциал. Поэтому логично заключить, что налоговый потенциал является лишь составной частью финансового потенциала.
Понятия налогового и финансового потенциала различаются также и как составляющие доходной части бюджетной системы. Если налоговый потенциал является базой для формирования только налоговых доходов бюджета, то финансовый потенциал сочетает в себе как налоговую основу бюджета, так и ресурсы, формирующие неналоговые доходы и базу для осуществления заимствования на финансовых рынках для целей финансирования определённых программ или текущего финансирования дефицита бюджета субъекта РФ.
В отличие от налогового потенциала финансовый потенциал в большей мере определяет инвестиционную привлекательность региона, а также возможность инвестирования средств в рентабельные проекты, способствующие его экономическому развитию.
Рассмотренные показатели отражают потенциальные доходы, а значит, при их оценке должны быть заложены параметры неиспользуемых резервов, неучтенных поступлений и потерь в результате влияния различных рискообразующих факторов.
Последовательное применение показателей финансового, бюджетного и налогового потенциалов на этапах разработки среднесрочного финансового плана, проектов бюджетов позволит наиболее полно и обоснованно отразить движение финансовых потоков в финансовую систему территорий, адекватное потребностям социально-экономического развития, исполнения функций местного самоуправления, системного видения и использования ресурсов.
Таким образом, следует отметить, что большинство объектов, изучаемых экономической наукой, в том числе и налоговые отношения, могут быть охарактеризованы таким понятием, как сложная система. Так как важным качеством любой системы является детерминированность ее элементов, при исследовании недостаточно пользоваться методом расчленения на элементы с последующим их изучением в отдельности как арифметических составляющих. Одна из трудностей экономических исследований состоит в том, что почти не существует объектов экономики, которые можно было бы рассматривать как отдельные элементы. Так как сложность системы определяется количеством входящих в неё элементов, связями между этими элементами, а также взаимоотношениями между системой и средой, можно с уверенностью сказать, что межбюджетные отношения обладают всеми признаками очень сложной системы. Она объединяет огромное число элементов, отличается многообразием внутренних связей и связей с другими системами.
Таким образом, налоговый потенциал является категорией, характеризующей определённую часть финансово-экономических отношений, он, как следствие, является неотъемлемым звеном системы межбюджетных отношений, отражает ее состояние.
Структурно-иерархическая модель потенциальных финансовых ресурсов является ключевым звеном в системе теоретических представлений о способах реализации основного принципа бюджетного выравнивания – гармонизации потребностей в бюджетных услугах и возможностей финансовой базы территорий. Формализованная оценка финансовых потенциалов призвана восполнить пробел в формировании информационно-аналитической базы о влиянии различных факторов на результаты бюджетного процесса.
Исследования показали, что формирование межбюджетных отношений как системы не закончено. Определены следующие направления для дальнейшего совершенствования политики и методологии оценки:
• минимизация политических рисков и политическая консолидация, предполагающие достижение общественного согласия по вопросам распределения финансовых ресурсов между уровнями бюджетной системы;
• создание условий для эффективного выполнения региональными и местными властями своих полномочий в рамках гражданского общества;
• углубление и развитие принципов бюджетного федерализма;
• повышение эффективности межбюджетных отношений и качества управления общественными финансами, в том числе через совершенствование методических подходов к оценке характеризующих их показателей.
В ходе проведения бюджетной реформы в Российской Федерации сформировалась принципиально новая бюджетная система. Произошедшие в последние годы изменения финансовых взаимоотношений бюджетов различных уровней способствовали созданию их правовой и методологической базы, укреплению бюджетного федерализма, повышению бюджетной дисциплины, прозрачности и относительной стабильности распределения финансовых ресурсов. Вместе с тем реализация нового бюджетного законодательства требует проведения дальнейшей работы, в том числе в направлении совершенствования теоретических и методических подходов отдельных элементов системы межбюджетных отношений и налогового потенциала.
Несмотря на значительное число публикаций по данному вопросу в экономической литературе, определение сущности налогового потенциала относится к числу наименее разработанных вопросов в отечественной финансовой науке, а именно, нет единства, прежде всего, в трактовке отдельных терминов, понятийных категорий. Кроме того, налоговый потенциал не всегда рассматривается как финансовая категория, не в полной мере раскрываются вопросы его взаимосвязей с другими финансовыми категориями. Однако неразработанность теоретических вопросов сущности налогового потенциала может привести к нарушению принципов бюджетной системы в целом и налогообложения в частности.
Традиционно цель оценки налогового потенциала – более справедливое распределение налогов и увеличение их отдачи. Примеры оценки налогового потенциала были уже в Римском государстве (14 г. н. э.), для этого проводилась оценка земельных угодий, составлялись кадастры по каждому городу, содержавшие данные о землевладельцах, производилась перепись населения и т. д.
В России в начале XVII в. с окончанием Смутного времени объективно возникла потребность устройства хозяйственной жизни и удовлетворения финансовых нужд государства. Поэтому на Земском соборе в 1619 г. было принято Постановление, в силу которого в 1620-х годах была проведена «общая перепись тяглого населения в государстве с целью привести в известность и устроить его податные силы». Это была первая попытка определения налогового потенциала в Московском государстве XVII в. [96].
Для составления по областям точных описаний городов, уездов с их населением, церквами, лавками, дворами и категориями землевладения (или «писцовых книг», служивших основанием для податного земельного обложения) и распределения податей сообразно с имуществом жителей во все города посылались писцы и дозорщики (подьячие), которые должны были объехать порученные им уезды, описать города и все селения, установить число плательщиков и количество обрабатываемой ими земли, определить прибыль или убыль возделанной земли, подлежащей обложению. Эти данные заносили в «дозорные» и «переписные книги», представлявшие собой далекий прообраз «Налогового паспорта региона» наших дней.
Налоговый потенциал современной России существенно отличается составом налогов, налогооблагаемых баз, способом сбора и обработки информации и методами оценки.
Термин «потенциал», согласно толковому словарю русского языка, означает «совокупность средств, возможностей, необходимых для чего-либо»[1 - Ожегов С.И. Словарь русского языка: 70 000 слов / под ред. Н. Ю. Шведовой. – М.: Рус.яз., 1990. – С. 921.]. Исходя из данного определения можно говорить о налоговом потенциале как о «налоговой возможности», т. е. о некоторой условной, в принципе достижимой сумме налоговых сборов. В мировой практике используется несколько похожий термин – «tax capacity», означающий налогоспособность, или «способность базы налогообложения в пределах какой-либо административной единицы приносить доходы в виде налоговых поступлений (но не фактическая сумма поступлений, как таковых)».
В бюджетном законодательстве современной России (Ст. 131, 138, 142.1 БК РФ) под налоговым потенциалом подразумевается совокупность объектов налогообложения в рамках действующей налоговой системы, расположенных на территории субъекта, т. е. налоговая база. При этом статья 53 Налогового кодекса Российской Федерации предусматривает, что «налоговая база представляет собой стоимостную, физическую или иные характеристики объекта налогообложения». На наш взгляд, трактуемая законодательством формулировка налогового потенциала недостаточно точно отражает суть данного понятия. Безусловно, в основе определения налогового потенциала лежит налоговая база. Однако не её стоимостная оценка характеризует налоговый потенциал, а способность извлекать из неё доход.
Методика распределения дотаций из Федерального фонда финансовой поддержки субъектов Российской Федерации содержит показатель «индекс налогового потенциала» и определяет его как «относительная (по сравнению со средним по Российской Федерации уровнем) оценка налоговых доходов консолидированного бюджета субъекта Российской Федерации, определяемая с учетом уровня развития и структуры экономики субъекта Российской Федерации» [20].
Методическими рекомендациями субъектам Российской Федерации и муниципальным образованиям по регулированию межбюджетных отношений, утвержденными Приказом Минфина России от 27 авг. 2004 г. № 243, предусматривается, что расчетные налоговые доходы (налоговый потенциал) являются оценкой налоговых доходов, которые могут быть собраны в бюджет муниципального образования из налоговых источников, закрепленных за бюджетом муниципального образования.
В настоящее время субъекты РФ самостоятельно определяют законодательные основы регулирования межбюджетных отношений в своем регионе, т. е. имеют право разработать и использовать собственную методику распределения дотаций на выравнивание бюджетной обеспеченности. Обязательным условием методики является использование в расчетах налогового потенциала (или аналогичного ему показателя). На сегодняшний день все 83 субъекта РФ закрепили в своем законодательстве методику расчета выравнивающих дотаций (прил. 2), и большинство методику расчета налогового потенциала.
Большая часть субъектов РФ, в соответствии с Методическими рекомендациями Минфина № 243, используют понятие «налоговый потенциал» (табл. 2). Различные понятия закреплены в нормативной базе субъектов Центрального ФО: только 9 из 18 регионов придерживаются классической схемы расчета налогового потенциала, 2 региона применяют в расчетах термин «условный налоговый потенциал» и по 3 – «доходный потенциал» и «налоговый ресурс».
Таблица 2
Показатели в расчете налогового потенциала субъектов РФ
Источник: составлено автором.
В законодательстве трех регионов (Тамбовская область, Чеченская Республика и Дагестан) понятие и методика расчета налогового потенциала либо аналогичного ему показателя не прописаны.
В Российской Федерации над концептуальными основами определения налогового потенциала как регионов, так и государства в целом работали многие учёные [10, 15, 22, 23, 36, 44, 58, 59, 68, 82, 105 и др.]. Их труды во многом определяют сущность данного понятия.
Однако по ряду положений точки зрения авторов расходятся. Часто встречаются термины «доходный потенциал», «налогово-бюджетный потенциал», «доходно-производящий потенциал», «финансовый потенциал», «налоговая база», «экономическая и бюджетная мощность», «условный налоговый потенциал» и «налоговый ресурс».
В современной отечественной теории можно выделить три подхода к толкованию понятия «налоговый потенциал» (рис. 2).
Рис. 2. Теоретические подходы к понятию «налоговый потенциал»
Ресурсный и фискальный подходы являются концептуальными и рассматриваются большинством авторов. Межбюджетный подход анализируется гораздо меньшим числом разработчиков.
Один из исследователей ресурсного подхода Н. Д. Матрусов акцентирует внимание на необходимости разработки системы оценки национального богатства исходя из постулата, обусловливающего социально-экономическое благополучие и безопасность России. В первую очередь речь идет о масштабности вовлечения и эффективности использования национального богатства во всех сферах жизнедеятельности общества. В этом направлении первым шагом, по его мнению, должно стать «…последовательное выявление, инвентаризация и объективная оценка природных ресурсов, экономического капитала и человеческих ценностей региона, составляющих в совокупности его национальное богатство» [59. С. 156].
Н. Д. Матрусов определяет налоговый потенциал в «широком» смысле как «…совокупность финансовых ресурсов, которая может быть эффективно мобилизована через налогообложение в системе «население – хозяйство – территория», в координатах которой протекают основные процессы жизнедеятельности общества в границах региона».
В связи с этим при решении масштабных задач, связанных с совершенствованием налоговой системы и реформированием межбюджетных отношений, а также перспективами регионального развития, необходимо опираться на фискальную оценку налогового потенциала. Таким образом, в «широком» смысле, налоговый потенциал – это совокупный объём налогооблагаемых ресурсов территории.
В теории фискального подхода под налоговым потенциалом понимается максимально возможная сумма налоговых платежей на данной территории. При обращении к слагаемости налогового потенциала исходят из приоритетов фискального подхода, а именно либо из совокупности налоговых баз, либо как суммы налоговых потенциалов федерального и регионального бюджета (фискальный подход) [23. С. 31]. Следовательно, это максимум налоговых поступлений, которые может при идеальных условиях обеспечить территория (субъект РФ или муниципальное образование). Так, Е. С. Мураховская понимает под налоговым потенциалом страны (территории) «совокупность всех видов налогов на продукцию, производство и прибыль, подоходных и социальных налогов, которые реально можно собрать в рамках данной территории в определенный временной период». Данный показатель характеризует финансовые возможности государства (региона). В данном контексте налоговые поступления являются продуктом двух основных факторов: налоговой базы и налоговой ставки. Первый во многом зависит от налогооблагаемой базы, второй – от уровня налоговых ставок и благосостояния (платежеспособности) общества. Таким образом, налоговый потенциал представляет собой ресурсы, которые подлежат аккумулированию в бюджет через налоговые платежи, т. е. финансовые ресурсы, которые через систему налогообложения и в соответствии с действующим законодательством должны поступить в бюджет (ресурсный подход) [64. С. 37].
Н. Д. Матрусов определяет налоговый потенциал в «узком» смысле как «…финансовые ресурсы, которые подлежат аккумулированию в бюджет через налоговые платежи в соответствии с действующей в стране системой налогообложения…». Оценку налоговой активности региональных органов власти и, в первую очередь, оценку собираемости налогов в отдельных регионах и сопоставление регионов по этому показателю, по его мнению, целесообразно базировать на исследовании налогового потенциала в «узком» смысле через максимально возможную сумму поступлений налогов и сборов, исчисленных в условиях действующего законодательства. Хотя смысл указанного выше концептуального подхода в данной трактовке частично сохранён, всё же имеет место сужение содержания налогового потенциала в «широком» смысле. Согласно данной точке зрения определение налогового потенциала в «широком» смысле сводится к определению налогооблагаемых ресурсов, а экономические ресурсы региона могут не облагаться в тот или иной момент ни одним из налогов. В связи с этим оба подхода к определению исследуемого понятия на определённом этапе сводятся воедино, что, на наш взгляд, является недостатком.
Сущность налогового потенциала территории также рассматривают с позиции формирования доходной части бюджета и выравнивания бюджетной обеспеченности (межбюджетный подход). Если занять позицию конечного получателя налоговых поступлений, то налоговый потенциал обернется потенциальным бюджетным доходом на душу населения, который может быть получен соответствующими органами власти за финансовый год при использовании единых для территории условий налогообложения. В этом случае налоговый потенциал, как правило, рассматривается с позиции максимально возможных налоговых платежей, которые могут поступить в распоряжение общества, при определенных институциональных условиях, сформированных для предприятий и домохозяйств. Таким образом, предлагаем его определить как потенциальный бюджетный доход на душу населения, который может быть получен исходя из реализуемых межбюджетных отношений.
Один из сторонников межбюджетного подхода С. Н. Хурсевич [74]. Данная позиция строится на утверждении, что в целях усиления стимулирующей роли нормативов отчислений в бюджеты различных уровней расчёт их уровня необходимо осуществлять в привязке к величине налогового потенциала территорий, принимаемого в качестве основополагающего параметра оценки бюджетной обеспеченности различных типов территориальных образований. По содержанию налоговый потенциал территории в данном случае определяется как «…максимально достижимый объём бюджетно-налоговых поступлений, который может быть получен в рамках территории в сложившихся условиях хозяйствования».
В обобщённом виде суть данной позиции заключается в переходе от традиционных методов планирования бюджетных доходов «от достигнутого уровня» к оценке финансовых возможностей территорий и их учёте в системе распределительных отношений.
Исследователи, использующие налоговый потенциал регионов для целей межбюджетного выравнивания, указывают на необходимость определения данного понятия в соответствии с целями анализа и оценки, а также методики, используемой для самой оценки. Исходя из этого они определяют налоговый потенциал как «…способность региональных налогоплательщиков финансировать оказание государственных услуг в регионе при условии применения одинаковых для всех административно-территориальных образований правил налогообложения (налоговых ставок и состава налоговых льгот)» [22, 36, 37].
Группа исследователей, занимающихся проблемами межбюджетных отношений, определяет налоговый потенциал как «…возможные налоговые поступления, рассчитанные по налогооблагаемой базе с учётом действующих (прогнозных) ставок, установленного порядка их начисления в условиях стандартных налоговых условий и усилий» [23]. При этом они выделяют ряд методологических проблем:
Во-первых, «…с позиции формирования конструкции и понятийного аппарата бюджетно-налоговой проблематики является ли правомерным рассмотрение «потенциально возможных» и «возможных налоговых поступлений», являющихся, по сути, однородными величинами, в одном случае как ресурса, а в другом – как потенциала территорий».
Во-вторых, «…в какой мере стандартизация условий формирования и аккумуляции налогов, осуществлённая посредством элиминирования территориальных налоговых льгот и учёта уровня собираемости налогов, может быть использована в качестве корректировочного параметра оценки величины налогового потенциала конкретного территориального образования.
Суть рассматриваемых вопросов сводится приверженцами данного подхода к оценке правомерности использования однородных терминологических выражений для качественной идентификации различных категорий. При этом следует иметь в виду, что введение синонимов (например, потенциально возможные налоговые поступления) при раскрытии содержательной основы категорий и конструировании понятийного аппарата снижает определённость и логику данной конструкции. В связи с этим исследователи высказывают точку зрения, согласно которой правомерным будет предположение о необходимости разделения содержательной основы рассматриваемых категорий с выделением и уточнением их собственной сущностной нагрузки, обусловленной спецификой выражаемых ею экономических отношений. Они указывают на то, что данная специфика просматривается достаточно чётко, если категорию «потенциал» трактовать как максимально возможный результат конкретного иерархического уровня хозяйствования, который может быть обеспечен при задействовании всего комплекса имеющихся ресурсов.
В результате налоговые доходы рассматриваются и как составляющая результирующего параметра функционирования региона – валового регионального продукта. При этом в качестве ресурсов следует принимать источники формирования налогового потенциала, в числе которых могут быть обозначены величина добавленной стоимости в общей стоимости товаров и услуг, прибыль предприятий и организаций, доходы населения, объёмы подакцизных и подлежащих таможенному обложению товаров и др.
Правомерность учёта стандартизованных условий налогообложения при оценке налогового потенциала территории данная группа исследователей видит в том, что результатом данного усреднения будет расчётная величина, выравнивающая налоговые поступления до среднероссийского уровня. При этом индивидуальные возможности территории, которые должны быть выявлены при предполагаемой оценке, будут нивелированы. В результате величина налогового потенциала каждой конкретной территории будет привязана к усреднённой оценке, являющейся гипотетической величиной и только с определённой долей допущения характеризующей её собственные налоговые возможности. Однако именно данный подход к оценке налогового потенциала территорий наиболее распространен в мировой практике, и его использование производит несомненный практический эффект, так как позволяет по сравнению с действующей системой повысить объективность расчётов нормативов отчислений от налогов и величины трансфертных перераспределений.
Проведённый анализ концептуальных подходов к определению налогового потенциала регионов позволяет выделить и использовать наиболее рациональные элементы для авторского определения налогового потенциала, выработки алгоритма и методики объективной его оценки на региональном уровне. При этом, на наш взгляд, следует отметить необходимость дифференциации между реально возможной величиной налоговых поступлений, являющихся основой реализации межбюджетных отношений (существующих в реальной налоговой системе), и определением налогового потенциала как абстрактной финансовой категории, выражающей некую оптимальную сумму налоговых сборов в условиях какой-то идеальной для конкретного региона налоговой системы. Такое разделение, по нашему мнению, необходимо тогда, когда привязывание налогового потенциала региона к идеальной налоговой системе неизбежно влечет за собой диспропорции в реализации целей налогообложения.