Опомнившись, Рита позвонила-таки водителю, затем они с начальником спустились на подземную парковку, где их уже поджидал чёрный седан премиум-класса. Обычно Стрельцов предпочитал добираться в офис и обратно на собственном автомобиле, но иногда, по обстоятельствам, пользовался и служебным транспортом. Всю дорогу они снова обсуждали детали будущих переговоров, будто и не было странного разговора в её кабинете, и не менее странного… пари? Нет, даже пари это было не назвать! Стрельцов просто наглым образом развёл её! Взял на слабо. И при этом было совершенно не ясно, какие сам преследовал цели.
Зачем ему вообще всё это понадобилось? Вот чего Рита никак не могла взять в толк…
Конечно, две недели обещанного отпуска выглядели заманчиво, но вот то, что для этого она должна будет заявиться на важные переговоры без белья, больше походило на горячечный бред. Или дебильный розыгрыш. Но уж слишком вся ситуация была пикантной, чтобы из-за двери вдруг выскочила съёмочная группа с воплями: «Улыбнитесь, вас снимает скрытая камера!»
Но, стоит признать, Павел действительно неплохо её знал, как бы Маргарита ни пыталась убедить его в обратном. Знал, чем поддеть, как спровоцировать. Уже оказавшись дома, не раз прокрутив в голове их необычный разговор, Рита осознала, как глупо попалась. Он ведь не считал её ханжой на самом деле – она была в этом уверена! Всё сказанное было всего лишь тривиальной попыткой вывести её из равновесия, и она, как последняя дура, не поморщившись заглотила наживку! Пошла на поводу у эмоций…
То, что её личная жизнь и вправду не отличалась живостью, было правдой. Как полетела в тартарары ещё несколько лет назад, так с тех пор и стала ни-ка-кой. А если точнее, личной жизни у неё не было и вовсе. Но ведь так было далеко не всегда! Да и рефлексировать по этому поводу Маргарита не привыкла. Просто сильно обжёгшись однажды, она совершенно не имела желания снова играть с огнём. Поэтому у неё давно не было отношений с противоположным полом. Ни серьёзных, ни мимолётных – никаких. И её это полностью устраивало.
Почти устраивало, если уж совсем честно. Иногда всё-таки накатывала тоска. А иногда и вовсе – дикое желание. Ведь она и правда была здоровой молодой женщиной, и не могла не страдать от отсутствия мужчины в своей жизни. Поэтому и научилась всю нерастраченную энергию пускать в иное русло.
Работа заменила ей личную жизнь, и этим всё сказано. И ведь всё было хорошо! В целом. Никаких страданий по этому поводу, никаких метаний. Да на них просто не оставалось времени, настолько сильно её поглотила «Аскелла» со всеми своими делами и проектами! Но иногда, в минуты покоя, неожиданно что-то переворачивалось внутри, и ей хотелось снова стать женщиной, а не просто киборгом, безупречно выполняющим свои обязанности. Желанной, любимой. В чём-то беспечной, в чём-то ранимой. Слабой, даже ведомой… Но реальность быстро расставляла всё по местам – ни один мужчина, из окружающих Риту, совсем не подходил на роль того, с кем бы ей хотелось сблизиться, за кем бы она безоговорочно согласилась последовать хоть на край света. Кого бы она снова смогла пустить глубоко внутрь грудной клетки…
А может, прав Стрельцов? И она действительно ханжа? Ведь несмотря на то, что ей иногда – чего уж таить от самой себя? – хотелось близости с мужчиной, банально хотелось секса, возможность найти себе партнёра на одну ночь Рита даже не рассматривала. Нет, чисто теоретически она не исключала такого поворота, но вот на практике… На практике Маргарита Саламова была слишком требовательна и брезглива для подобного! Да и где их взять, этих партнёров? Не до такой она степени отчаялась, чтобы ради удовлетворения минутной похоти начать шататься по злачным местам в поисках приключений на одну ночь… Да её передёргивало от одной только мысли!
Нет. Нет и нет! Всё это глупости, не более. В понедельник она снова с головой окунётся в работу, и всякой дребедени просто не останется там места. А мужчины… В мужчинах Рита давно разочаровалась. Это только в романтических комедиях и любовной беллетристике существуют рыцари, способные на верность своей даме, на поступки и подвиги. В жизни же… либо тюфяки, либо кобели! Да, так и есть. Пресловутые кобели, вроде того, на которого она работала, и который дурацким, на грани пошлости, спором сумел выбить её из душевного равновесия!
А вообще, гори оно всё синим пламенем! Это идиотское пари, эти две недели отпуска! И Стрельцов вместе с ними. Ну не может же быть такого, чтобы он на самом деле ждал от неё подобной выходки?! Не будет же он, в конце концов, проверять, есть ли на ней бельё? Это же абсурд в чистом виде…
Да и, положа руку на сердце, нужен ли он ей, этот отпуск? Если даже предстоящий уикенд без привычного цейтнота – уже сродни пытке?
И тем не менее всю последующую после своих рассуждений и умозаключений ночь Рита проворочалась, сбивая простыни во сне. Ей снились переговоры, ей снились безликие шведы, ей снился Стрельцов. Почему-то без рубашки, но с тёмно-красным галстуком, контрастным пятном выделяющимся на фоне его рельефного торса…
В субботу утром, сомнамбулической походкой после тревожной ночи направляясь на кухню к вожделенному кофе, Рита вдруг поняла – а ведь действительно у неё давненько не было двух полноценных выходных! Стрельцов пригрозил всеми возможными карами, если она плюнет на его указания и заявится в офис в эти дни – он хотел, чтобы Маргарита отдохнула перед предстоящей неделей и категорически на этом настаивал, утверждая, что рвение и силы ассистента ему ещё понадобятся.
Весь день она провела дома, посвятив его насущным домашним делам, раз в кои-то веки выдалась такая возможность, и лишь иногда отвлекалась на звонки и приходящие на почту сообщения.
Дел было не так уж и много – два раза в неделю, по понедельникам и четвергам, к Рите приходила женщина предпенсионного возраста, которая содержала в порядке квартиру (по большому счёту просто прогоняла пыль с поверхностей, так как беспорядок, ввиду постоянного отсутствия хозяйки, наводить было просто некому) и готовила нехитрую, но домашнюю еду, аккуратно расфасовывая её по контейнерам и составляя в холодильник. А у Маргариты даже не всегда была возможность всё это съесть… Они нечасто пересекались с домработницей, но даже в редкие встречи та по-доброму журила Риту, заботясь о совсем «исхудавшей» и «света белого не видящей» девочке…
К слову, сама Рита себя исхудавшей совсем не считала, хотя и аппетитными формами похвастаться не могла. Не худышка, но подтянутая – если выдавалась возможность, пару раз в неделю она посещала зал, а когда-то в прошлой жизни и вовсе совершала утренние пробежки. Для своих двадцати девяти она выглядела вполне себе неплохо. Родители (а точнее – отец, а ещё точнее – дед) в придачу к восточной фамилии наградили её генами, в которых имелась толика горячей южной крови. И именно у Риты она проявилась на удивление сильнее, чем у других членов её большой и шумной семьи. Тёмные волосы, густые, кудрявые и жутко непослушные – под своим весом они распрямлялись, ложась волной, но в сырую погоду, бывало, на голове случалось настоящее воронье гнездо! Тёмно-карие, практически чёрные глаза, от природы тёмные ресницы и густые брови (о, счастье, что мода на узенькие ниточки осталась далеко в прошлом!). И всё это на фоне достаточно светлой, хотя и спокойно реагирующей на солнце, кожи.
В общем, внешностью Маргарита Саламова обладала довольно незаурядной, если не сказать – яркой. И дабы не привлекать к себе большего, чем ей самой было необходимо, внимания, она предпочитала довольно сдержанный стиль в одежде – спокойные тона, классический крой. Волосы, грозящие в любой момент превратиться в кудрявое нечто, стягивала тугим узлом на затылке, декоративную косметику использовала по минимуму, при этом не гнушаясь ухаживающими процедурами, и искренне считая, что сияющая здоровьем кожа лучше любого макияжа. Ещё несколько лет назад образ Риты довершали очки в классической оправе, но современная операция по коррекции зрения избавила её от необходимости в этом аксессуаре, визуально накидывающем ей пару-тройку лет сверху. Нет, в своё время очки очень помогли Маргарите – их наличие всегда прибавляло облику некой серьёзности, значимости, что на первых порах работы в «Аскелле» было абсолютно не лишним. Ну а сейчас… сейчас такая необходимость отпала, и не воспользоваться современными возможностями для восстановления зрения и не распрощаться навсегда с осточертевшими ещё со школьных лет окулярами было бы глупо.
4
Второй выходной Рита решила посвятить себе любимой. Посетила салон, пробежалась по магазинам, побаловала себя вкусным обедом в уютном ресторанчике. А вечером, устроившись с бокалом вина у компьютера, наконец собралась заглянуть в дружеский чат, чтобы поболтать со старыми виртуальными приятелями.
Вбив необходимые логин и пароль, она оказалась в «болталке», где ей всегда были рады, несмотря на то, что в последнее время она появлялась онлайн крайне редко.
«MarSala: Привет, народ! 568 сообщений… Читать – не перечитать…
Лекса: Какие люди!
Irene Adler: Маргарита, ты ли это? Не верю глазам своим!
Лекса: Вот-вот! Совсем про нас забыла…»
Затем последовала дружеская пикировка со всеми, кто нынче «висел» в чате, обмен приветствиями и последними новостями – их набралось немало. У кого-то больной темой были школа и дети-школьники, у кого-то – работа, кто-то попал в очередную нелепую ситуацию, кто-то незло стебался над остальными. В общем, всё как всегда.
Трудно в это поверить, но когда-то всех этих людей объединило увлечение фотографией. Выкладывая свои работы на общегородской сайт фотографов, участвуя там в различных конкурсах, ища признания и банальной рекламы, сначала люди общались на форуме сайта на темы, крутящиеся в основном вокруг фотомира. Потом, спустя пару лет знакомства, активисты сообщества решили создать этот, скрытый от глаз посторонних, чат, где можно было не только поделиться опытом, полезными контактами и отзывами на оборудование и клиентов, но и просто пообщаться в неформальной обстановке на любые интересующие темы. За те несколько лет, что существовал их «клуб анонимных фотографов», остались самые стойкие. В основном это были девушки, но и парочка мужчин в их ряды затесалась… Точнее, их было трое. И как эти «суровые бруталы» до сих пор не сбежали – для всех оставалось загадкой. Ведь если девчонок начинало нести, то остановиться им было трудно. Поэтому в общей беседе могли часами обсуждать и детские прививки, и маски для лица, и даже хвастаться рецептами и фото пирогов. Но чаще всё же преобладало просто лёгкое дружеское общение, с шуточными перепалками по любому поводу и без. Люди, обитающие в чате, за несколько лет так привыкли друг к другу, что шли делиться с виртуальными друзьями радостями и печалями, просили совета в любой области, будь то покупка нового объектива, переустановка операционной системы или банальное лечение простуды. Всем им иногда было необходимо переключиться, отвлечься от рутины, от рабочего аврала или домашних хлопот, и просто потрепаться с близкими по духу людьми.
Увлечение фотографией Маргарита забросила давно. В её профиле на фото-сайте уже несколько лет не появлялось новых снимков, а любимый «Кэнон» пылился без дела. А ведь когда-то, после окончания учёбы в институте, когда она только-только стала зарабатывать в «Аскелле» баснословные для вчерашней студентки деньги, когда у неё наконец появилась возможность купить всё то, что было пределом её мечтаний на тот момент – настоящий профессиональный агрегат с кучей всевозможных примочек, ей казалось, что вот оно, дело, которое приносит ей настоящее удовольствие! Дело, которым ей действительно хотелось бы заниматься, в котором хотелось бы реализовать себя! А не все эти бесконечные, скучные и никому не нужные цифры и отчёты… Но постепенно цифры и отчёты, вкупе со звонками, важными встречами, совещаниями и планёрками, вытеснили из жизни всё, что каким-либо образом касалось фотографии. Остался только этот чат, который, впрочем, тоже мало напоминал общение профессионалов своего дела…
Но именно здесь Рита иногда отдыхала душой. Именно общаясь с этими людьми действительно могла не просто зарядиться позитивом, потрепавшись «ни о чём», но и по-настоящему расслабиться, отдохнуть, переключиться с мыслей о работе на что-то другое, максимально от неё отдалённое.
«Лекса: Ты в курсе, что от работы дохнут кони?
Irene Adler: Так это кони… Она у нас бессмертный пони!
MarSala: Ну… не такой уж и бессмертный.
MarSala: Я бы с удовольствием куда-нибудь в тёплые страны умотала… Только сегодня об этом шефу говорила.
Лекса: И?
MarSala: И ничего.
MarSala: Пока ничего.
Лекса: «Пока», конечно, обнадёживает…
Irene Adler: И смайлик в конце.
Dragon77: Нечего в этих тёплых странах делать! Хотя отпуск, конечно, штука нужная!
Irene Adler: Чего это нечего? Ещё как чего!
Лекса: Да, сейчас и у нас в горах такая красотища! На прошлых выходных в Лесогорском были! Воздух, тишина, только птички поют да речка журчит! Фотки теперь месяц разбирать буду… Если вообще руки дойдут хотя бы парочку обработать. Но зато душу на полгода вперёд отвела!
Irene Adler: В Лесогорском хорошо, да… А через пару недель вообще красота будет… Туда бы с коптером… эх!
MarSala: Да мне хоть тёплые страны, хоть Лесогорское… Пока не видать, как собственных ушей.
MarSala: Два года в отпуске не была.
Irene Adler: Нет, ну так даже с бессмертными пони нельзя!
Irene Adler: На мыло начальство Маргариты!
Лекса: Свободу попугаям! Долой тиранию!»
Тирания? Рита задумалась. А тирания ли? Ведь если бы она действительно так хотела в эти тёплые страны или хотя бы в пресловутое Лесогорское – посёлок в предгорье, до которого ехать было каких-то двести километров, неужели бы не добилась бы этого отпуска от Стрельцова без всяких каверзных условий?
Загвоздка была в том, что ехать куда-либо одной совершенно не хотелось… А если не одной, то с кем? У сестёр свои семьи, подруг, настолько близких, чтобы даже в теории рассматривать возможность совместного отдыха, у неё со времён студенчества не водилось, про личную жизнь даже вспоминать снова не хотелось… А проводить отпуск, изнывая от нагоняющего тоску ничегонеделания, в одиночестве и претящих самой её сути попытках завести знакомства… Нет уж, избавьте!
И тут, словно ответ на её мысли, на экране появилось новое сообщение.
«Базилио: Так, отставить панику. Предлагаю собраться всем вместе, накостылять начальству Маргариты, а потом отметить это дело общей пья… поездкой в Лесогорское.