Тея улыбнулась:
– Я думаю, да.
Глава шестнадцатая. Следующий день
Наутро чуть свет мы уже были в спальне Максима. Мне очень хотелось называть его Джиани, и Тея подтвердила, что так его и звали в прошлом воплощении, но сейчас это был Максим, и с этим приходилось мириться. Как и с тем, что в спальне он спал не один. Я себя чувствовала очень неуютно, будто подсматривая за чьей-то личной жизнью в замочную скважину, но утешала себя тем, что мне нужно только узнать, вспомнит он свой сон или нет после пробуждения, и больше я подсматривать не буду.
В семь утра прозвенел будильник. Джиани-Максим протянул руку, кажется, не проснувшись толком, и выключил его. Мне казалось, он произнес одними губами «Беата», и прижал к себе рядом спящую девушку. Я отвернулась, все это было слишком лично. Мне хотелось уже много раз бежать отсюда, но Тея подбадривала меня:
– Вера, не забывай, зачем ты здесь. Вовсе не затем, чтобы подсматривать за его личной жизнью. Ты должна узнать, вспомнит он что-то или нет.
– Неужели нет другого способа?
– Ты хочешь, чтобы я это сделала за тебя?
Я подумала, что, действительно, я хотела все увидеть своими глазами.
И вот настал миг пробуждения. Максим открыл глаза, его взгляд был затуманен, и мне показалось, что он меня видит! По крайней мере, он смотрел прямо на меня. Но это длилось не больше секунды. Затем проснулась девушка, обняла его, он стряхнул остатки сна и сконцентрировался на ней. Как будто перешел из одной реальности в другую. Она спросила:
– Как ты спал, дорогой?
– Какой-то странный сон видел. Еще мгновение назад мне казалось, что очень важно вспомнить о чем-то, но сейчас уже ничего не помню.
Но девушка уже целовала его, и он, казалось, совершенно забыв о своем сне и разговоре, ответил ей на поцелуй.
Я отвернулась и вышла из комнаты. Тея вышла за мной. Мне подумалось, что мое дело совершенно безнадежно. Тея ответила на мои мысли:
– Он почти вспомнил. Я читала его мысли, там был твой образ. Но мозг не успел оформить его, придать ему значение, чтобы он осталась в памяти. Ты должна попробовать еще раз.
– Знаешь, мне все время кажется, что я лезу не в свое дело.
– Хорошо, что тебе так кажется. Значит, у тебя есть совесть, и ты не эгоистка. Но вспомни, он сам вчера тебя клятвенно молил спасти его.
– А сегодня он ничего не помнит. Где он настоящий?
– Ничего не помнит его физическое сознание, оно грубое, оно – только оболочка. Более тонкое сознание его помнит и любит тебя, и, уж поверь мне, оно ближе к его истинному Я.
Оставшуюся часть дня мы опять гуляли по городу Теи. Я попросила ее проводить меня в мою палату, мне хотелось посмотреть на мое физическое тело, но Тея сказала, что это сейчас ни к чему. Тем более, скоро я туда вернусь. И вот мы возвратились в ее мир, чему я была несказанно рада. Мне нравилось там гораздо больше, чем на Земле, я наслаждалась ощущением легкости, буйством красок, нежными звуками, чистым воздухом, ощущением свежести. Я чувствовала себя там намного живее, чем на Земле, и никак не могла нарадоваться этому. Когда я поделилась своими впечатлениями с Теей, она лишь загадочно улыбнулась и сказала:
– А ведь это одна из самых грубых и тусклых из обителей Бога.
Я была удивлена:
– Ты хочешь сказать, есть где-то что-то еще живее и прекраснее?
– Я тебе уже говорила, что Мироздание настолько огромно, что нам невозможно себе это представить.
Я попросила Тею познакомит меня с ее бабушкой, на что она ответила:
– Бабушка уже не живет с нами.
– Она на Земле?
– Нет, она пошла выше.
– Так что же там выше?
– Огромный мир, намного больше и прекраснее нашего. Бабушка иногда спускается к нам и рассказывает и своем мире. Видишь ли, то, где мы сейчас находимся, по сути дела – чистилище. Мы здесь, потому что не избыли еще свою привязанность к Земле, физические желания и эгоизм. Душа, свободная от этих пороков, сразу после смерти перемещается выше, в место, которое действительно называют «небесами» или «раем». Большинство же застревают здесь до тех пор, пока не очистятся.
– А потом поднимаются в рай?
– Далеко не все, многие инкарнируют снова, потому что еще не достойны райского блаженства.
– По мне, так и тут неплохо.
– Они тоже так думают. Более того, большинство из них считает это место раем. Они даже представить себе не могут что-то высшее.
– А ты?
– О, я очень хочу узнать, что там выше. Но ты же знаешь мою бесполезную земную жизнь. По этой причине я сейчас активно работаю, чтобы заработать себе хорошую карму, иными словами, заслужить рай.
– А папа?
– Твой отец – исключительный случай. Я уверена, он созрел совершенно для небес, более того, кажется, он там даже бывает регулярно, но его здесь держит преданность работе и…
Тея почему-то смутилась и замолчала. Тогда только до меня дошло очевидное:
– Вы ведь любите друг друга?
Тея закивала головой:
– Я не знала, как ты отреагируешь.
– Я очень счастлива, ты даже не представляешь, как.
И я в сердцах стиснула своего ангела-хранителя в объятиях.
Глава семнадцатая. Ночь вторая
Ночью мы опять собрались в доме Теи. Я вдруг почувствовала, насколько я рада всех видеть, как будто это моя новая семья. Друзья Теи действительно были очень приятными людьми, и они немного светились, впрочем, как и все в этом мире. Позже Тея мне объяснила, что это особенность астрального зрения – видеть свечение предметов – ауру. Если бы мы развили астральное зрение в физическом теле, мы бы и на Земле видели ее. Особенно внимательно я смотрела на папу и на их с Теей отношения. И, действительно, как я этого раньше не заметила, аура Теи переливалась золотистым светом, папина – голубым, а когда они были рядом, их свечения смешивались и удваивались по интенсивности, образуя красивые зеленые переливы в месте смешения. Это было просто волшебно, любовь действительно красива, подумала я.
Впрочем, мне нужно было возвращаться к своим бедам, и здесь радостного было мало: Максим меня не вспомнил. Ближе к вечеру я попросила Тею спуститься опять к нему, и увидела, что они чудесно проводили вечер с девушкой вдвоем за романтическим ужином. В общем, надежда таяла на глазах. Только предстоящая встреча придавала мне сил и немного надежды.
Итак, как и вчера, процесс повторился: все уселись за столом, шар засветился, и мы увидели Максима. В этот раз он пришел в сознание очень быстро и сразу начал оглядываться, затем нашел меня, и я увидела неподдельную радость в его глазах:
– Беата! Ты пришла! Я так рад тебя видеть!
– Я тоже!