– Почему Вы так считаете?
– Потому что здоровые люди ничего такого не видят. Только больные или наркоманы, когда у них явные нарушения в мозгу.
– Вы верите только в то, что видите?
– Да. Почему я должен верить во всякий бред, который я никогда не видел?
– Хорошо, вы верите в существование радиоволн?
– Конечно.
– Но почему, Вы же их не видите?
– Но ученые доказали их существование и научились их использовать.
– Ах вот в чем дело. А 200 лет назад, когда ученые ничего про радиоволны не знали, радиоволн не было?
– Были, наверно.
– Значит, в этом мире все-таки есть место невидимому и не открытому учеными, но вполне реальному? Или, по-Вашему, ученые уже открыли и доказали все в этом мире и ничего неизведанного не осталось?
– Наверно, осталось… Но неужели Вы думаете, что ученые когда-нибудь докажут реальность этого бреда?
– Еще пятьдесят лет назад в возможность Всемирной сети и мобильной связи тоже никто бы не поверил.
После этого мой критик ретировался, видимо, не найдя, что ответить. Я поблагодарила Пилигрима, послав ему улыбочку. Он послал смайлик в ответ.
Позже Пилигрим тоже начал оставлять комментарии к моим статьям. Меня всегда удивляла его проницательность и уровень понимания. Мы начали переписываться – вначале в комментариях, потом в сообщениях, так как не все темы хотелось выносить на общее обсуждения, и нам было это безумно интересно. Мы высылали друг другу интересные статьи. В том числе и научные. Все-таки наука не стоит на месте, и многие вещи, которые принято называть «мистикой», уже тоже признает. Мы обменивались ссылками на интересные фильмы, любимую музыку. И все больше понимали, что у нас много общего. Мы обсуждали множество тем, кроме одной, – личная жизнь. Мою личность, правда, вычислить было не сложно, все-таки, я была немного на виду. О нем же я не знала ничего и не решалась спрашивать.
Я высылала ему свои сказки. Он писал свое мнение, и меня каждый раз удивляло, как тонко мог подмечать некоторые моменты. Я спрашивала, откуда у него такая мудрость. Он написал, что перенес большое испытание, после которого сильно изменился и многое переосмыслил. И это все, что я о нем знала.
Со временем я поняла, что вечером с нетерпением жду, когда он появится онлайн, и просто не нахожу себе места, если его долго нет. Однажды его не было в сети целых три дня. И все эти дни я постоянно ловила себя на мысли, что думаю только о нем. Тогда я поняла, что эта виртуальная дружба зашла слишком далеко. Я стала от нее зависима, что мне совсем не нравилось. И я не могла решить, как мне поступить. Можно было прекратить эти «отношения» и вернуться к прежней спокойной жизни. Это было самым здравым решением, потому что этот человек явно свою личность раскрывать не собирался, и я даже не могла себя представить, кто он на самом деле. Но мне этого очень не хотелось. В сердце я понимала, что, наконец-то, нашла человека, который меня по-настоящему понимает, и, может быть, совсем и не важно, кто он на самом деле. Может, он семейный мужчина или вообще не мужчина? Но узнать, конечно, хотелось. Тлела маленькая надежда, что наше общение возможно и вне виртуальной реальности. А может, не только общение, может, даже отношения? Мне уже немного надоело одиночество и уже совсем не хотелось всю жизнь хранить верность Максиму, которому до меня не было особого дела.
Я не знала, как задать ему этот вопрос. Но однажды я все-таки решилась. Напрямую, без обиняков:
– Пилигрим, мы можем встретиться?
– Думаю, не стоит.
– Но почему?
– Поверь мне, лучше оставить все как есть.
Я не стала навязываться, хотя была очень разочарована.
В другой раз он снова пропал на несколько дней. Когда он появился, я написала, что скучала. Он ответил, что тоже скучал. Мне хотелось задать ему множество вопросов: где он был, кто он, есть ли у него семья, но я не решалась. Мне казалось, что он держит меня на расстоянии и, наверно, у него на это была веская причина. Я сделала вывод, что наши отношения в реале невозможны, после чего начала обдумывать, насколько нужно продолжать общение в сети.
Я понимала, что моя зависимость от нашей переписки только растет и укрепляется. Я даже обратилась к психологу по этому поводу, и психолог мне сказал, что однозначно надо прекращать виртуальные отношения и создавать какие-то реальные отношения с реальным человеком. Поскольку к тому времени я уже решила, что все-таки хочу семью, я согласилась с психологом и взяла путевку на месяц в другую страну, намерено не взяв с собой никаких гаджетов, чтобы даже соблазна не было проверять сообщения. Закрыть все аккаунты я не могла себе позволить, слишком много было на них завязано, но не вести их в течение месяца я вполне могла. Конечно, это было испытание для меня, но и возможность все тщательно обдумать и осознать. Я очень надеялась, что Пилигрим, не получая долгое время от меня ни весточки, сам обо мне забудет, и у меня получится избежать объяснений. А если нет, через месяц детокса от виртуальной реальности, мне казалось, я буду в состоянии твердо объяснить ему, почему нам лучше не продолжать общение.
И так я оказалась в чужой стране, оторванной от всего мира, так как у меня не было ни связи, ни интернета. Я много времени проводила на природе, облазила все горы в округе, каждый день гуляла у моря, встречала рассветы и закаты в самых прекрасных местах. Я учила потихоньку местный язык, знакомилась с местным населением. Я практиковала медитацию и йогу для умиротворения разума, продолжала писать сказки-притчи, только от руки и в тетради, как в детстве. Я много была наедине с собой, и мне казалось, я обрела себя настоящую. Я снова почувствовала, что мне интересно с собой. Я старалась ни думать, ни о Максиме, ни о Пилигриме. «Возможно, счастье в личной жизни мне действительно не суждено в этом воплощении, но это не значит, что мне вообще его не суждено», – думала я.
Глава пятнадцатая. Звонок
В таком умиротворенном состоянии я вернулась домой. Дома накопилось много неотложных дел. На автоответчике было записано огромное количество сообщений. Меня потеряли, и в этом не было ничего удивительного: я не всем сказала, что уезжаю в отпуск, да еще и без связи. Меня бы просто не поняли. Я решила пока не заходить в интернет, а разобраться с автоответчиком. Я объяснила это себе тем, что там более важные сообщения, хотя, наверно, просто оттягивала неминуемое тяжелое объяснение. Я уже смирилась с тем, что мне его не избежать, и была настроена абсолютно решительно.
Первые несколько звонков были по работе. Я перезвонила и тут же решила самые неотложные вопросы. Потом позвонила маме, сказала ей, что у меня все хорошо и что я люблю ее. Еще было несколько звонков от подруг и коллег, а также из различных организаций с приглашения на какие-то мероприятия. Но последний звонок заставил меня вскочить с кресла и бросится к телефону. И прослушивать его снова, и снова, и снова… Я не верила своим ушам. Наверно, я сплю. Или у меня галлюцинации:
– «ВЕРА, ЭТО ПИЛИГРИМ… ПОЗВОНИ МНЕ, ЕСЛИ СМОЖЕШЬ».
Голос мужской, надломленный, словно ему было тяжело говорить. И ведь чего удивляться, я ожидала сообщений от Пилигрима. Не на телефон, конечно, но ждала. А номер он мог выведать, это не так сложно.
Но… ведь я знаю этот голос! Я боюсь себе признаться, что знаю. Я судорожно нажимаю на кнопку на телефоне и подношу трубку к уху. Мое сердце замерло. Оно не бьется, я в этом уверена. Гудки, гудки, гудки. Боже, как долго. И как мне страшно. Я не знаю, чего ждать. И, кажется, (Боже, нет, лучше об этом не думать, это может быть глупой ошибкой, все совсем не так, конечно, не так, даже не надейся, дурочка), но, кажется, я ждала этого всю жизнь… Боже, трубку взяли. Я, заикающимся голосом:
– Алло, Пилигрим, это Вера.
– Вера? Алло, Вера? Это ты?
– Я.
– Вера, я так рад, что ты позвонила. Где ты была? Почему ты не отвечала?
– … (я потеряла дар речи).
– Вера, почему ты молчишь?
– Я… Я не знаю, что сказать.
Я пытаюсь осмыслить. Я складываю последние пазлы в голове.
– Я написал тебе тысячу сообщений. Почему ты не отвечала?
Моих сомнений не осталось. Я знаю этот голос. Я не могу его спутать ни с чьим другим… Вздох…
– Я … не хотела. Максим, я тоже живая. Я не могла так больше. Ты не хотел встретиться, а мне хотелось реальных отношений.
– Постой, откуда ты знаешь, как меня зовут?
– Длинная история…
– Вера, ты чудо! Я просто хотел, чтобы ты была счастлива. Мне не хотелось обязывать тебя, я думал, что ты сможешь встретить нормального человека и прожить с ним полноценную жизнь.
– Нормального? А ты ненормальный? Ах, да, я забыла, ты же женат.
– Нет, уже не женат. Но я не нормальный…
– Почему?
– Я инвалид.