Там, где цветут розы

— Конечно. Лив, это Лола, моя коллега. Лола, это моя невеста, Оливия.

Лола протянула мне руку.

— Ну наконец-то! Я так много о тебе слышала, дорогая. Мэтт постоянно о тебе говорит.

Я посмотрела на ее протянутую руку, затем медленно перевела взгляд обратно на ее лицо. Улыбка Лолы сползла, а в глазах мелькнуло раздражение. Она опустила руку.

Мэтт нервно рассмеялся.

— Лив сегодня не в духе. Видимо, сегодняшнее мероприятие в ЦРУ ее вымотало. Кстати, солнышко, Лола не только блестящий аналитик, но и директор компании, которая организовывает праздники. Я подумал, она могла бы заняться нашей свадьбой.

Лола снова улыбнулась, уже глядя на Мэтта.

— С огромным удовольствием, Мэтти. Для тебя я готова сделать исключение и взяться за все лично.

Она положила руку ему на предплечье, откровенно флиртуя с ним. Меня затошнило от комбинации текилы, этих двоих и удушливого воздуха клуба стала невыносимой.

— Мне нужно… выйти на минутку, — выдохнула я, вырываясь наконец из рук Мэтта.

Он хмуро кивнул и быстро переключил внимание на Лолу, которая игриво водила пальцами по краю своего бокала.

Я выскочила на улицу, жадно вдыхая прохладный ночной воздух. Прислонившись к стене, я достала сигарету дрожащими руками. Щелкнув зажигалкой, я ощутила жжение табака в легких, который закружил голову, но немного успокоил трясущиеся руки.

Телефон завибрировал дважды в кармане джинсов.

Эрон: Хочешь, я вскрою его череп? Люблю тебя.

Второе сообщение было от незнакомого номера.

: Зайди в женский туалет. Нужна помощь. Лола.

Я нахмурилась. Что еще за хрень? Может, она напилась и застряла головой в унитазе? Затушив сигарету, я пошла обратно в клуб.

Сначала я хотела подойти к Мэтту, но ни его, ни Лолы не оказалось у бара. Спросив бармена, где находятся туалеты, я пошла к неприметной двери в дальнем конце танцпола.

За дверью оказалась большая комната с бархатными кушетками, золотыми раковинами и легким ароматом пачули в воздухе.

— Лола? — тихо позвала я.

В ответ была лишь тишина. Я собиралась уйти, как вдруг я услышала сдавленный стон, а затем женский всхлип. Звуки доносились из последней кабинки. Я дернула ручку, но дверь оказалась закрыта. Я достала из сумочки кредитку и сунула ее в щель между дверью и косяком. Почувствовав сопротивление защелки, я дернула карточку вверх. Замок с щелчком отскочил вверх и я резко толкнула дверь.

Сердце бешено заколотилось.

Мэтт стоял на унитазе, его брюки были спущены до колен, галстук съела вбок. Лола, наклонившись вперед, упиралась руками в стену. Ее юбка была задрана, красные кружевные трусики спущены до щиколоток. Мэтт совершал резкие, грубые движения, его лицо было искажено гримасой удовольствия. Лола повернула голову и уставилась на меня. На лице Мэтта отразился ужас. Его тело дернулось в последнем, финальном спазме. Он покраснел и застонал, кончая в Лолу.

Я смотрела на них, на человека, который столько лет строил из себя джентльмена, будущего сенатора и мужа. Сейчас, я видела лишь потное, жадное животное, удовлетворяющее свои инстинкты в туалете клуба.

Никакой боли в сердце не было. Никакой ревности. Только леденящая, абсолютная пустота. И странное, щемящее чувство освобождения.

Моя рука потянулась к безымянному пальцу. Я с облегчением сняла холодный, идеально отполированный бриллиант в платиновой оправе и бросила в унитаз между ног Мэтта.

Его лицо побагровело от гнева и стыда.

— Наша свадьба отменяется, — сказала я абсолютно ровным голосом. — По крайней мере, она точно будет не со мной.