Честно сказать, я опасался, как бы части ранее единого целого в Хэрне не взбунтовались, но канн, видно, справился и через пару минут открыл глаза.
– Великолепно. Как заново родился! И знания в голове не те разорванные и рваные, как сети у рыбаков, а словно всё, как в хорошей библиотеке, по полочкам расставлены стали. Спасибо, малыш, удружил. А что касается комнаты, где артефакт находится, то легко ее закрыть можно. Там, кстати, книги бывшего хозяина есть и ещё кое-что по мелочи, которое пока пускай полежит на месте, кто знает, может в будущем и понадобится.
Хэрн словно ещё помолодел, и лицо обрело почти человеческие очертания. Я даже глаза от удивления потёр.
– Не удивляйся, малыш. Магия древних и совсем, кстати, не магия школы порядка. Что-то ещё, более древнее. Оказывается, каннов создали из людей, просто добавили возможностей больше. Даже эльфы и те от людей произошли. Вот это да! И вы, орки, тоже. Древние маги так развлекались, создавая себе рабов. Жуть, а это я себе просто запустил процессы в обратную. Посмотрим, что будет, но опыт мага, чьи знания мне достались, говорит о том, что через пару лет я могу стать таким же, как и ты, малыш. Вот я и говорю, что великолепно!
Мы с орком стояли разинув рты. Вот так дела!
– Чего рты раззявили? Там у тебя, Луи, не только бриллианты, но и кое-что посущественней есть и поопаснее. Камни Мощи. Три штуки. В мире их нет. Камень душ – детская игрушка по сравнению с ними. Вот их трогать точно нельзя… пока! Они опоясаны металлом древних. Твой болт, малыш, расплавился внутри артефакта и закрыл камни металлической сеткой, которая и блокирует действие камней. Не бери их в руки, это опасно, ты ведь не удержишься и станешь экспериментировать – запнулся на слове Хэрн. – Луи, хватай своё хозяйство и пошли, спрячем, заодно и книги возьмём, во всяком случае, две штучки точно захватим. Тебе понравится, малыш, и язык тебе почти знакомый, ведь ты изучаешь язык драконов. Вот! Теперь я тебе его преподавать буду и не только его. Пошли, Луи, а ты, Гных, за господином посматривай, чтобы опять что-нибудь не начудил.
Я сидел на своей мягкой подстилке и в изумлении смотрел на оставшийся у меня в руке брильянт. Послать с Гныхом пусть спрячут? Или… всё-таки «или,» уж очень красивы они, и тянет меня к нему непонятная сила, как его увидел, значит, есть причина, хоть пока и не ясная.
По совету Гныха поднялся на поверхность. Относительно тепло. Ярко светит солнце. Боже, сколько же я его не видел таким ярким. Вокруг кибиток, телег и других движущихся средств возится куча народа. На меня никто внимания не обращает. Хотя, извиняюсь. Дети графини меня засекли и уже в мою сторону несётся Жуль. Весёлый, улыбающийся, глаза горят азартом и радостью. Радуется свободе, похоже. Сёстры бегут чуть сзади и даже в этом быстром передвижении стараются соответствовать своему положению. Смешно со стороны смотрится, как они, из кожи выворачиваясь всем своим видом, стремятся показать окружающим, какие они неотразимые и величественные.
– Привет, ты уже встал? – просто обратился ко мне сын графини – а мы тут в прятки играем. Чудесные развалины – есть, где спрятаться. Ты с нами?
Нет, конечно! Но в глазах девчонок застыл тот же вопрос. Похоже, дети устали от всех тех ужасов, что выпали на их долю в последнее время. Им хочется побыть просто детьми. В плену у бандитов и другие дети были но, похоже, что с ними дети графини общаться не хотят. Ведь те – простолюдины. Я оглянулся вокруг. Вон заинтересованные физиономии торчат. Я ещё пятерых насчитал.
– А как вы играете? – стоит уточнить правила. У нас в «Тыщу» правила в каждом городе разные, а тут и вовсе другой мир, а дети к тому же такие выдумщики!
– Всё просто. Один ищет, а остальные прячутся. Тот, кто на посту не должен подсматривать до сигнала кто куда прячется. Если постовой находит всех и при этом удерживает пост, ему положен приз!
– Приз? – а вот это интересно! – и какой?
Ребята уставились на меня.
– Ты, и правда, не знаешь? Ты хоть раз играл раньше в такие игры? – о, эмоции на лице снежной королевы проступили. В холодных глазах Зазы, похоже, проступил интерес. И интерес, между прочим, к моей персоне. А что удивительного? Я для них всех один из освободителей, да и ухаживали они за мной, вместе с матерью, пока я валялся в отключке. Естественно, что интерес для них я представляю большой!
– Играл, но у нас всё по-другому!
– И как же именно? – насмешливое выражение глаз младшенькой, делали её личико ещё более привлекательным.
– Просто. Тот, кто водит, закрыв глаза, считает до определённого, заранее оговоренного числа. Причём, считает вслух.
– У вас что, все умели считать? – удивился Жуль.
– А что тут такого? Мелочь денежную все дети считать умеют! Улица, знаешь ли, хорошая школа, там оценки обычно строгий учитель «жизнь» оставляет на твоём теле!
Ребята с уважением посмотрели на меня. А Жуль, как самый непосредственный и шустрый, задал закономерный вопрос:
– А как вы удерживали пост?
– Как? – я сам задумался – ну, когда ты увидел того, кто прячется, то должен подбежать к месту, где расположен пост и застучать найденного, а вот если ты, уйдя искать, прозевал место поста и тот, кто прятался, сам застучался, то значит, он выиграл. И если я не смог никого найти, то следующий раунд игры вновь начинаю в качестве водилы.
– А призы? – раздался обволакивающий приятный голосок старшенькой.
– У нас такого нет! – честно признался я.
– Так не интересно! – подвела итог разговора Кристин. – Предложение на счёт счёта и застукивания интересные, но вот от нашей игры предлагаю взять именно назначение призов, причём призы назначают все, кто выиграл.
– А что можно заказывать? – не понял я.
– Всё что хочешь, в рамках приличия. – холодно ответила Заза.
– А вот требования поцелуя у вас, как девушек, требовать можно? – мой вопрос видно застал сестрёнок врасплох – Он будет являться приличным? – я сделал туповатое выражение лица.
– Ты сперва найди нас, когда водить будешь. Поцелуи ему подавай! – Кристин, не на шутку рассердилась.
– А я что, должен первым водить? – опешил я.
– Конечно! Раз ты вновь прибывший, то и пост в твоих руках, а вот там уже, как повезёт. Считаем до тридцати! Согласен?
– Ты у него лучше спроси, он знает, сколько это?! – подколола меня Заза. Вот же и не Заза она вовсе, а настоящая зараза, эта Заза!
– Где пост определим? – заразился я азартом, смотря с удовольствием на пухленькие губки старшенькой.
Кристи увидев направление моего взгляда, взвилась, и чего только ершится, не пойму? Её как раз я целовать боюсь, как бы не заразиться…, вредностью повышенной, а вот губки Зазы явно меня притягивают. Осторожно! Так можно и концентрацию потерять, а потом эти бестии заставят чего-нибудь такое делать, крича, что всё в порядке правил и соответствует понятию приличия. Засмеют!
– Вон кусок стены вертикальный. Поворачивайся к нему закрывай глаза и считай вслух громко и чётко. Чтобы все слышали. Давай!
Делать нечего но, похоже, что без меня, меня женили. Но и мы можем немало, а именно…
Плетение контроля от драконов разошлось от меня небольшим кругом, но достаточным, чтобы покрыть все развалины старого замка. Отметки детей разбежались в разные стороны, но на радаре спрятаться от моего всевидящего ока были не в состоянии.
– Двадцать восемь, двадцать девять – громко кричал я с закрытыми глазами. – Тридцать! Я иду искать! Кто не спрятался, я не виноват… – вспомнилась присказка из раннего моего счастливого детства!
…Яростный, прекрасный взгляд милых глаз, которые метали в меня молнии! А, что и не удивительно! Естественно, я их всех нашёл. Правда, пришлось долго делать вид, что ищу. Долго, но достаточно, чтобы они поверили, что всё произошедшее результат моей невероятной удачливости, а не холодного и, я бы сказал, циничного расчёта. Расчёта, замешенного на чувстве любви к прекрасному и просто… ну, мужик ведь я внутри, несмотря на мои теперешние размеры, а девчонки в свои неполные тринадцать годков весьма аппетитные особы. А красивые же, заразы.
Заза пылала праведным гневом, но ещё большим гневом буквально полыхала её сестричка. А что тут поделаешь, когда этот наглый простолюдин одну заставляет его поцеловать, а другую просто похрюкать. Моё второе желание вызвало буквально волну…, взрыв негодования, но на мой вопрос что, мол, лучше целоваться и вовсе поверг её в шок. Короче, я издевался над девчонками, как только мог. И всё ведь это происходило на виду у всех. Весь лагерь собрался смотреть этот концерт, в том числе и матушка ребят, но надо отдать ей должное, вмешиваться она в происходящее не решилась…
– Ты, ты…, да ты просто сволочь! Как к Зазе присосаться, тебе можно, а меня со свиньёй сравниваешь! – Кристин, как разъяренный демон, вся взъерошенная, глаза как агаты горят, испуская праведный свет. Прекрасна она была в таком своём обличии, но, похоже, что наши игры завершились. Заза после поцелуя вся зарделась, смутилась и тихим сапом скрылась с места преступления, а вот Кристин, похоже, отступать была не намерена.
– Как смеешь ты, смерд, меня с животным сравнивать? – всё больше разъярялась девчонка – да я тебя… – что там она хотела со мной сделать, я так и не понял, но зато почувствовал…
Горячие мягкие губы обволокли мой рот, и честное слово, я буквально растворился в этом наслаждении. А потом удар рукой под дых и я уже лежу на земле, не в силах подняться на ноги, то ли от неожиданной боли, то ли от ощущения охватившего меня счастья, причём, явственно чувствовалось присутствие малого. Ого, даже его эта бестия заставила на время выкарабкаться из своей тайной ракушки.
Мои эксперименты с девчатами закончились для меня полнейшим провалом и хотя я, в принципе, получил то, что хотел, но моё валяние на сырой земле…, все успехи свели на нет и, судя по кидаемым на меня взглядам окружающими, мне больше сочувствовали, чем завидовали.
– Хэрн! – простонал я в эфир – отзовись, негодник. Не видишь, как мне хреново.
– Было бы лучше, если бы ты, господин, головой думал, когда этих змей задирал! – пришёл ответ, но не от Хэрна а от Луи. – Хэрн сейчас мамашей этих бестий занят. Что-то там они разговаривают, то ли отношения выясняют из-за тебя, то ли договариваются о чём-то!
– Не мели ерунду, бугай. Как сам со своей графинечкой, чуть ли пылинки не сдуваешь…, что думаешь, не видно?!
– У неё в роду, между прочим, присутствует и след орков! – Луи быком насупился даже по мыслям ощущалось, что канн его задел за живое.
– Вот-вот, и я о том же! – не унимался Хэрн – и чего хотел, малыш?