– Приехали.
– Но где же поместье?
– Вам прямо по дороге. Дальше я не поеду.
– Спасибо, – сказал Ричардсон и, спрыгнув с телеги на дорогу, побрёл дальше пешком.
Телега развернулась позади и лошадь, полугалопом повезла её обратно. Пройдя метров семьсот, Томас увидел сквозь деревья справа, небольшое озеро. Вокруг оно было всё заросшее камышами и травой, прямо на берегу росла большая плакучая ива. Вдруг Томас услышал, чей-то тихий плачь. Он подошёл ближе к озеру и увидел, что рядом с ивой, прямо у воды, сидит и плачет девочка, лет двенадцати. Она склонилась над водой и вглядывалась сквозь слезы в озеро.
– Почему ты плачешь, и как тебя зовут? – спросил Томас.
– Мэри… – прерывисто, от плача, ответила девочка, – я упала и уронила куклу в озеро, и никак не могу её найти.
Платье и волосы девочки были мокрые.
– Не плачь, найдётся твоя кукла, – сказал Ричардсон, – где ты живёшь? Я ищу поместье, не проводишь меня?
– Я живу здесь. Поместье, которое Вам нужно, в пяти минутах ходьбы, идите по дороге и не сворачивайте. Я бы Вас проводила, но только после того как найду свою куклу. А Вы не местный? Зачем Вам сюда?
– Я приехал вчера ночью на Дарленгтонском экспрессе.
– Странно… – сказала Мэри.
– Что в этом странного?
– Вокзал уже как лет десять закрыли.
– И вправду странно… – сказал Томас.
Он встал с колена и пошёл обратно к дороге.
– До встречи мистер, – сказала Мэри.
– Будь аккуратна, – кинул в ответ Томас через плечо.
Пройдя минут, пять по дороге, Томас увидел перед собой большую лужайку, немного заросшую травой и кустарниками. Посреди лужайки стояло высокое двухэтажное здание. Каменные стены первого этажа, покрывали вьющиеся растения, которые цеплялись за балконы и решетки окон второго этажа. Серая черепичная крыша, местами с зелёными пятнами мха, который разросся от сырости. На втором этаже, над входной дверью, кто-то заколотил досками огромное окно, а ещё выше, из крыши, торчала небольшая башня с круглыми стенами. По сути, это был третий этаж. Справа от здания стоял небольшой сарай с закрытыми перекосившимися дверьми. Возле сарая валялся всякий мусор и хлам: велосипедное колесо, прогнившие доски деревянной бочки с ржавым обручем посередине и старая разбитая масляная лампа. Слева была, почти сгнившая собачья будка. Несколько досок отвалились, а из будки вилась по земле трёхметровая веревка с оборванным концом.
Вы ознакомились с фрагментом книги.
Приобретайте полный текст книги у нашего партнера: