– Мы там все друг друга знаем. Я познакомлю тебя с руководством завода. Глядишь, провернете какое-нибудь дело на общее благо…
Через неделю Александр на дребезжащем старом Яке приземляется в аэропорту у Каспийского моря. Здесь, даже ночью, теплый ветер напоминает о том, что прибыл ты в страну горячего солнца. Ночное небо было необычного сине-черного цвета.
Наступивший день принес разочарование однообразием и обилием пожухлой желтой травы вокруг. Очаровала необычность одеяний женщин: разнообразные по расцветке, но одинаковые по длине – до земли – платья, притягательно подчеркивали линии фигур у местных красавиц.
Съездил в столицу республики Ашхабад.
На фоне гор со снежными вершинами, словно на картинке, высились здания европейского типа и прекрасные мечети в центре города. На улицах неиссякаемое движение потока прохожих.
Резко изменилась положительная атмосфера восприятия, когда он заглянул на окраину. Необычно-узкие, с высокими глиняными, без окон, стенами по обе стороны улиц, с редкими прохожими на них, вселили в него чувство замкнутой отчужденности.
Съездил в пустыню, где чуть не заблудился среди однообразных сопок желтого песка. Прочувствовал паляще-сжигающую жару… Понял, затем, в местной чайхане, что пить здесь лучше зеленый чай, чем черный…
«В чем мы различны и одинаковы c этой страной: людьми, обществом, отношениями?» – подумать успел Александр, но направленность мысли была прервана приходом Игоря.
Вскоре, как и обещали новые друзья, Санек уже радушно беседовал с коммерческим директором завода на понятном, для любой нации, языке денег.
После этого клерки нефтеперерабатывающего комплекса начали воспринимать его как руководителя солидной организации с режимом наибольшего благоприятствования. Регистрационные документы американской офшорной компании, принадлежащей Саньку, действовали на них магически.
Работники профессионально и привычно, с подобающей ответственностью, спешат, создают своему начальнику и Александру намеченный результат.
Отправлен первый эшелон.
Цистерны бензина прибывают на родину Александра, которая с развалом Советского Союза испытывала острейший дефицит топлива.
Оформили, приняли, разгрузили, продали и так «сколотил» он первые три сотни тысяч американских долларов.
После этого и подарков, в виде импортных легковых авто, Игорь сводит Санька с местным жителем бывшей советской республики. Тот, с характерным для многих здешних угрюмым выражением на лице, словно высеченном из камня, выслушивает его. Затем принимает сто тысяч долларов за посредничество и через три дня организовывает встречу с замом президента.
Александра проводят в президентский дворец. Вскоре он уже сидит в кабинете зама. Чай. Беседа. В конце приема зам, сияя доброжелательностью, проводил Александра до выхода и, как бы между прочим, сказал в какой день прийти к министру за договором.
Так запросто состоялось утверждение сделки: поставка дизельного топлива вперед с последующей оплатой. Контракт на десять миллионов долларов США с миллионной прибылью.
Далее все зависело только от техники исполнения, ведь, основа – есть.
Время уплотнено событиями до невообразимости. Бывало, что за сутки – полеты-вылеты-прилеты – успевал в три столицы разных республик.
Магнетизм суеты
Универсальное образование журналиста облегчало общение и принятие решений.
В родной стране, все также, катастрофически не хватало нефтепродуктов.
Созвонился с предприятиями в России. Там не хватало еды.
Организовал бартерный обмен рыбных консервов на эшелон бензина и мазута, которые далее уже продавал за доллары. Разница в ценах превратилась в прибыль: огромную сумму денег.
Приносит в частный банк, за раз, по сто тысяч долларов наличными и его, с подчеркнутым уважением, обслуживают вне очереди.
Нанял себе охрану.
Носится Александр туда-сюда, организовывает новые транши, опять прибегает в банк. Перед ним, уважительно приветствуя, расступаются встречные. Другие, с блеском смеси восторга и зависти во взгляде что-то шепчут друг другу.
В суете этой он мельком ловит себя на неосознанном шепоте гордыни о высокой значимости личности своей на фоне других людей. Пытается убедить себя, что сам он выше лести, но было приятно осознавать, что складывается у него все лучше, чем у других.
За пять тленных месяцев Александр из бывшего, средней бедности, товарища-гражданина Советского Союза превратился в миллионера, господина, свободно живущего в независимой Латвийской республике. На счету в банке, в Германии, радовали глаз цифры в его чековой книжке: 1 000 000 долларов США.
Решил переключиться …Было необходимо изучить правила ведения бизнеса, что он знал поверхностно.
Поездка в Данию на учебу по коммерческой части.
Затем – Германия. После этого – Франция, Италия, Венеция, Кипр, Грузия, Армения, Узбекистан, Туркмения, Казахстан, Киргизия…
В странах этих он – впервые и видит улыбки, улыбки кругом… Навстречу ему идут красавицы-женщины…
У него один ко всем вопрос: куда вложить миллион?
Мимоходом обращает внимание на то, что ростовщичество на Западе – норма. Проходит время и, в его стране, привычным становится брать кредит на дела…
Деньги пришли легко.
Также легко, после непродолжительного раздумья, он вложил их в недвижимость и производство. Купил в столице частный дом, землю для коммерческого использования – дешевле не станет. Приобрел два предприятия – одно лесопильное и другое – рыбоконсервное..
Начал, горячо желая блага другим, улучшая жизнь работников, вкладываться в оба производства.
Ты – мне, я – тебе
Через однокурсника вышел на министра лесного хозяйства. Тот позвонил исполнителям и с многозначительной улыбкой пожелал удачи. Александр получил трехгодичный заказ на поставку обрезной доски в Швецию.
Однокурсник пришел через пару дней и, смеясь, по-дружески попросил премию в двадцать тысяч. Санек послал охранника в банк за долларами и передал их своднику.
Вежливо пристроились датчане, чтобы культурно заработать, разведя его по цене. Поставили на завод, устаревшую для их страны котельную, которая здесь была одной из лучших.
Знакомые из России помогли найти постоянных покупателей на шпроты. В обмен на эту услугу они попросили Александра устроить договор аренды на землю в порту. Он встретился с депутатом Леоном Терисом, руководителем парламентской комиссии.
Представительный, со взглядом умного хищника, в дорогом костюме. Рубашка фамильярно расстегнута для демонстрации толстущей золотой цепи, свисающей с его шеи. Бывший комсомольский вожак советской молодежи Леон сразу, как знакомый знакомому, прямо заявил, что может решить любой вопрос.
«Любой вопрос и дело только в цене», – уверенно сказал Александру избранник народный, совмещающий при госзарплате свои интересы и государственные в ущерб последних.
Санек свел его с россиянами и, чувствуя что к рукам его будто начинает липнуть невидимая грязь, вернулся на свои производства.
В итоге, через год зарплаты на предприятиях выросли и выпуск продукции увеличился, в среднем, в десять раз. Рабочие встречали его с приветливыми, радостными улыбками.
Приятно было сознавать, что смог создать островок радости, достатка для этих людей.
Прибыль его была маленькой, но стабильной. Теперь можно было остановиться, оглянуться, спросить себя: в чем смысл всей суеты этой?
Внутренняя неудовлетворенность все чаще шепотом безмолвия напоминала, что давно пора оттолкнуться от внешнего мира и обратиться к себе. Звала искать жизнь в духовной плоскости и к воссоединению с чем-то более важным, чем ежедневные повторы многообразия.